22
— Пристегните ремень, пожалуйста, и приведите спинку кресла в вертикальное положение, — услышал я голос. Открыв глаза, увидел, что рядом со мной стоит стюардесса, — самолет идет на посадку, — пояснила она.
Я пристегнул ремень и, нажав кнопку, привел кресло в нормальное положение. Улетел я рано утром, чтобы приехать не поздно, не хотелось терять день, поэтому и задремал в самолете.
Еще накануне я известил на работе, что уезжаю на несколько дней. Лене сказал, что телефонный номер тот же, но вряд ли приеду после звонка, так как буду отсутствовать не долго. С собой вез подарки тете Кате от мамы.
Выйдя из здания аэропорта, я остановился, чтобы осмотреться. Таксисты предлагали поехать в центр, но мне надо было дальше. Я выбрал одного, и когда сказал, куда мне надо, он задумался, а потом назвал цену. Поездка, конечно, стоила дешевле, но я не собирался торговаться, и вскоре мы поехали к моей цели.
Город встретил меня солнечным днем, дело шло к зиме, и было прохладно. Ладно, хоть дождя нет, а то было бы уныло и скучно. На душе было полное беспокойство, так как я не знал, зачем еду. Знал куда, знал к кому, но зачем не знал. Интересный поворот в жизни. Давно я не совершал необдуманных поступков. Назвать мои действия и решения осмысленными, язык не поворачивался, поэтому я никому из знакомых, не сказал куда еду. Меня бы не поняли. Чем меньше знают, тем мне спокойнее. Незадолго до отъезда, я позвонил Наташе, извинился, что не позвонил раньше, и сообщил что уезжаю.
— Не буду скрывать, мне хотелось, чтобы ты позвонил, но я понимаю, что продолжения отношений не будет.
— Почему ты так решила?
— Я это знаю, и я на тебя не обижаюсь, мы не обязаны друг другу ничем.
— Почему женщины уходят от меня и при этом говорят, что решение приняли сами, сообщают, что я не сделал ничего плохого, и нет обиды. Если не сделал ничего плохого, то почему?
— Потому что с тобой будет тяжело потом, ты любишь другую. Тебе повезло, у тебя были умные женщины, которые понимали тебя лучше, чем ты сам себя. Мы понимаем, что тебе приготовлена встреча с другой.
— Что все еще впереди, — усмехнулся я, — не поздновато ли?
— Не знаю. Может быть она и позади, и ты ее знаешь. Она и сама может не знать до поры до времени. Знаю одно, это не я. Осмотрись вокруг.
— Если позади, откуда тебе знать?
— Женская интуиция.
— Больше она тебе ничего не говорит?
— Что тебе надо подождать.
— Самое обидное то, что меня в этом вопросе никто не спрашивает. Все решают за меня, не спрашивают мое мнение, просто решают и все. Я же человек, а не объект для исследования.
— Все мы объекты для исследований. Важно понять, когда эксперимент закончен.
— Ты это поняла?
— Да. Мой эксперимент закончен, но не с тобой. Ты хороший мужик, я знаю, что говорю, но мы будем тяготиться друг другом по прошествии времени, а это уже издевательство над собой, поэтому я и не претендую на тебя, хоть и жалею, что не рядом.
— Давай, когда я вернусь, встретимся и поговорим. Вдруг ты ошибаешься, и мы попробуем.
— Мне приятно это слышать и рада бы ошибиться, но думаю, я не ошибаюсь.
— Но ты же не ясновидящая. Откуда ты можешь знать.
— Я же сказала, интуиция, поэтому нам не надо встречаться. Больно будет.
— А вдруг?
В трубке повисла тишина, но затем я услышал: — Хорошо. Если по приезде, ты сочтешь необходимым встретиться, я подчеркиваю необходимым, а не возможным, я согласна на встречу. Но прежде чем звонить подумай. Не будет звонка, я не обижусь и ждать его не буду. Я буду устраивать свою жизнь без тебя, ну, а если суждено с тобой, то возражать не буду.
Я согласился с ее предложением. Но все это было уже в прошлом. Я не принял никакого решения и не знал, позвоню ей или нет. Сейчас мне было не до этого.
Я смотрел из окна такси на мелькающие пейзажи и постарался не задумываться, что потом. Время покажет, что и как. Такси остановилось около дома тети Кати. Я поднялся по ступенькам и позвонил, через некоторое время услышал звук открывающейся двери в доме и шаги по веранде. Щелкнул замок, и я увидел тетю Катю.
— Здравствуй, Юра, проходи.
Мы вошли в дом, в котором было тепло и уютно.
— Я тебя ждала, но не знала когда ты приедешь.
Вскоре мы, как уже бывало, сидели за столом, и пили чай. Подарки я ей уже раздал.
— Ты к нему приехал?
— К нему.
— Ксения знает?
— Я не говорил ей. Зачем?
— Вот именно зачем. Ты сам-то знаешь, зачем приехал?
Говорила она спокойно, рассуждая, и в голосе слышалось понимание.
— Пока нет. Мне у него просить нечего, на жизнь не жалуюсь, на здоровье тоже. Мне кажется, нам надо с ним поговорить, причем ему это тоже надо, но вот зачем я не знаю.
— Вот сходишь и узнаешь. Я спрашивать не буду. Значит так надо, но плохого он ничего не сделает. Это знаю точно. Когда пойдешь?
— Да вот попью чаю и пойду.
Допив чай, я оделся и направился к Степану Никодимовичу. Я испытывал беспокойство, вернее это было беспокойство неизвестности. Подойдя к дому, я открыл калитку и, пройдя по дорожке, поднялся по ступенькам крыльца, толкнул дверь и она открылась. Да, его дверь для меня открыта. Войдя в комнату, увидел, что колдун сидит в кресле и смотрит телевизор. Услышав мои шаги, он повернулся:
— Добрый день, ждали? — спросил я.
— Ждал, — не стал он срывать, и поднялся с кресла. На нем были домашние брюки из хлопчатобумажной ткани, рубашка на выпуск, обут в домашние тапочки.
На шум из кухни вышла Наташа. Она была также привлекательна, как и раньше. Темно-синее платье, перетянутое на талии черным ремнем, подчеркивало ее фигуру. Волосы были собраны назад, глаза чуть блестели.
— Здравствуй.
— Здравствуй, — ответил я, — вот вернулся. В тот раз пришлось срочно уехать, дела позвали, — оправдывался перед ней.
— Я так и поняла.
— Чай давай пить, — предложил колдун.
— Только что пил, у тети Кати.
— Ничего, вода дырку найдет. Поставь, Наташа, чайник.
Она качнула головой и скрылась на кухне.
— А ты, что стоишь? В ногах правды нет, проходи, садись.
— А где правда есть? — спросил я, когда сел за стол.
Колдун выключил телевизор и сел напротив меня: — В голове. Где еще.
— А почему говорят, что в ногах правды нет?
— Естественное желание человека сидеть, а не стоять. И пока он стоит, он думает в первую очередь, как бы сесть и скажет все, что угодно, лишь бы сесть или уйти. Сказать коротко и уйти. На самом деле серьезные разговоры ведутся сидя.
Вышла Наташа и накрыла на стол. Задавать вопросы при Наташе не хотелось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
