Читаем без скачивания Эксмур (СИ) - Верх Лика

"У тебя с десяток криспи в пользовании, какого хуя тебе еще надо?"

— Утрой, — согласился, наблюдая за рассеивающимся дымом. — За другую.

— Я не хочу другую! — он всегда быстро выходит из себя.

"Какая ирония. Я тоже не хочу другую".

— Мне похуй, Томмиерс. Либо выбирай кого-то еще, либо проваливай. Торги окончены, — хлопнул бокалом по столу.

Крысеныш не собирался мириться с положением проигравшего. Засопел показательно громко.

— Продай ее мне.

Заебал.

Посмотрел на него прямо, отразив все во взгляде.

— Забирай, — кивнул, закуривая. — Не как криспи. Как человека. Забирай.

Махнул рукой в сторону.

— Сам ее ломай, доводи до нужного состояния. Разбирайся с ее семьей. Сам.

Воодушевление быстро слетело с лица Томмиерса.

— Ну, что скажешь?

Сомнения вступили в схватку. Когда, с одной стороны, очень хочется, а с другой разум объективно говорит, что не справишься.

— Я плачу за готовый товар, — решил вырулить в свою пользу.

— Рекомендую посетить лекаря с жалобой на слух. Я тебе четко сказал: выбери другую. Либо похищай человека со всеми вытекающими последствиями.

Губы Томмиерса сжались в тонкую линию от бессильного гнева.

— Ты выставляешь себя и своего отца ненадежными партнерами. На рынке достаточно других конвейеров, я ославлю вас и оставлю без клиентов.

Он говорил с напускным, тошнотворно показушным превосходством, прикрытым надменностью.

"Ты выбрал самое неудачное время для попыток на меня надавить".

Крысеныш с видом победителя отхлебнул из бокала, делая вид, что заинтересовался картиной на стене.

Сеть облегченного кристалла удушения сформировалась за мгновение. Пустил кристалл по адресу, щедро заполнив пустой бокал почти до краев. Кристаллическая сетка опутала тело, активируясь.

Наблюдал за льющейся янтарной жидкостью, слыша на фоне сиплые хрипы.

Не сдохнет. Не с этой целью кристалл сделан.

Легким движением подхватил бокал, направляясь к Томмиерсу. Он метался из стороны в сторону с распахнутым в ужасе ртом, пытаясь словить кислород, что-то сказать. Пальцы впились в свою же шею, рефлекторно пытаясь сорвать удавку. А ее нет. Поступление кислорода блокируется кристаллом изнутри, постепенно отключая легкие. В данном случае неполностью.

Полные страха глаза впились в Мэлла, а он впервые за последние полчаса почувствовал легкое облегчение.

Заебался. В самом деле.

— Понял, родной, что я могу с тобой сделать? — поинтересовался мягко, крепко сжимая плечо.

Рот беззвучно двигался, как у рыбки, раскрытый на максимум своих возможностей.

— Мне похуй сколько у тебя денег, какое положение занимаешь, кому ты даешь и кого ебешь, — выпустил дым в сторону окна. Погода хорошая. Солнечная. — Начнешь выебываться, создавать проблемы, и я их решу.

Улыбнулся широко, открыто, обнажая зубы.

— По-своему. Мои методы тебя не вдохновят, но, видишь ли, на это мне тоже похуй.

Развеял кристалл. Кабинет моментально наполнился истеричными вдохами. Томмиерс, пошатываясь, рухнул на диван, продолжая ощупывать шею и таращиться в пространство.

"Говорят, вся жизнь перед глазами проносится. Ну, хуй знает. Никто еще не рассказывал".

Похлопал его, безвольно валяющегося, по плечу, проходя к выходу.

— Брэдфорд сейчас вернется. Определяйся: выбираешь другую или идешь на хуй.

Захлопнул дверь и осекся. На кресле секретарши покачивался отец.

"Встреча у него. Важная".

Усмехнулся, затягиваясь.

— Куча дерьма у тебя на диване, — бросил, направляясь к двери.

Выйти не успел, остановленный с недовольством.

— Из-за какой-то бабы подставляешь весь бизнес!

Выдохнул, сжимая холодный металл ручки в руке и развернулся, растягивая губы в улыбке.

Знает, как сильно она раздражает отца.

