Примерно с четверть часа путники плыли без остановки. Моток бечевы в руке Крамберга уже размотался почти до конца, когда из темноты, простиравшейся впереди, величественно показались долгожданные очертания торчащих из воды камней. Им повезло, ведь это оказалась не очередная подводная возвышенность, а идущая вдоль берега каменная гряда. Здесь вода доходила троице лишь по пояс, а от скалистого берега их отделяла какая-то жалкая дюжина метров. Однако праздновать победу было рано. Вскарабкаться на отвесную, гладко обтесанную водой и практически не имевшую ни уступов, ни щелей естественную преграду никто из промерзших, пошмыгивающих носами авантюристов не взялся бы даже налегке, не говоря уже об амуниции, которую теперь особенно жалко было бросать, но казалось совершенно невозможно затащить на прибрежные скалы.
– Ну и что же дальше делать будем, господа шпионы? – некорректно обобщил Аламез, но еще до того, как возмущенные спутники покосились на него, исправился: – Точнее, господин тайный и гнусный осведомитель и госпожа всезнайка, грозная покорительница шеварийских библиотек и первопроходчица заброшенных подземелий.
– Заткнулся бы, господин якобы рыцарь, – впервые за всё время совместного путешествия ответил грубостью на оскорбление Вильсет, с невозмутимым видом наматывая на ладони тряпки. – Сперва груз перетащить надо, а там поглядим!
– Отставить, – вновь самовольно возвела себя в ранг командира Ринва. – Порядок действий таков! Вначале дух переведем, затем нахалу по мордасям нахлещем, а уж потом мешки перетянем и дальше пойдем. Предлагаю двигаться вдоль берега вон к тем камням, – грациозно воздетый ввысь перст проводницы величественно указал вправо; туда, где в полумраке виднелись очертания больших камней, практически соединявших узкую полоску гряды с берегом. – Чую, там скалы пониже будут, а коль повезет, то и вообще карабкаться не придется.
– Не согласен, – возразил Крамберг, выразив общее с Дарком мнение, что еще рано отдыхать. – Чем дольше в воде стоим, тем сильнее промерзнем, к тому ж без движения. Лучше уж щас взяться, поднатужиться, а уж апосля в тепле отдохнуть иль хотя б не в сырости. Что ж до битья рожи евойной касаемо, – Вильсет кивнул в сторону ухмылявшегося Дарка, – то в наши дела, барышня, не лезь! А коль за оскорбление, лично те нанесенное, поквитаться хошь, так в очередь сперва запишись… как раз за мной бушь!
– Ну, поскольку первые два пункта великого плана отпали, ибо я их также не приемлю, а в нашей «дружной» компании двое образуют большинство, – воспользовавшись возникшей паузой, вернул утраченную инициативу Дарк, – то предлагаю незамедлительно приступить к осуществлению третьего и четвертого. Да, кстати, я с выбранным направлением движения полностью согласен. Ринва молодец, правильно подметила, вправо подаваться стоит!
Нежданная похвала настолько обескуражила девушку, что она оказалась неспособной что-либо возразить по остальным вопросам. Собственно, именно на то снизошедший до хитрой уловки моррон и рассчитывал.
Одарив льстеца недоверчивым взглядом, девушка взяла в руки тряпку и молча прошествовала к Вильсету, уже подергивающему бечеву, но, конечно же, не собиравшемуся взяться за перетаскивание груза в одиночку. Намеревался присоединиться к компании и Аламез, но только вначале он размотал сложенную в несколько слоев тряпку и по примеру Крамберга решил обмотать её вокруг ладоней. Пока путники готовились к работе, да и затем, когда они уже принялись осторожно перетаскивать груз, Дарк всё размышлял, стоит ли сообщать попутчикам, что избранная ими дорожка (скорее всего и единственная), может их прямиком привести на гномью заставу, где их совсем нерадушно встретят топорами, арбалетными болтами да увесистыми кулаками. Взвесив все «за» и «против», моррон пришел к прежнему выводу, что откровение неуместно.
* * *
Путники ошиблись. Большое скопление валунов, на которое они с трудом взобрались, хоть и примыкало к берегу, соединяя его с подводной грядой, но оказалось далеко не лучшим местом для выхода на сушу. Скалы здесь действительно были гораздо ниже, но зато их сверху донизу покрывал какой-то налет, не только тошнотворно мерзкий с виду, но и необычайно склизкий. Колония грибков или иных любящих сырость крошечных организмов была настолько огромной, что нечего было и помышлять о поиске свободного от нее пятачка. Карабкаться же наверх по слизи было не только противно и трудно, но наверняка и опасно для здоровья. К сожалению, среди разведчиков не нашлось знатоков подземной флоры, не ведал, что это за налет, и Дарк, поэтому путники быстро сошлись на том, что не станут рисковать и поищут иную возможность выбраться на берег, тем более что альтернативный вариант тут же и представился.
За группой валунов мелководье резко обрывалось, что отчетливо было заметно с высоты, на которую путники взобрались. Светло-зеленый фон без всякого перехода сменялся огромным темно-зеленым, практически черным пятном, означавшим, что глубина на этом участке более пяти метров. Но зато линия прибрежных скал изгибалась дугой и образовывала небольшую бухту. Из-за плохой видимости различить, что находилось в ее центре, было нельзя, но поскольку скалы вдаль резко обрывались, путники единодушно сошлись во мнении, что с большой вероятностью смогут найти там, впереди, вполне пригодный для выхода равнинный участок берега. Так как терять им было нечего, а долее находиться на валунах было бы в высшей степени бессмысленно, троица авантюристов спустилась с возвышенности и снова вступила в воду.
На этот раз Дарк решил поплыть вперед и быстро обогнал разведчиков, вынужденных двигаться медленно, поскольку они толкали перед собой плот. Желание моррона вовсе не являлось глупой прихотью, а было обусловлено суровой походной необходимостью. Если как раз в этой бухте и находился гномий пограничный форт, то он бы его увидел гораздо раньше, чем часовой на башне заметил бы приближение одиночки-пловца, уже удалившегося от светящегося плотика и малоприметного среди небольших волн, более напоминавших крупную рябь. В этом случае моррон собирался вернуться и предупредить попутчиков об опасности. Хоть силы троицы были уже порядком истощены, но их бы еще вполне хватило на два-три часа пребывания в воде, которые, возможно, понадобились бы для поиска иного, более безопасного места выхода на берег. Ну а если бухта безлюдна, то есть не превращена гномами в прибрежное укрепление, защищавшее их подземные владения от нежелательных визитеров с поверхности, Аламез бы первым добрался до суши, а значит, и первым согрелся б, что тоже было неплохо. Его организм уже довольно пребывал в холодной воде и жалостливо умолял издевающегося над ним хозяина о сухой одежде и жарком дыхании хотя бы крохотного походного костерка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
