– Что же ты стоишь? Спасай людей! – преступник в маскарадном костюме привидения рассмеялся низким хриплым смехом и растворился в темноте.
Из горящего дома выскочил мужчина с двумя малышами на руках.
– Отведите моих детей в безопасное место. И вызовите пожарных! – Он вложил крошечные пальчики сыновей в ладони Карен и кинулся обратно в объятое огнем здание.
– Карен, что с тобой? – донесся до нее в голове взволнованный голос Нико. Карен не ответила. Она была там, около горящего дома.
Посадив плачущих, перепуганных детей в свою машину, Карен побежала к телефонной будке и увидела удаляющуюся красную легковушку. Свет фонаря выхватил из темноты номерной знак, но Карен смогла разобрать только первые две цифры – остальные были забрызганы грязью.
– Ты что-нибудь вспомнила? – вновь услышала она требовательный голос Нико.
– Приехали пожарные и полицейские. Многие пострадали, получили ожоги, но, слава Богу, все остались живы. А ему удалось скрыться.
– Кому?
– Поджигателю. Я вспомнила, Нико! Я видела того человека, что поджег здание.
– Его арестовали, – спокойно произнес Нико.
– Арестовали? – растерянно переспросила Карен.
– Да. Его нашли по номеру машины.
А ей-то казалось, что она все вспомнила до конца! Последний кусочек головоломки все-таки потерялся.
– Ты должна была выступить на судебном процессе как свидетельница.
– Нет, должно быть что-то еще! Иначе зачем бы я сбежала в Нью-Йорк? – спросила она, досадуя на собственное бессилие. – Зачем кому-то преследовать меня? Что ему от меня нужно?
– Пока не знаю, Карен. Мак пытается это выяснить. Он уже был и в библиотеке, где ты работала, и в больнице.
– Мак – твой приятель из редакции? – полюбопытствовала она.
– Нет, приятель из редакции – Сэм Вэйд. Линкольн Макаллистер – это тот человек, что послал меня к тебе на помощь.
– Он работает в госпитале?
– Нет, он… просто друг.
Карен нахмурилась.
– А я его знаю?
– Нет, но обязательно узнаешь в один прекрасный день, когда весь этот кошмар останется позади.
– Я только и мечтаю о том, чтобы все кончилось.
– Мак руководит организацией, которую сам он зовет Шангрилой. А нас – тех, чьи жизненные пути однажды пересеклись с ним, – называют «ангелами». Ты тоже станешь «ангелом». Мак занесет твое имя в свой компьютерный банк данных, и когда-нибудь ты тоже поможешь кому-то, как сейчас помогаю тебе я.
– «Ангелы». Так вот, значит, откуда ты взялся, мой рыцарь в сверкающих доспехах? – протянула Карен. Она не была разочарована, напротив, ей было приятно думать, что за ее жизнь боролся ангел-хранитель, ее Нико.
– Да, меня послал к тебе Мак. Но дальше я действовал по собственной инициативе, – ответил Нико, почувствовав легкий упрек в ее голосе. – Ты пришла в себя, и следовало бы оставить тебя в больнице, но я привез тебя на остров.
– Почему же ты не бросил меня?
– Потому что ты бы не справилась одна. Кто же знал, что мы станем любовниками… то есть… Прости, я сморозил глупость.
– Ничего, я понимаю. Ты был моим сном, но пришло время просыпаться. Ты воплотил мои мечты, но скоро от них останутся одни лишь воспоминания. Мне пора возвращаться домой.
– Нет, сейчас ты не можешь ехать в Миннесоту.
– Знаешь, я чувствую себя граммофонной пластинкой, которую заело на слове «почему». Так почему?
– Потому что мы еще не выяснили до конца всей правды. Полиция нашла ту машину по твоему описанию. Ее владелец – Майлс Ламберт. Он и раньше обвинялся в поджогах, поэтому все решили, что преступник он.
– Но он отрицает свою вину?
– Да.
– Так почему же тогда его арестовали?
– Потому что у него не было алиби, да еще на заднем сиденье его машины нашли баллон с газом. Он, правда, утверждал, что весь вечер провел в местном баре и не садился за руль. Насчет машины же заявил, что ее угнали, а потом бросили на соседней улице.
– Значит, я опознала его. Этого ведь достаточно для ареста?
– Да, но за два дня до суда ты уехала из города. А без свидетельских показаний суд не может вынести решение.
– Почему же я уехала?
– Ты действительно ничего не помнишь? – засомневался Нико.
Карен вздохнула.
– К сожалению, ничего. Я стала свидетельницей поджога, видела разрушенное здание, ну и что? Зачем мне было уезжать?
– Жаль. Я надеялся, что ты вспомнишь, зачем уехала из Силвер-Лейк и скрывалась в Нью-Йорке. Ты исчезла из Миннесоты без всякой на то видимой причины.
Карен нахмурилась, пытаясь сосредоточиться.
– Я о чем-то забыла, что-то упустила. Что же заставило меня покинуть Силвер-Лейк? Должна быть какая-то зацепка, – бормотала она. – Я видела, как загорелся дом, видела убегающего преступника, отъезжающую машину, и… это все. Дальше – провал, – огорченно закончила она.
Возвращение
Утром Нико проснулся в плохом настроении. Какое-то недоброе предчувствие шевелилось в его душе, заставляя нервничать все больше и больше. Что же готовит им грядущий день?
О случившемся он не жалел. Когда Карен вошла в его жизнь, то он даже ничего не знал о ней. Для спасения Карен он придумал историю любви, которую та доверчиво приняла. Она была такой беззащитной, что он поклялся стать для нее ангелом-хранителем, и эта клятва привязала его к Карен. Сердце Нико перестало подчиняться разуму. Он слишком близко подошел к краю бездонной пропасти, которую называют любовью.
Рок привел его на остров, где начались все его беды. Здесь же он должен поставить точку и перевернуть страницу, навсегда избавившись от гнетущих воспоминаний. Сначала Карен была для него связующим звеном между прошлым и будущим, но постепенно она прочно вошла в его душу. Карен вернула ему такие особые чувства, как любовь и нежность, которые умерли в нем вместе со смертью сестры. Он стал для Карен воплощением мечты, а Карен стала для него смыслом жизни.
К тому же он волновался за нее. Память все еще не вернулась к ней до конца и в любой момент могла преподнести ей роковой сюрприз. На острове им дольше оставаться было нельзя, это лишь усложнит и без того нелегкую ситуацию. Чем больше времени они проводят вместе, тем сильнее привязываются друг к другу, тем больнее им будет расставаться.
Он обязан вернуть Карен в реальный мир, спустить с небес на землю и покончить с этой неопределенностью раз и навсегда, а чувства лишь затрудняют выполнение задуманного им плана. Когда с утра он подошел к импровизированной кровати, на которой спала Карен, и взглянул на нее, у него перехватило дыхание. Борясь с желанием скользнуть под одеяло, укрывающее ее обнаженное тело, Нико стал будить ее.
– Поднимайся, принцесса. – Он опустился рядом с ней на колени. – Мы возвращаемся в город. Наше такси будет ровно в полдень.
