моё сознание, но на остатках самоконтроля я всё-таки проговорил:
— Чем обязан, красавица?
Да-да, мой голос был хриплым, а во рту пересохло. Я не знаю, откуда взялось это неистовое вожделение. И хотя умом я понимал, что со мной происходит что-то не то, противостоять желанию овладеть этой женщиной здесь и сейчас, было невероятно трудно. Я ещё держался, правда, неизвестно каким образом. Может, это дверь помогала, которую я стиснул правой рукой. Впрочем, судя по тихому треску, я сейчас или выломаю кусок дерева, или сломаюсь сам.
— Правда, красавица?
Инара чуть склонила голову и немного сменила позу. И тут я понял, что внизу платья тоже расположено декольте… или вырез… или как его там. В общем неважно. От золотого кольца на животе разрез широким треугольником устремлялся к полу, оголяя низ живота и длинные стройные ноги. «Она издевается что ли?» — мысль мелькнула и пропала, а следом за ней во мне неожиданно пробудилась злость. На самого себя. Меня бесит, когда что-то внутри выходит из-под контроля.
— А ты сомневаешься в этом?
Ответ получился излишне резковатым, но мне было фиолетово. Зато Инара чуть шире распахнула свои роскошные янтарные глаза и шагнула ко мне. «Млять. Мне писец». А дверь под правой рукой застонала. Похоже, ей тоже скоро писец.
— Ты заставил меня сомневаться. Если я так красива, почему ты медлишь?
Её дыхание обожгло мне лицо. Казалось бы, сбылась мечта идиота! Думать не хотелось. Хотелось схватить роскошную женщину и завалить на кровать. Гормональная буря затопила сознание, а разум сжался до крохотного осколка. Цепляясь за этот последний оплот обороны, я внятно проговорил:
— Я сам решаю, когда и с кем мне развлекаться.
С красноречием явно беда, но что на ум пришло, то и ляпнул. Что-то мелькнуло в глазах Инары. Но что? Злость? Уважение? Удивление? Непонятно. Девушка улыбнулась и, проведя рукой по моей щеке — зараза какая — мило и ласково проворковала:
— Конечно, Женя. Только ты решаешь. И что же ты решил?
«Вот же, с-с…» Дать сходу определение этой красавице я не смог. То ли стерва, то ли кто похуже. В мозгу не осталось места для вдумчивого рассуждения. Гормоны заполонили меня сверху до низу, а кровь уже настолько прилипла к органу, ответственному за размножение, что мне показалось, джинсы сейчас не выдержат. «Тобой манипулируют, Женя. Это не твои эмоции. Это её желание. Сопротивляйся», — завёл я молитву.
— В другой раз, детка, — хрипло выдавил я.
Кто б знал, каких усилий мне стоило сказать эту фразу. Янтарные глаза глядели долго. Слишком долго и слишком близко. «Да вали ты уже», — мысленно орала злость внутри меня. «Ты больной??? Немедленно хватай её и в кровать!!!» — визжал половой инстинкт.
Девушка тряхнула своей гривой и спокойно проговорила:
— Хорошо. Я зайду в другой раз.
Её обещание вызвало у меня одновременно и надежду, и страх. Мля, ещё раз пережить такое. Нет, лучше сразу сдохнуть. Закрыв дверь за девушкой, я подошёл к кровати и без сил рухнул на постель. «Жека, ты всё усложняешь», — завёл я внутренний диалог. — «Ты просто дебил. Такую женщину упустил! Нет, я ничего не упустил. Мне просто нечего упускать, ибо не моё. Она бы приходила, только когда ей приспичит, а оно мне надо? Нет. Мне такие отношения нахер не нужны.»
Короче, это был полный звиздец. Давненько меня так не плющило. Да что там давненько. Вообще ни разу такого не было! Бляха-муха, что ж так сложно всё устроено? Да, возможно, многие мужики покрутили бы пальцем у виска, но я знал, что поступил правильно. Секс с Инарой стал бы той самой наживкой, заглотив которую, я бы окончательно оказался на крючке, и хрен бы я когда-нибудь оттуда сорвался. Если уж меня так таращило от одной мысли о близости с ней то, что будет после? Полностью терять над собой контроль я не желал. Так что нефиг. Несмотря на молодость, я уже знал, что если от женщины сносит башню, то лучше держаться от неё подальше хотя бы до тех пор, пока не вернётся способность к самоконтролю. К тому же меня не покидало ощущение, что меня хотели использовать. А во мне слишком много гордости и самоуважения, и такие попытки, несмотря на посулы неземного блаженства, вызывали отторжение.
* * *
Инара.
Идя к себе в комнату, Инара думала о Евгене. Этот мужчина сумел её удивить. Во всяком случае, он оказался пока единственным смертным, который смог устоять перед силой вожделения. И это было странно. Ведь она прекрасно чувствовала его интерес и не пыталась сломить его волю, а лишь подталкивала к действию, но почему-то столкнулась с активным сопротивлением. Почему? Хоть сама манипуляция и не была сложной, но до сегодняшнего дня всегда работала безотказно. Да, может, Инара ещё и не достигла пика своего могущества, но она точно не ожидала осечки в таком простом деле, и это, безусловно, задело её самолюбие. Но задетое чувство вряд ли способно ответить на вопрос: почему Евгений отказал? А получить ответ хочется…
Если взять Данилу, то у того был сильнейший якорь в виде искренней любви к своей девушке. А это мощный стопор для мужчины с принципами. Тут и верность, и просто чувство долга перед любимой, которая его ждёт. Но у Евгения такого якоря нет. За что он тогда цепляется? Тоже какие-то принципы и убеждения? Или он почувствовал, что его хотят использовать? Возможно. Но однозначно силён! Инара улыбнулась. Надо же, какие редкие экземпляры смертных ей попались. Ну что ж, тем интереснее посмотреть, что из них получится в итоге.
* * *
Евген.
Несмотря на вечернее приключение и ворох разнообразных мыслей, я проснулся со светлой и ясной головой. Настроение было бодрым и боевым. Быстро приведя себя в порядок, я, насвистывая, вышел в коридор и направился прямиком к Инаре. Надо расставить точки над «и», так как оставлять вчерашний эпизод без внимания считал неправильным решением. Я постучал в дверь, а с моего языка неожиданно сорвалось:
