class="p1">─ А она не была лесбиянкой, просто слишком много пила, как и ты, ─ отрезал Себастьян.
─ Тогда я бы предпочёл Дина Мартина. Или Джонни Кэша. Или, по крайней мере, кого-то с пенисом.
Тут я не смогла удержаться.
─ Может РуПол? ─ лукаво предложила я. (прим. американский актёр, модель, певец, трансвестит).
Коннор уставился на меня.
─ Это не смешно.
─ Вообще-то согласна, ─ сказала я с ухмылкой.
Себастьян подошёл и вырвал стакан из рук Коннора.
─ РуПол или Джуди, Дин Мартин или Джонни Кэш, мне всё равно, просто больше никакой выпивки.
Позволив ему это сделать, Коннор, пожав плечами, произнёс:
─ Просто возьму побольше в самолёт.
─ Мы летим туда? Сегодня ночью? ─ спросила я, радуясь, что наконец-то смогу выбраться из этой очень милой и очень шикарной тюрьмы.
Коннор жил в Нью-Йорке, и я наконец-то увижу его дом.
─ Джонни и я, ─ сказал Коннор, отводя глаза. ─ Вы с Себастьяном останетесь здесь.
Тишина. Можно было бы услышать, как упала булавка или что-то поменьше.
Затем…
─ ЧТО?! ─ воскликнул Себастьян, одновременно возмущённый, убитый горем и невероятно потрясённый.
Я уставилась на Коннора, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.
Он избегал встречаться со мной взглядом.
У Себастьяна вот-вот случится припадок.
─ Но я нужен тебе, чтобы…
─ Ты всё делаешь по телефону, отсюда ты справишься так же легко.
─ Но я должен быть там, мне нужно видеть, что происходит, мне нужно личное присутствие, ─ сердито возразил Себастьян.
─ Я смогу справиться с шоу Леттермана, а ты посмотришь интервью в прямом эфире через спутник в момент трансляции.
─ Но это не имеет смысла, наш офис на Манхэттене, моя квартира на Манхэттене…
─ Мне нужно, чтобы ты позаботился о Лили, ─ сказал Коннор.
─ Мне не нужно, чтобы кто-либо заботился обо мне, ─ отрезала я. ─ Что мне интересно, так это какого чёрта ты убегаешь от меня, как проклятый трус.
Себастьян посмотрел на меня взглядом «о, дерьмо, во что ты только что вляпалась?».
Коннор тоже смотрел на меня. Он был в ярости.
«Так тебе, — подумала я. — Чертов мудак».
─ Видишь? ─ сказал Себастьян, указывая на меня. ─ Лили прекрасно о себе позаботится.
Коннор перегнулся через барную стойку и уставился на меня.
─ Ты не знаешь, каково там снаружи. Тебя не было в студии, тебя там не было…
─ Да, потому что кто-то думает, что я слишком слаба, чтобы жить.
─ Я не хочу, чтобы ты пострадала…
─ Ты не хочешь, чтобы я была рядом. Поэтому, какая к чёрту разница.
И снова тишина. Или что-то близкое к этому.
Я слышала, как Джонни затаил дыхание.
Себастьян тихо пробормотал что-то нечленораздельное.
─ Ребята, мне нужно пару минут, чтобы поговорить с Лили. Наедине, ─ сказал Коннор, продолжая смотреть на меня, исключительно на меня.
─ Хорошо, ─ согласился Джонни. Он открыл дверь и мотнул головой в сторону Себастьяна, словно говоря ему, что пора уходить.
Себастьян наставил палец на Коннора, который мерил шагами комнату.
─ Ей явно комфортно в собственной компании. Я думаю, что тебе следует пересмотреть решение о том, чтобы взять меня в…
─ УБИРАЙСЯ! ─ взревел Коннор.
Себастьян выскочил за дверь, и Джонни почти захлопнул её за ними.
41
─ Что, бл*дь, это было? ─ сердито спросил Коннор.
─ Почему ты не везёшь меня в Нью-Йорк? ─ спросила я.
─ Я же говорил тебе, папарацци, репортёры, они набросятся на тебя, как волки на…
─ Перестань мне врать, Коннор! Я видела эти чёртовы интервью, ─ закричала я. ─ Я видела, как они миллион раз спрашивали тебя о женитьбе на мне. Я видела, как ты реагировал.
Любые эмоции исчезли с его лица. Черты превратились в пустую безжизненную маску.
Игрок в покер до конца.
«За исключением тех случаев, когда он видит, как его бывшая держит за руку его брата», — шептал мне на ухо неприятный тоненький голосок.
Усилием воли я заставила себя успокоиться.
─ Послушай, ─ сказала я гораздо тише, ─ я всё понимаю. Ты знаешь меня, сколько, всего шесть дней? Ты попал в неприятную ситуацию, и теперь как бы застрял со мной, тебе приходится говорить такие вещи, о которых ты, очевидно, даже не подумал бы прямо сейчас, если бы не я.
─ Это не так, ─ сказал он тихо. ─ Все совсем не так.
Я тяжело выдохнула и попыталась подавить всхлип.
─ Хорошо, хорошо, пусть это не так. Но будь это так, я бы поняла. Но я не понимаю. Потому что прошлой ночью ты сказал, что любишь меня… ─ Мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы продолжить. ─ И никто не просил тебя об этом. Никто не заставлял тебя говорить эти слова. Ты ведь в тот момент не перед камерой стоял. Ты сказал…, что любишь меня…, а потом, когда я проснулась этим утром, всё было по-другому. Ты был другим. Поэтому, я хочу знать…, и скажи мне правду, а не какой-то бред…, что изменилось?
Он долго молчал. Просто стоял, опершись на барную стойку, словно поддерживая свой вес руками, и смотрел на меня…, а потом словно прогнулся под тяжестью своих эмоций. Коннор опустил голову как побитый пёс. Через некоторое время он выпрямился, наклонив голову и закрыв глаза, стал массировать виски одной рукой.
─ Прошлая ночь была действительно… напряжённой, ─ тихо сказал он.
Я стояла, всеми силами пытаясь сдержать слёзы, ожидая услышать больше.
─ Я сказал кое-что…, и я имел в виду это…, но думаю, что сказал это из-за напряжения… и, может быть…, я сказал это слишком рано.
Я кивнула, моя нижняя губа дрожала. Я пыталась сдерживать себя, чтобы не расплакаться, но не смогла сдержать слёзы, которые беззвучно текли по моим щекам. Я поспешно вытерла их.
─ П-понимаю. Всё в порядке.
Он открыл глаза и посмотрел на меня. На его лице появилось страдальческое выражение. У него был такой вид, будто он сам собирался расплакаться.
─ Эй… эй, эй, ну же, ─ сказал он, обходя бар и бросаясь ко мне. ─ Остановись. Пожалуйста, Лили, не надо…
Он притянул меня к себе, прижимая одной рукой мою голову к своей груди.
Я больше не могла сдерживаться.
Миранда, скандал, пресса, намекающая на то, что я была проституткой…
Но всё это не шло в сравнение с тем, что он сказал, что любит меня…, а затем взял свои
