Читаем без скачивания Призраки подземелий - Денис Юрин

Почему-то разведчики не собирались устраивать здесь даже короткий привал, хоть двух-трехчасовой сон никому бы не помешал. То ли они наивно полагали, что на другом берегу будет куда безопасней, то ли чего-то не договаривали.

Доверие действительно величина переменная. Его трудно завоевать, но легко потерять всего лишь из-за одного опрометчивого поступка. Дарк пока что не доверял спутникам и поэтому скрыл от них крохотную частицу правды, открывшуюся ему на дне подземного озера. Из уст моррона не вырвалось ни слова лжи, но в то же время он промолчал, что во время погружения ему удалось осмотреть не только доспехи утопленников, обглоданных плотоядными рыбами, но и левый борт покоившейся на боку лодки. Причина затопления лодки не вызывала сомнений. Однако перед тем как попасть «на зубок» подводному чудовищу, гораздо более крупному и опасному, чем хищники, пытавшиеся напасть на него самого, судно гномов явно побывало в бою и было хорошенько обстреляно. По всей длине от кормы до места разлома вблизи носовой части левый борт был утыкан двумя-тремя дюжинами арбалетных болтов. Одни снаряды лишь вонзились в хорошо просмоленные, довольно толстые доски, а другие прошили древесину насквозь, оставив на память дырки, в которые легко смог бы пролезть большой палец взрослого мужчины.

Впрочем, самые впечатляющие боевые отметины предстали моррону, когда он, отбиваясь от кружащих над его головой и жаждущих вкусить его плоти рыбин, доплыл до кормы. Крупных пробоин было всего три, причем две из них находились ниже ватерлинии. Они легко смогли бы стать причиной гибели судна, если бы гномы вовремя не заделали их подручными средствами. Одна из дыр, в которую Аламез без особого труда смог бы засунуть голову, была до сих пор заткнута прорвавшимся мешком с какой-то крупой, разбухшей и изменившейся под водой до неузнаваемости. Чем были пробиты доски, сомнений не возникло, поскольку точно в центре кормы застряло ядро размером с кулак. Снаряд был небольшим, но весьма примечательным. Обычно заряды мелких и средних катапульт были гораздо крупнее, и их изготавливали из крепкого камня, к примеру гранита, гладко обтесанного под шар, что значительно увеличивало дальность полета. А разворотившее древесину ядро было сделано из нержавеющей стали, причем из особого сплава, не только не подверженного воздействию влаги, но и необычайно тяжелого. Выдрать снаряд из трухлявого борта моррон смог, а вот в руке не удержал. Идеально гладкий шар, умещавшийся в ладони, весил два, а то и все три пуда.

Гномы – потомки изгоев или, как сами они себя называли, «наземники», погибли вовсе не во время отплытия. Скорее всего они добрались до противоположного берега, но поспешно ретировались, поскольку кто-то оказал им весьма нерадушный прием. Дарк пока не собирался мучить себя догадками, кто именно: выжившие махаканцы, экспедиционный отряд углубившихся в подземелье вампиров или кто-то ещё, вооруженный не только стрелковым оружием, но и катапультами. Главное, что на другом берегу озера водились не только дикие твари, но и хорошо вооруженные разумные существа, не приветствующие чужаков.

Но рассказывать об этой находке спутникам было бы в высшей степени глупо. Фон Кервиц мог легко его обмануть и послать своих людей в подземелье совсем с иной целью, нежели проникновение в логово вампиров, которое, кстати, отсюда было весьма далеко. Например, рыцарь-шпион мог поручить подручным произвести разведку береговых укреплений всё ещё живущих под землей гномов, которым с каждым годом всё труднее и труднее удавалось сдерживать проникновение в их владения захватчиков из «верхнего мира». Не исключалась возможность диверсии или иной, более сложной, задачи. Так что самым разумным для моррона было пока что помалкивать, наблюдать и, конечно же, не делиться своими открытиями с этой парочкой, ибо они не были ему соратниками и боевыми товарищами, а являлись всего лишь попутчиками.

