опытным колдуном, чтобы ввязываться во что-то серьезное.
Перекусив, Денис отправился гулять по Белогорам, но не столько осматривал деревню, сколько прислушивался к своим ощущениям в разных ее частях. Чернокнижец надеялся ощутить нечто похожее на то, что испытал на стройплощадке рядом с местом убийства. Но больше таких темных зон в деревне не оказалось. По крайней мере, ему они не попались.
Что же источало такую холодную тьму именно в том месте? Остаточные ауры от проведенного ритуала жертвоприношения? Или присутствие убийцы, который в тот момент находился где-то совсем рядом?
Денис похолодел, пораженный внезапной догадкой.
А что, если убийца и правда стоял где-то совсем рядом с ними, ничем не выдавая себя? Скрывался среди строителей? Или это был кто-то из людей Ипполита Германовича? Может, они живут под одной крышей с убийцей и просто не догадываются? Но нет, тогда Денис почувствовал бы его в доме, а этого не случилось.
Чернокнижец вдруг понял, что замерз. Он уже не чувствовал щек и кончика собственного носа. Пожалуй, пора было вернуться в особняк, чтобы согреться и обдумать план дальнейших действий.
Глава 17
«Хвост дракона»
К тому времени, когда Чернокнижец вернулся в особняк, на улице уже начало смеркаться. Лариса выглянула из кухни на стук входной двери, но ничего не сказала. В камине на первом этаже жарко полыхал огонь, и так приятно было после морозной прогулки окунуться в домашнее тепло.
Чернокнижец погрел руки у камина, затем поднялся к себе и набрал полную ванну горячей воды. Разделся и, забравшись в нее, с наслаждением вытянулся в полный рост.
Обычно Денис предпочитал душ, но так тоже было неплохо, особенно когда хочется поскорее согреться. Чернокнижец полностью расслабился, погрузившись не только в горячую воду, но и в собственные мысли, которые отчего-то неуклонно возвращались к Ди…
Интересно, как она там? Есть ли хоть какие-то улучшения?
Он закрыл глаза. Когда он понял, что она ему нравится? Денис этого не помнил.
Той весной Диана Толоконникова стала все чаще попадаться ему на глаза. Они постоянно натыкались друг на друга в школе и в городе после занятий. Ему было приятно проводить с ней время.
– Мой отец почему-то тоже считает тебя плохим парнем, – сообщила однажды Диана, когда они сидели в кафе «Одноглазый валет».
– Как твои знакомые девчонки? – Денис сделал испуганное лицо. – Он что, тоже хочет со мной встречаться?
– Не говори ерунды, – рассмеялась девушка, шлепнув его по руке. – Просто мне интересно, где и когда ты успел прищемить ему хвост? Мы же только недавно сюда переехали.
– А он тебе ничего не рассказывал? – удивился Чернокнижец.
– Нет. А у тебя с моим папашей есть какие-то общие секреты? – спросила Диана. – Вы и правда что-то от меня скрываете?
На этот раз рассмеялся Денис.
– Никаких общих секретов нет, – заверил он девушку.
– Но он отчего-то уверен, что у тебя есть оружие и ты набрасываешься на людей прямо на улице. Я слышала, как вчера за ужином он рассказывал об этом маме.
– Странно, – пожал плечами Чернокнижец.
– Вот и я думаю, что это очень странно. Хотя… Нет, не очень. – Диана хитро улыбнулась. – Отцу никогда не нравились парни, с которыми я встречалась в Санкт-Эринбурге. Так что ты не исключение из правил, а, скорее, подтверждение. Думаю, он никогда не даст мне выйти замуж за того, кого я сама выберу.
– А ты так сильно хочешь замуж? – полюбопытствовал Денис.
– Почему бы и нет? Но, конечно, не сейчас, а когда придет время, и за того, кто нравится мне, а не моим родителям. Но, чувствую, кончится все тем, что папа приведет какого-нибудь скучного сынка своих высокопоставленных друзей. Мы с ним целыми днями будем сидеть дома и собирать алмазную мозаику.
– Мозаикой я точно не увлекаюсь, – признался Чернокнижец.
– А стрельбой на городских улицах?
– Да не было такого! – хохотнул Денис.
– Я тоже подумала, что тут мой папаша слегка привирает, – подумав, кивнула Диана. – Он же по гороскопу Стрелец, а все Стрельцы – патологические вруны.
– Эй! – возмутился Чернокнижец. – Я ведь тоже Стрелец!
– А вот и доказательство, – хмыкнула девушка, снова заставив его расхохотаться.
Диана его часто смешила, рядом с ней он забывал обо всех неприятностях. Она ему нравилась. И она встречалась с Чернокнижцем, несмотря на недовольство своего отца.
Диана была очень веселой и простой в общении, и все ребята их школы безоговорочно приняли ее. Не приняла лишь Снежана Демидова. Она не могла смириться с тем, что Диана и Денис все больше времени проводили вдвоем.
Снежана всячески старалась унизить Диану, выставить ее полной дурой в глазах окружающих. Но ей это плохо удавалось. Ди была настолько открытой и умела посмеяться не только над другими, но и над собой, что все попытки Снежаны ни к чему не приводили.
Однажды она опрокинула на Диану сок в школьной столовой и сделала вид, что это получилось случайно. На следующий день перед самым уроком физкультуры у Ди вдруг исчезли кроссовки, а нашлись на школьном дворе, висящими высоко на ограде. А то вдруг кто-то распустил про новенькую слух, что ее исключили из старой школы из-за проблем с наркотиками.
Диана недоумевала, отчего вдруг ей на голову посыпались неприятности. Но Денис сразу понял, кто за всем этим стоит. Уж больно торжествующий вид был у Демидовой каждый раз, когда у Ди начинались какие-то проблемы.
– Зачем ты это делаешь? – спросил Денис у Снежаны, остановив ее после уроков в школьном дворе.
– Затем, что она положила на тебя глаз, – не стала отпираться Демидова. – Да и ты к ней, похоже, неравнодушен.
– А тебе-то какая разница? – не сообразил Чернокнижец.
– Ты что, вообще ничего не понимаешь?! – разозлилась Снежана.
– А что я должен понимать, по-твоему?
– Мы с тобой знакомы с детства, Денис. Я сама имела на тебя кое-какие виды, а до тебя все не доходило, уж не знаю, по какой причине. Я ведь далеко не уродина и не слишком глупа, и мы столько времени проводим в одной компании. Я уже устала тебе намекать, но ты упорно не замечаешь мои знаки внимания. Зато за этой новенькой ты готов бежать хоть до Змеиного озера! Это ты такой тупой или со мной что-то не так?
– Но у нас с тобой… – Денис с трудом подбирал слова, – все равно никогда ничего не получилось бы. Именно потому, что мы знакомы с самого детства. Ты же мне практически как сестра.
– Только не говори, что ты ее и правда любишь!
– Не
