– Фиона, я, кажется, забрала все, что предназначалось тебе? – Доев кашу, Кайра оглянулась, высматривая, что бы положить на кусок хлеба.
Фиона со вздохом поставила перед ней масло с травами.
– У меня будет еще один ребенок.
– О, Фиона, как это замечательно! – Кайра с трудом притушила вспышку зависти.
– Если проболтаешься Эвану, я тебя побью.
– Почему нет? Разве ты не понимаешь, что тогда он останется в Скаргласе? Ведь ты не хочешь, чтобы он ехал сражаться? – Кайра щедро намазала масло на хлеб.
– Он так хочет. Если Эван узнает, что я беременна, то останется, но душой и мыслями все равно будет с остальными. Вот почему я поклялась молчать даже под пытками.
Кайра засмеялась, и Фиона, улыбнувшись, вздохнула.
– Пока единственный признак – это то, что я ем за десятерых, почти как ты. Я это делаю тайком, пока Эван не видит. Через день-другой мне уже не придется скрывать свою прожорливость.
Кайра поняла и ахнула:
– Через день-другой?
– Ну да. Лайам тебе скажет, потому что ты поедешь с ними. Они бы предпочли обойтись без тебя, но ты знаешь тамошних людей, а они нет, так что ты им нужна. Будет лучше, если вы с Лайамом вместе войдете в дом лэрда, когда оттуда выгонят Рауфа. А что? Лайам не очень-то тебе рассказывает об их планах?
Кайра поморщилась:
– Я не спрашивала, и он, видимо, решил, что я не хочу об этом слышать.
– Наверное, ты не слышала и о том, что ночью приехали Камероны и мужчины из твоего клана. Большой зал будет забит храбрецами, готовыми сражаться. Они рвутся в бой. Мало кто из них видел Рауфа Моубри, но все знают, на какие жестокости он способен. Для них это шанс избавить от него нашу страну. Еще приехали воины моих братьев, брат Нанти и наши союзники Далглиши и Гауди. Отовсюду набралось понемногу, потому что никто не рискует оставлять свои земли незащищенными.
– Ну и правильно. – Кайра кивнула.
– Сигимор направил людей к Арджлину, чтобы осмотреться и поговорить с соседними помещиками. Сэр Иен Маклин прислал сказать, что приглашает войско остановиться на его земле и окажет им полную поддержку. От остальных еще нет известий.
– Остался еще только один близкий сосед, но я сомневаюсь, что вы получите от него письмо. Он осторожный, робкий до трусости и будет отсиживаться в сторонке, пока другие сражаются, а потом воспользуется плодами победы. Но я не удивлюсь, если один из его сыновей приведет своих людей и будет сражаться.
– Хорошо бы. Они познакомятся с Лайамом и, сражаясь на его стороне, признают его владельцем Арджлина. – Фиона пристально посмотрела на Кайру: – Ты уверена, что тебя это не огорчит?
– О, не скажу, что не чувствую время от времени укол отвращения, но не к Лайаму, а ко всему миру. Миру, в котором не могут признать женщину владелицей поместья, в котором ее объявляют слабой и этим пользуются.
– Когда ты говоришь «мир», ты имеешь в виду мужчин?
– Да, мужчин.
Обе задумались, а когда это заметили, то рассмеялись. Они еще немного поболтали о сезонных работах и о детях Фионы, а потом Кайра, наевшись, решила чем-нибудь заняться и пошла в оранжерею. Фионе запахи земли и растений казались слишком сильными, и она решила отпустить гостью одну.
По пути в оранжерею Кайра встретила мужчин, присланных Мюрреями: они разговаривали с ее братьями. Поскольку все это были ее родственники, они стали дружно выговаривать ей за то, что она долго не сообщала, где находится.
Немного послушав, как ее ругают, Кайра направилась в оранжерею, и братья пошли за ней. У нее тут же появилось гнетущее чувство, что они хотят поговорить о Дункане. Она этого ждала, но день шел за днем, все молчали, и Кайра подумала, что братья решили это не обсуждать. Теперь стало ясно, что все эти дни они просто обдумывали, как лучше приступить к этой щекотливой теме.
– Ты должна была сразу сказать нам, что у тебя проблемы с мужем, – начал Лукас.
Кайра вздохнула.
– Это были мои проблемы и мой муж. Я не считаю, что должна бежать жаловаться маме, тем более что сама его выбрала. – Она посмотрела на братьев как можно суровее. – И вообще, я не желаю больше об этом говорить.
– С этим парнем действительно было что-то неладно. Хоть ты не из тех пышечек, которые сразу притягивают глаз мужчины, но в тебе нет ничего плохого.
– Вот и твой новый муж не находит в тебе ничего неправильного, – подсказал Лукас.
Кайра прислонилась к столу и скрестила руки.
– Я понимаю, вы хотите сделать как лучше, и благодарна вам за заботу, но я сама разберусь. Три месяца я страдала от унижения; будем считать, что у меня остались синяки и нужно подождать, когда они пройдут.
– Пройдут, пройдут, – закивал Артан. – Твой новый муж поможет. Он отличный парень, этот Лайам, такой здоровяк.
– Да, здоровяк, и об этом знает половина женщин Шотландии. – Кайра усмехнулась, увидев, как братья поморщились.
– Свободный мужчина берет что может, – уверенно сказал Артан. – Извини, сестра, но мало кто из мужчин отвернется от предложенного удовольствия, лишь бы сохранить себя в целости до брака.
– Я вас понимаю, лицемеры. Вы, разумеется, ожидаете, что так себя будет вести та, которую вы выберете в жены.
– Ладно, нам пора уходить, – Лукас подмигнул брату, – иначе нас ждет лекция, напичканная жалобами на мужчин.
Артан кивнул и пошел вслед за Лукасом, но брат вдруг замер в дверях.
– Что, наши кузены опять повздорили с Макфингелами?
– Нет, они ведут сюда двоих: молодого монаха, который, кажется, слишком долго постился, и косоглазого дылду.
Кайра решила, что этого не может быть, но все же пошла к двери.
– У этого монаха русые волосы? Он еще не споткнулся?
– Три раза. – Лукас усмехнулся. – Ничего, дылда крепко его держит.
Кайра протиснулась между братьями и быстро вышла за дверь. Да, это действительно был Кестер! «Дылду», идущего рядом с ним, Кайра в монастыре не видела: он то ли поддерживал Кестера, то ли Кестер держался за него, но мужчина не отпускал мальчика ни на шаг.
– Миледи, мы пришли бороться вместе с вами за возвращение ваших земель! – радостно воскликнул Кестер.
Заявление было бы великолепно, если бы Кестер, взмахнув рукой, не угодил между глаз кузену Кайры Колину. Кайра торопливо извинилась, но, увидев, что Колин жаждет отмщения, быстро увела Кестера и его друга в дом.
Братья, ухмыляясь, пошли за странной парочкой. Кестер представил своего друга как сэра Арчибальда Керра. Через несколько шагов Кайра поняла, что сэр Арчибальд очень плохо видит.
Вскоре они уселись подкрепиться остатками пира в большом зале, где Фиона все еще подъедала кусочки.
– Кестер, прежде всего я хотела бы знать, почему ты ушел из монастыря. – Кайра налила сидр ему и сэру Арчибальду. – Вряд ли монахи одобрили твое решение идти сражаться.