— Подставлять сына из-за бизнеса тебе никогда ничего не мешало.

— Тычастьбизнеса! А она девка, за которую предлагают хорошие деньги! — он упирался в стол руками, выплевывая слова в лицо.

Слюни попали на щеку.

Мэлл с усмешкой, демонстративно стер их, понимая, что предохранители трещат. Слетят в любой момент.

Губы исказились в оскале, замахнулся. Отец отскочил назад с бешеными глазами, а Мэлл резким движением сбросил все, что лежало по краю стола. Уперся ладонями в столешницу, нависая над столом и тяжело дыша. Рваные смешки вылетели изо рта.

— Посмотри на себя, эмоции всегда мешают делу! — отец великодушно демонстрировал разочарование.

Захотелось сжать кулаки, но сдержался. Удерживая себя, не желая делать эти последние несколько шагов до самой опасной стадии.

— Заткнись и слушай, — произнес тихо, надеясь, что улыбка сейчас выглядит достаточно безумно. — Томмиерс не доставит проблем. А если еще раз попытаешься выставить меня ничтожеством, я на время забуду, что ты мой отец. Это несложно.

Оттолкнулся, выпрямляясь. Желая где-то глубоко внутри, чтобы он сказал что-то еще. Дал повод сорваться.

Развернул себя к выходу. Насильно вытолкнул тело в коридор.

Ему необходимо несколько часов тотальной тишины. Полного спокойствия. Привести себя в норму.

Уверенно направился к клубу. Место, где, в случае чего, подстрахуют парни. Да и сорваться там не так страшно.

К вечеру он должен быть абсолютно спокоен, иначе велик риск напугать Джульет напором. В таком состоянии, как сейчас, он вполне может не сдержаться.

Эпизод 20. Эксперимент

Чудесная погода. Прекрасный солнечный день.

Студенты заполонили территорию Эксмура, кто-то расстелил пледы и валялся в обнимку, кто-то устроил мини-пикник. На берегу играли в волейбол, на террасе за общежитием устроили барбекю. Фиркинс ругался, но ничего не смог с этим поделать.

Группка девчонок занималась фитнесом на радость парням. Они развалились на лежаках, что-то пили и неотрывно следили за приседающими.

Джульет с Мэри заняли практически плоский огромный валун на распутье между покатым спуском на пляж и подъемом на зеленый холм. На нем свободно мог бы поместиться кто-то еще.

С этой точки открылся прекрасный вид: голубая гладь моря на горизонте смешалась с небом. Чайки летали вместе с неизвестными птичками. Не сильна в орнитологии.

Солнце пригревало, желая подарить все свои лучи.

Мэри лежала, согнув одну ногу в колене, прикрывая глаза рукой.

— Вот бы все выходные были такими: тепло, атмосферно и…

— Зачетные ноги, детка! — ввинтил свою реплику проходящий мимо парень.

Подмигнул в ответ на озадаченный взгляд Мэри и побежал вниз по склону.

— Мне интересно, они все смотрят только на сиськи, задницу и ноги, или их еще что-то интересует? — мулатка смотрела ему вслед с искренним недоумением.

Джул пожала плечами, обнимая подтянутое к груди колено.

— Если представить, что мы начнем себя вести так же: шлепать по понравившейся заднице, пялиться на ширинки с выражением ценителя, говорить все, что думаем, им понравится? — размышляла Мэри. — Или они тоже почувствуют себя неприятно? Как считаешь?

Представила эту картину во всех красках. Например, вот тот парень… Высокий, рельефный блондин… и на этом моменте что-то пошло не так. На его месте живо предстал Мэлл, а она представила, как отвешивает звонкий шлепок по накаченным ягодицам, проходя мимо.

Засмеялась, вообразив его озадаченное лицо и следом расплывающиеся в ухмылке губы. О, да. Он был бы доволен. Ну или по крайней мере воодушевлен.

Подруга расценила смех по-своему.

Приподнялась на локтях, обводя взглядом доступную для просмотра территорию.

— Давай проведем эксперимент? Смотри сколько подопытных.

Шлепнуть Мэлла в воображении — да, согласна. Утром она и не то представляла, чуть не сгорев со стыда после, но в реале? И не его, а совершенно постороннего человека?

Внутри как минимум извергся Везувий, пуская по венам вместо магмы раскаленную панику.