тебе не просто так – он знал, – добавил Эрик.
– Здесь написано «Марьевка-2004». Марьевка – это наша деревня. Но тут не бабушкин дом, все выглядит иначе.
– Лера. – Ульяна смотрела на нее огромными глазами. – Набери ей прямо сейчас.
Лера схватила телефон. Она была уверена, что нащупала след Бездны. Он начинался в Марьевке. Возможно, именно мама ее там и прятала.
– Бабуль! – заговорила Лера и приложила палец к губам, чтобы Ульяна и Эрик не издавали ни звука. – Я у крестного, да. Как твои дела? Егор приезжал? Отлично. Звонили, да, у них все хорошо. День рождения – отпраздновали. Конечно, с тортом! Бабуль, а помнишь мамину фотографию на памятнике? Не подскажешь, где это было? Именины тети Лены, – повторила она, чтобы остальные тоже услышали. – Да помню я, помню, что она продала дом… Нет, все в порядке, просто рассказываю крестному. Там на фото видно чашку старинную, ты не помнишь, куда она потом делась? А, хорошо.
Лера зажала ладонью динамик.
– Не помнит, пошла искать, у нее есть такая же фотография. Да, слушаю! И я там тоже была? Ха-ха, ну понятно.
Она долго слушала, прикрыв глаза, чтобы не пропустить ни слова. Наконец переспросила:
– Рогоз? Ты уверена?
Жестом показала Ульяне, что нужно записать ручкой на бумаге, но та отмахнулась.
– Спасибо, бабуль! Прости за поздний звонок. Обнимаю тебя.
Немного помолчав, выдохнула:
– Мама принесла Бездну папиной сестре, моей тете. Попросила ее сохранить, а если придет человек по фамилии Рогоз, то отдать ему. Рогоз пришел через неделю после маминой смерти.
– Дело в том, что мы… – начал Эрик и покосился на Ульяну.
– Знаем одного Рогоза, – подхватила она. – Это наш учитель из «Бересклета».
– А прикинь, – ахнула Лера, – если Бездна на самом деле в вашей школе!
– Да! – Ульяна округлила глаза. – Рогоз – бывший Зовущий. Из зависимых. Но он излечился – то ли сам, то ли Матушка Вайс помогла. И остался при школе. Лера, не обижайся, но я думаю, что твоя мама и Рогоз украли Бездну вместе.
– Зачем? Можно же просто отдать ее Зовущим, и они навсегда отстанут?
– В смысле? – не поняла Ульяна.
– Я не уверена, но… Чисто логически: если у Зовущих появится свой неиссякаемый источник вязи, они больше не будут никого убивать. Разве не так?
– Нужно ехать в «Бересклет». – Эрик встал и первым пошел к двери. – У меня осталось всего три дня.
Ехать в «Бересклет» не было сил. Лера положила голову на свою подушку в своей спальне и поняла, что не двинется с места, тем более что Аша временно можно было не опасаться. Судя по лицу Ульяны, она тоже не горела желанием совершать подвиги.
– Ехать далеко. Придется брать такси, а это дорого. И я обещала родителям, что хотя бы сегодня буду ночевать дома, – виновато пояснила она, наклоняясь, чтобы завязать шнурки. – Они уже не верят, что такое возможно.
– Давайте завтра, – с облегчением согласилась Лера. – Уже ночь, с нами все равно никто не будет разговаривать.
– Тогда я поеду один, – упрямо сказал Эрик, и тут заиграла мелодия Ульяниного телефона.
– Да, – отрезала она и одними губами произнесла: «Вэл». – Да. Что? Что-о? Черт! Черт! Черт! Этого не может быть. Да, они рядом. Я перезвоню.
– Что? – хором спросили Эрик и Лера.
– Три часа назад Гусара увезли в больницу. У него переломы и сотрясение мозга. А два часа назад кто-то напал на Ивана, он позвонил Алисе. Чарку украли.
– О нет… – С досады Лера пинком сбросила на пол подушку.
– Иван подозревает нас. И наконец, полчаса назад Лиле сообщили, что вандалы вскрыли могилу ее бабушки. Лиля тоже подозревает нас.
– Лучше бы она за себя беспокоилась, – подал голос Эрик. – Судя по всему, она следующая. Чего? – огрызнулся он в ответ на долгий Лерин взгляд. – Я эту могилу не трогал, я все время был с вами.
– Да, точно, – будто очнулась Лера. А ведь она действительно была готова поверить в то, что Ратников добрался до праха Лилиной ба – не сам, так с чьей-то помощью. – Но кто все это сделал? Аш?
– Нет, – покачал головой Эрик. – Вряд ли. Он ждет, пока я принесу ему Бездну, и не нарушил бы уговор.
Ульяна что-то быстро набирала в мессенджере и читала ответы.
– Я написала, что мы сейчас у тебя. Вэл спрашивает, можно ли на одну ночь привезти к тебе Юлю. Лиля все устроит. Они позвонили Матушке Вайс. Про Юлю Гусар сказать не мог, если этот подонок о ней и узнает, то только от Лили, значит, сначала придет к ней. Мы с Вэлом будем там.
– Но… – судорожно соображала Лера, понимая, что хочет защитить вовсе не Лилю, а саму себя. – Может, тогда переночуем здесь все вместе? И нас просто не найдут.
– Опасно. – Ульяна впервые посмотрела прямо на нее, и только теперь Лера поняла, насколько она напугана. – Мы думаем, он может быть уже там.
Когда Ульяна ушла, Эрик попросил зарядку для телефона и, пока Лера искала, уснул за кухонным столом, положив голову на руки. Сама она спать не собиралась, только полежать немного и посмотреть Настины сторис с моря – подруга уехала с родителями в Турцию. Всего на мгновение закрыла глаза и открыла их, когда пришло сообщение от Ульяны: номер машины, которая привезет Юлю. Нужно было встретить ее внизу.
Лера поплескала в лицо водой, чтобы немного взбодриться, и накинула толстовку, но тут проснулся Эрик. Ни о чем не спросив, подождал у двери, и они спустились вместе.
Три часа ночи. В доме напротив светились всего несколько окон. Тишина. Судя по таймингу охотника за чарками, он уже должен был разделаться с Лилей, но не пришел. Может, не сегодня?
– Мне страшно, – призналась она, когда оба сели на лавочку возле подъезда. – Как ты думаешь, кто он?
– Не знаю. Но на твоем месте я чувствовал бы себя уверенней, чем на своем.
– Почему?
– Ты сильнее.
Эрик достал из кармана знакомый пружинный нож, провел лезвием вверх и вниз по ладони.
– Сильнее кого? – невесело усмехнулась она и перехватила его руку: – Не надо.
– Может, лучше сейчас? Вдруг этот товарищ уже положил Снежина.
– Ульяна ничего не написала.
– Не может, руки связаны.
– Да перестань! – вспылила она. – Спасибо, успокоил.
И поднялась навстречу мелькнувшему за деревьями свету фар. Это привезли Юлю.
Глава 11. Чужой человек
– У нас тихо. Спокойной ночи, ребят, – шептала в голосовом сообщении Ульяна. – Скоро к вам приедут от Матушки, типа полиция, не удивляйтесь.
«Слава богу, – подумала Лера. – Ох, слава богу».
Ничего
