следовать за Азрой.
Мы снова молча идем к маленькому магазинчику. Я смотрю через стекло на платья и украшения, а затем снова на Азру. Моя бровь приподнимается.
— Останься здесь, я ненадолго, просто должен одобрить некоторые вещи. — Он поворачивается, чтобы войти, но останавливается и оглядывается на меня. — И не думай о попытке сбежать, тебя здесь значительно превосходят числом. — Он поворачивается и заходит в магазин.
Я тихо передразниваю его себе под нос, поворачиваясь, когда слышу тихий вскрик. Маленькая девочка, которой на вид не больше шести, плачет, прислонившись к зданию через дорогу.
Я оглядываюсь вокруг, чтобы посмотреть, не собирается ли кто-нибудь помочь ей, но никто не подходит к ней. Переходя дорогу, я медленно подхожу к ней, чтобы она не испугалась.
— Ты в порядке? — Тихо спрашиваю я, она поднимает голову и вытирает слезы тыльной стороной ладони. Ее маленькие ушки становятся острыми. Ее нос и щеки усыпаны веснушками, а золотистые волосы перекинуты через плечо розовой лентой, скрепляющей их вместе.
Я замечаю маленькую царапину у нее на колене, которую она, должно быть, прикрывала.
— О нет, ты упала? — Я опускаюсь на колени перед ней, когда она кивает. — Хорошо, останься здесь на секунду, я сейчас вернусь. — Встав, я захожу в магазин, перед которым она сидит. Он заполнен красками и холстами. Надеюсь, у них найдется чем залатать ее колено.
Женщина за прилавком вручает мне небольшой бинт и теплое влажное полотенце, даже не задавая вопросов. Я благодарю ее и возвращаюсь к маленькой девочке. Опускаясь перед ней на колени, я показываю ей то, что у меня есть.
— Это может немного покалывать. — Когда я прижимаю теплое полотенце к колену, она делает небольшой вдох, но не сводит с меня своих больших карих глаз. — Как тебя зовут, милая? — Спрашиваю я, стирая засохшую кровь и грязь с раны.
— Эбби, — отвечает ее тихий голос. Я не могу сдержать улыбку, которая расцветает на моем лице.
— Это такое красивое имя. — Я не слышала этого имени годами. Эбби — это прозвище моей матери, она носила его чаще, чем свое настоящее имя.
— А у тебя какое? — Спрашивает она, пока я медленно накладываю повязку на ее рану, точно так же, как мой брат всегда делал для меня, когда я царапала колено.
— Бриэль. — Я улыбаюсь ей, прежде чем встать. Протягиваю руку, чтобы помочь ей подняться, она вкладывает свою в мою.
— Как новенькая! — Восклицаю я. Она хихикает и опускает взгляд на свою повязку.
— Спасибо, я не хотела, чтобы мои друзья видели, как я плачу, поэтому я убежала, прежде чем они смогли. — Эбби смотрит вниз, на свои ноги, как будто ей неловко в этом признаться.
Снова опускаясь на колено, чтобы быть на уровне ее глаз, я беру обе ее руки в свои.
— Ты никогда не должна стыдиться своих слез, потому что это показывает, какая у тебя есть сила, чтобы встать и продолжать, даже когда тебе больно. — Легкая улыбка растягивает мои губы, когда она кивает.
— Еще раз спасибо тебе, Бриэль. — Эбби быстро обнимает меня, прежде чем убежать обратно к своим друзьям. Тепло разливается по моей груди, когда я наблюдаю, как все эти существа живут тихой счастливой жизнью. Не нужно беспокоиться о том, что за человек охотится на них.
— Кто знал, что твой острый язык так хорош в общении с детьми? — Я встаю и поворачиваюсь лицом к Азре; его руки в карманах, и он просто смотрит на меня. Солнечные лучи безупречно отражаются от его черных волос.
— В отличие от тебя, у меня есть сердце. — Я отряхиваю руки и начинаю идти тем путем, откуда мы пришли.
— Могла бы обмануть меня, — бормочет Азра позади меня, но я предпочитаю игнорировать его. Всю обратную дорогу до дома я думаю о том, как много от себя я увидела в той маленькой девочке. Скрываю свою боль от всех, потому что боюсь, что они могут воспринять меня как слабую.
Я так долго убеждалась, что мой внешний слой достаточно прочный, чтобы справиться со всем, что угодно, что я полностью пренебрегла тем, что было внутри.
Я позволяю ему усохнуть и стать еще слабее, чем раньше.
22
АЗРА
Мы с Бриэль некоторое время назад вернулись ко мне домой. Я не видел ее с тех пор, как она взлетела по лестнице и захлопнула дверь своей спальни. Я отправил ей обед и закуски, но у меня не было времени разыскать ее и выяснить, в чем дело.
Не то чтобы меня это должно волновать. Она не обязана радоваться сегодняшнему балу, но она придет. Даже если мне придется притащить ее сюда за волосы.
Хотя, наблюдая, как она проявляет сострадание к той маленькой девочке-фейри в деревне ранее, крошечная часть моего сердца согрелась. Я никогда не видел, чтобы человек, особенно охотник, проявлял такую доброту и заботу к другому виду, кроме своего собственного. И почему-то я не шокирован, что Бриэль была бы такой же красивой внутри, как и снаружи.
Мы с Селестой указываем, где все должно быть разложено на весь день. Как только мы заканчиваем, я достаю платье, которое Селеста сшила для Бриэль, и приношу его ей, чтобы она могла начать готовиться. Моя сестра предупредила меня, чтобы я не заглядывал в пакет с одеждой, когда я брал его у нее. Что-то похожее на нервозность возникает во мне при мысли о том, что я увижу Бриэль одетой в нашу официальную одежду.
У меня такое чувство, что она не ответит, если я постучу, поэтому я щелкаю пальцем, и дверь ее спальни медленно открывается. Я вхожу, ожидая, что она накричит на меня, как она любит это делать, но вокруг тихо. Быстрый взгляд на ее комнату говорит мне о том, что я уже знаю.
Ее здесь нет.
Клянусь, если мне придется выследить ее до этого проклятого бала, я брошу ее обратно в ту камеру. Выбегая из ее комнаты, я вспоминаю место, где она могла бы быть, если бы не сбежала. Я решаю проверить там, прежде чем обыскивать территорию.
Двери библиотеки со скрипом открываются, и я сразу замечаю ее темно-каштановые волосы, свисающие над бархатной кушеткой перед камином. Она не оборачивается, чтобы посмотреть, кто мог войти. Небольшое тепло окутывает мою грудь при виде того, что она чувствует себя комфортно в моем доме.
— Бал скоро начнется, я приготовил все, что тебе нужно, в твоей комнате, где ты должна быть. — Я останавливаюсь за спинкой дивана и
