Подтверждая мысли о том, что утро сегодня хорошее слуги легко сдались, когда сказала, что просто причешу волосы и отобрала расческу. По их мнению платье было до того простым, что к нему не обязательно было что-то мудрить на голове.
Причесываясь у зеркала, вспомнила про травму, полученную на память о Чудленде. Просто заметила появившуюся на голове кровь, видимо, случайно задела корку. Пришлось промыть рану и попросить у служанок бант, чтобы прикрыть свое ранение. Бант был большой синий с камнями и искусственными цветочками. Но как не странно общую картину не испортил и на голове смотрелся вполне адекватно.
Впервые после создания прически я не почувствовала, что моя голова приблизилась к облысению, что не могло не порадовать, так что выходя из комнаты баронессы даже напевала под нос песенку, думаю о том, что не смотря на два состоявшихся покушения чужая комната для меня оказалась вполне счастливой.
На коронацию опоздала, но поскольку являлась одним из участников, без меня решили не начинать. Как не странно к возвышению с тронами подходила не под осуждающий гул, а под сочувствующие ахи. Сначала не врубилась в чужую реакцию, потом вспомнила про скорость распространения слухов в мире и постаралась состроить печальный вид, человека, который чудом избежал смерти.
Долго, правда, идти и не ржать, не получилось, так что у самого трона меня почти прорвало, хорошо хоть хихиканье в кулак зрители приняли за подавленные слезы, так что из образа я фактически не вышла. Хотя Гаррет, естественно, все мое поведение просек, и тоже начал улыбаться. Затем прекратил, но это, наверно, по регламенту так и полагалась стоять на коленях перед троном с каменной физиономией, пока священник завывает очередную бурду по поводу прав и обязанностей монарха.
Спустя пять минут, принц, наконец, получил свой приз в виде нехилой такой короны, серьезно усыпанной прозрачными камушками, подозрительно напоминающими бриллианты. И нам с ним разрешили сесть, после чего народ начал вести себя как обычно, а я уже было хотела свалить, но принц, попросил побыть с ним еще хотя бы десять минут.
Подумав, согласилась и решила заодно выяснить была ли права моя подозрительность, ну и еще несколько моментов, просто не смотря на легкую беспричинную и абсолютно ненужную грусть, очень хотелось верить, что это последний наш разговор.
— Утром это был ты… ну с завтраком? — знаю, вышло как-то коряво, но за секунды до того, как начала говорить передумала задавать вопрос, посчитав дебильным, вот и вышло, что вышло. А, в обще, если бы Гаррет продолжал смотреть на толпу и не повернулся бы внезапно ко мне… короче это все его венценосество виноват!
— С завтраком!? — решил построить дурачка принц, махнула рукой, мол, проехали, а он ответил:
— Да я.
— Э… ладно. А свечки в форме сердечек в твоей комнате, ты ждал Лиа?
В ожидание ответа сердце даже замедлило бег, видимо, сильнее всего в моей душе именно любопытство. Гаррет поразглядовал мою физиономию, поразглядывал, да и ответил коротко, еще больше разжигая костер любопытства:
— Нет.
— А кого? — не стала медлить с ожидаемым вопросом, принц ухмыльнулся и ответил то, что хотела бы услышать любая среднестатистическая барышня из уст любимого мужчины:
— Тебя.
К сожалению, я никогда не была среднестатистической, а Гаррет моим любимым, так что просто кивнула и перевела тему, про себя отметив, что не зря у принца репутация казановы:
— А ты, в обще, когда-нибудь собирался жениться на Норе?
Венценосество задумалось, и я уже было хотела снять вопрос, как мне ответили:
— Собирался.
— И почему передумал? — ну неистребимо в нас женщинах любопытство.
— Благодаря тете и ее дяде. Они рассказали об ее странной страсти к ядам и опытам. Потом, они же подсказали выход из положения.
— Не жалеешь?
— Нет. Да и не Нора начала всю эту череду преступлений…
Перебила:
— Но ведь, если бы вы поженились…
А вот теперь перебили меня:
— Мы бы не поженились.
— Это еще почему!?
Гаррет протянул ко мне руку и коснулся указательным пальцем кольца:
— Она же сказала тебе, почему я не мог на ней жениться.
Я покраснела и отдернула руку:
— Ну и причем тут это!?
— Видишь ли, наше родовое обручальное кольцо, как оказалось, обладает забавным свойством, оно может налезть на пальчик только девушке и плевать ему на титулы, связи, любовь.
Кольцо-поборник морали это что-то новенькое. Ладно, с одеть все понятно, а снять то его почему не вышло!?
— Эм, хорошо, а снимают его как?
— Не терпится вернуться домой? — невежливо ответили мне вопросом на вопрос.
— Да пора уже, — я тяжко вздохнула, а Гаррет поднялся со своего трона и подошел ко мне:
— Потанцуем? — нет ну что за человек, почему нельзя просто ответить!? Тем не менее, тоже встала и покорно приняла предложенную мне руку.
Музыканты будто ждали только нас и заиграли приятную мелодию.
На этот раз ощутила всю прелесть танца с хорошим партнером. Ноги не болели, и я могла кружиться и получать удовольствие. Когда быстрая мелодия сменилась медленной, меня снова, как и тогда прижали к себе, но на этот раз отчего-то вместо злости и страха, почувствовала волнение, может из-за излишне внимательного взгляда Гаррета!? А потом эта сволочь все испортила:
— Может, останешься?
Ага, в безумном королевстве с главным психом, с таким невероятным трудом отвоевав себе право на возвращение:
— Я не сошла с ума.
— Жаль, — он издевается!? Вырвалась из объятий и пошла искать друзей, ну его это кольцо, и ну его этого принца. У меня бабушка владеет самой лучшей магической лавкой, что я не смогу решить свои проблемы, попросив совета у любимой родственницы!? Погладила пальчиками надетый на запястье браслет и начала высматривать шевелюры друзей в толпе. Как обычно не преуспела, потому что те неожиданно нашлись сами, эти неадекваты подкрались ко мне со спины, чем изрядно напугали. И кстати, судя по довольным лицам, это была не случайная акция, а спланированный террористический акт!
— Знаете, с вами у меня когда-нибудь случится инфаркт!
Рассмеявшись, Марьянка напомнила:
— Ло, у фей не бывает инфарктов!
— А драконы бессмертны, — зря вспомнила про драконов, опять начала думать об этом придурке. Чтобы как-то оправдать свои воспоминания перед самой собой спросила:
— А вы знаете, как снять это кольцо?
Олаф присвистнул, Чудо цокнула языком, потом оба хором заявили, что хвастаться некрасиво, затем правда, начали объяснять или, точнее будет сказать, продолжили надо мной издеваться.