Отойдя от костра, Дарк вернулся к брошенной им сумке с деревянными заготовками и при помощи нехитрых подручных средств, то есть пары увесистых камней и собранных по дороге гвоздей, принялся трудиться над превращением их в дротики. Правда, моррону ещё понадобилось позаимствовать у спутников нож и основательно подточить его, но это не отняло много времени. Утрата оружия была ощутимой потерей, в особенности в первое время, пока ему не представится случай пополнить личный арсенал трофеями. Горняцкая кирка, бесспорно, была весьма эффективна против подземных тварей; но против тех, кто изрешетил борта гномьей лодки, стоило бороться совсем иными, более изощренными методами и оружием.

Выстругивая заготовки и вбивая камнями в их концы вместо наконечников обычные гвозди, Дарк не поднимал головы и ни разу не поворачивал её в сторону вязанок с дровами, но краем глаза внимательно следил за разведчиками, которые тоже не сидели без дела. Сначала Ринва с Крамбергом варварски превратили четыре аккуратно сложенные вязанки в огромную кучу дров, из которой стали выбирать самые крепкие и более-менее подходившие по длине и толщине. Когда же необходимое количество, видимо, было набрано, разведчики немного передохнули, а затем стали обвязывать дрова тонкой, но прочной, как тетива, бечевой, скрепляя таким образом бревнышки по центру и по обоим краям. Они явно мастерили маленький плотик, то есть, говоря попросту, занимались совершенно бесполезным занятием. Их творение не выдержало бы даже веса одного щуплого подростка, не говоря уже о солидном грузе из двух крепких мужчин, далеко не худенькой девицы, оружия и довольно тяжелого скарба, хоть и изрядно поубавившегося, но всё ещё занимающего два мешка.

Однако, как говорится: «Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало»; чем бы ни занимались герканские агенты, а Дарк был благодарен им, что к нему не лезли и от важной работы не отвлекали, тем более что моррон подошел к самой ответственной и трудоемкой её части – к заточке ржавых гвоздей и к прорезке рядом с ними на деревянных рукоятях глубоких узких бороздок, в форме соединенных продольными полосками колец. Пока что самодельное оружие и выглядело неказисто, и на деле являлось таковым. Идти с ним в бой было бы равносильно самоубийству, но только «пока». На том берегу Дарк смог бы превратить плоды рук своих в смертельное оружие, куда более опасное и эффективное, чем обычные боевые дротики. Только дотуда еще предстояло добраться; непонятно как, и неизвестно, насколько успешно…

Глава 5

Следы былого

Ответственное решение принять трудно, но еще тяжелее сделать первый шаг по тернистому пути его воплощения в жизнь. Вроде бы уже ждать было нечего; вроде бы уже все было готово к началу переправы, а Дарк всё ещё стоял на берегу, поигрывая киркой в руках и нервно теребя лямку колчана за плечами. Моррон медлил и не решался ступить в темно-зеленую воду полного зубастыми рыбинами и иными, пока еще неизвестными опасностями подземного озера. Маленький плотик призывно раскачивался на мелких, частых волнах, а его отважные до безумия творцы завершали последние приготовления к отплытию. Ринва тщательно промазывала крайние бревна какой-то вязкой, отвратительно пахнущей мазью, которая, по словам разведчицы, должна была отпугнуть хищную рыбу: как прибрежную мелочь, так и более крупную, обитавшую ближе к центру и в глубинах озера; а Вильсет закреплял по периметру плотика дюжину предварительно смоченных в светящемся растворе палочек. Судя по тому, что разведчики находились практически по шею в воде и не вздрагивали при каждом всплеске за спиной, они оба искренне верили в отпугивающие свойства зловонной мази; верили настолько, что даже расстались с кирками и оружием, аккуратно сложив их посередине крошечного плота. Собственно, это и был весь груз нелепого плавучего средства, которое легко перевернулось бы при первом же ударе хвоста более-менее упитанного сома или щуки, а ведь здешние рыбины были куда крупнее, резвее и опасней.