Какой-то тиран говорил, что утро приятно начинать с казни. Мое утро началось приятно, но казни не было, хотя может и хотелось, да и еще не поздно… кстати, не шучу, достали чудленцы с их маниакальным стремлением меня убить. Ладно, забудем об убийствах, вспомним о приятном. Впервые я проснулась сама, а еще выспалась, и шторки были задвинуты и одеяло подоткнуто, короче обо мне еще и позаботились. Я в шоке. Хотя, может это просто принц решил подмазаться, чтобы не свалила до его коронация, стоп, он же еще не знает, что я решила на нее забить…
А, кстати, может, и пойду. Да и меня можно подкупить, на приставленном к кровати столике стояли сосуд с соком и тарелка с печеньками. Почти откусила кусочек печенюшки, когда неожиданно заболевший живот напомнил, в каком месте я нахожусь и что непроверенную еду лучше не кушать. Немного успокоилась, только увидев записку от принца:
'Небольшая компенсация за вред, не бойся не отравлено.
Гаррет'.
И все бы хорошо, но я не знаю какой у 'мужа' почерк и совсем недавно видела записку написанную 'мной'. В общем, рисковать не стала, но на коронации решила постоять, в конце концов, мне еще никто не дарил цветы в таких количествах, с другой стороны, конечно, меня еще никто так и не подставлял, но об этом вспоминать не хочется.
Дожидаться пока кто-нибудь придет проведать больную не стала, встала и пошла искать приключения, шучу, друзей, приключения меня находят сами. Ушла, правда, недалеко, забыла про стражу, которая, вспоминая мое счастливое прошлое в качестве заключенной, никуда не пустила. И я бы обязательно возмутилась, если бы не внезапный приступ головной боли и обещание привести ко мне моих друзей. Короче махнула рукой и попросила заодно заскочить за лекарем.
Надеюсь, на этот раз меня не только усыпят, но и вылечат.
Друзья пришли быстро, как оказалось, они ждали неподалеку, пока я проснусь, просто, Гаррет решил перестраховаться и запретил кому-либо навещать меня, пока не встану. Он же, кстати, и турнул их из моей новой комнаты, когда увидел, что я вырубилась, а они болтают, не знаю, что на него нашло.
— Может, отравился чем-нибудь, — вслух сделала, на мой взгляд, логичное предположение, которое почему-то вызвало всеобщий хохот и заявления, что я неподражаема. Решила поправиться и добавила: ну или стукнулся головой.
А я думала громче ржать нельзя:
— Да хватит уже, от вас голова раскалывается.
Друзья тут же замолчали, но, судя по обеспокоенным мордашкам, на крик не обиделись, встревоженное чудо спросило:
— Так плохо? Может сотрясение?
Затем фея достала из кармана палочку и начала магическую диагностику, а повезло мне с подругой, она единственная кто реально посещал курсы целителей, а не спал или шатался по городу.
— Ло, это плохо, тебе, и правда, нужен врач, но нормальный, со здешним магическим уровнем тебя не вылечат, я тоже не вылечу не та специализация, и я не про голову, у тебя внутри остался кусочек ножа, его нужно извлечь. От головной боли временно я тебя избавлю, но ты должна сегодня же посетить нормального специалиста. И, Ло, я принесла твой браслет, — подруга убрала в карман палочку, немного порылась и протянула мой билет домой.
Затем кмыхнул Олаф и добавил:
— А я раздобыл твои туфли, прости, с собой не захватил, отдам перед тем, как ты настроишь телепорт.
Мои губы против воли растянулись в дурацкой улыбке, и я заметила показушно обидчивым тоном:
— Значит, выгоняете!? А я может на мероприятие каком хотела побывать, — под конец, правда, не выдержала и добавила нормальным голосом: Спасибо.
Потом были обнимашки, мне рассказали, что коронацию перенесли на сегодня, и она начнется через полчаса, а еще сказали, что Гаррет пусть и псих, но слово держать умеет, а значит, он меня отпускает лететь на все четыре стороны. Не стала заострять внимание друзей на том факте, что венценосество употребил по отношению ко мне слова, более, уместные по отношению к птичке, ну или там ведьме с метлой, спросила: 'почему отпускает?'. А вот дальше было интересно и подтверждало мою теорию о том, что у моих друзей с головой все нормально, но они любят поизображать идиотов. Олаф признался, что документы тетушки прочитал и самые важные нам не дал выбросить, в общем, похоже тете светит монастырь, ну или даже смертная казнь, если в принце проснется кровожадность. Вспомнился еще один участвовавший в истории родственничек — дядя баронессы. Но тот, то ли был не причем, то ли вовремя отмазался. Короче оказался единственным участником злодейского лагеря, кто никак не пострадал по итогам всей этой истории. Не удивилась, редко в жизни сажают всех виноватых, если, в обще, сажают только виноватых. Впрочем, не думаю, что после всей этой истории принц будет также доверять своему советнику, а значит, хоть какие-то последствия злодейчика таки ждут.
И вот, наконец, когда ко мне уже явилось толпище слуг, чтобы начать облачать в очередной дурацкий (сужу по опыту) наряд, ко мне изволил пожаловать эскулап, которого друзья тут же выставили. Потом, правда, отправились вслед за ним, сказав, что мы встретимся уже в зале, я назвала их предателями и приготовилась к пыткам и морально настроилась на лицезрение очередного шедевра. Но нет, мне принесли обычное заурядное длинное платье, бледно голубое, под цвет глаз, даже, о ужас, вполне мне идущее. Слуги мой шок заметили, но интерпретировали, как-то по-своему, одна служанка даже похлопала по плечу и попыталась успокоить:
— Да, вы не расстраиваетесь так, может маэстро еще отойдет. Он просто обиделся, что вы его лучшее творение порвали и кровью заляпали, вот и запретил давать одежду, которую он лично шил, вот мы вам и нашли платье мамы принца.
— Ничего, я все понимаю, передайте маэстро, что я не претендую на ношение его творчества, — говорила и усиленно старалась держать серьезную немного опечаленную мину, не хотелось объяснять добрым людям, насколько они не угадали мои эмоции. Везение, так вот что нужно было, что бы мне перестали давать странные наряды, просто получить ножевое ранение… блин, стремные тут расценочки, ну да ладно, главное, на мне сейчас нормальный наряд, в котором можно без проблем передвигаться и не думать, что смотришься со стороны, как гибрид лимона с цыпленком.
Подтверждая мысли о том, что утро сегодня хорошее слуги легко сдались, когда сказала, что просто причешу волосы и отобрала расческу. По их мнению платье было до того простым, что к нему не обязательно было что-то мудрить на голове.
Причесываясь у зеркала, вспомнила про травму, полученную на память о Чудленде. Просто заметила появившуюся на голове кровь, видимо, случайно задела корку. Пришлось промыть рану и попросить у служанок бант, чтобы прикрыть свое ранение. Бант был большой синий с камнями и искусственными цветочками. Но как не странно общую картину не испортил и на голове смотрелся вполне адекватно.
