в понятие «оружие» включали и доспехи, – Мы здесь не ведём войны, поэтому не пользуемся им. Так велит нам великий вождь. Поэтому мы всё оружие храним в центральном доме.
– Но все твои многочисленные копья и метательные камни разве не являются оружием?
– Конечно, нет! Мы их используем для охоты на животных, а не на людей.
– И об этом вам тоже говорит великий вождь? А где он живёт? Его можно увидеть?
– Великий вождь живёт на скалистых холмах, – Тая указала рукой на группу возвышенностей далеко на горизонте, – когда он хочет нас видеть, он сам выходит к нам, и тогда любой житель деревни может подойти к нему с вопросом и просьбой.
– А когда великий вождь придёт в следующий раз?
– Это знает только сам великий вождь. Но последнее время он совсем забыл о нас, и поэтому мой отец и старшины других деревень хотят выбрать нового великого вождя. Пока безуспешно – никак не могут подобрать подходящего кандидата.
– А когда выберут достойного?
– Старый великий вождь должен будет уступить свою власть.
– И новый великий вождь поселится на скалистых холмах?
– Совсем нет, великий вождь сам определяет, где ему находиться. Даже лучше, если он будет жить в деревне.
– А что будет, если старый великий вождь будет против?
– Будет поединок. Останется один великий вождь.
Вот это да! Оказалось, что аборигены совсем не так примитивны, как это выглядело вначале. И деревень, оказывается, было в племени несколько. А этот загадочный великий вождь, кто он? Удивительным было и решение о запрете оружия – прямо пацифисты какие-то, а не отсталые члены первобытной общины.
Он видел это здание в центре деревни, не хижину, как остальные, а именно подобие дома со стенами, сложенными из камней, скреплённых глиной, перекрытием из сухих прочных корневищ, укрытых пучками древолистного мха и, даже, подобием двери.
А ещё у аборигенов бывали праздники. Шумные, весёлые и совершенно понятные. С огромными кострами на центральной площади, танцами под бой барабанов, то воинственными, а то весёлыми и любовными, с жертвами богам и едой жареного мяса под местные фрукты и напиток из переброженного сока одной из местных же пальм.
***
Хижина, в которой выделили место Дмитрию, была сделана в виде широкого дома или шалаша по технологии, которую можно бы было назвать традиционной. Собственно, и все остальные жилые постройки, как коллективные, в которых спали по двадцать-тридцать одиноких мужчин или женщин, так и семейные, которые начинал делать молодой хозяин для своей жены и будущих детей – все были построены подобным образом. Каркас из длинных и относительно прямых жердей, перевязанных накрепко верёвками из стеблей того самого гигантского мха, что рос здесь в изобилии, укрывался поверху пучками его же.
Конструкция была естественной, по-видимому, так делалось у аборигенов на родине, но не совсем удачной для данного конкретного типа листвы. Будь это пучки из пальмовых листьев, зелёные ветви или еловые лапы – укрытие бы получилось идеальным, листва же гигантского мха имела сложную почти спиралевидную форму, из-за чего некоторое количество дождевой воды непременно просачивалось внутрь помещения.
Обычными методами эту проблему было не решить. Но Дмитрий хотел испробовать другой метод. Он видел подобный способ перекрытия жилищ в одном из окраинных миров. Там местные жители вязали сетчатые щиты из тонких прутьев, располагая их сверху вниз и в стороны на манер рогаток. В получившиеся ячейки вплетали как ленту листья лиан, внахлёст, слой за слоем. В результате получалось что-то вроде еловой лапы, очень толстой и плотной, по которой капли дождя стекали не задерживаясь. Именно такими лапами и предполагалось, словно чешуёй, укрыть хижину или, для начала, небольшой навес перед входом.
Дмитрий собрал необходимые материалы и принялся за работу. Работа была медленной и трудоёмкой – на первую лапу он потратил не менее получаса, но полученный результат оказался весьма высоким. Постепенно пришла сноровка, стало понятно, какие листья лучше использовать, а какие отбраковывать сразу же. Стопка подготовленных к ремонту хижины мохнатых лап начала быстро расти.
Интересно и немного неожиданно отреагировали на действия Дмитрия некоторые из аборигенов. Сначала подошёл один, смотрел внимательно, потом подошли ещё двое, кликнули ещё кого-то, и через час вокруг собралась небольшая толпа из восьми взрослых мужчин и десятка детей. Что удивительно, никто не мешал, не лез с вопросами, хотя на лицах присутствующих читалась явная заинтересованность и любопытство.
Дмитрий не стал изображать секретности и в нескольких словах описал суть своего замысла. Одобрительные кивки и несколько очень осмысленных уточняющих вопросов показали, что мужчины прекрасно понимают суть происходящего и предвидят хороший результат окончательной работы.
Такая технологическая смекалка удивляла и радовала.
Всем явно хотелось поскорей посмотреть, что получится в конце. Готовых лап уже с запасом хватало на навес перед хижиной – можно было попробовать. Кто-то предложил помочь. Дмитрий с удовольствием согласился и правильно сделал, поскольку в перекрытии крыш у его соседей по деревне было явно больше опыта. Двое молодых парней моментально взобрались на навес, расчистили будущий фронт работ и внимательно осмотрели имеющиеся опоры и крепления. Что-то заменили, что-то подтянули. Снизу подали материал. Когда были уложены и закреплены первые лапы, толпа зрителей одобрительно загудела – всё получалось как нельзя лучше.
Неудивительно, что после столь удачного первого опыта большинство из присутствующих захотело самостоятельно освоить детали плетения. Дмитрий не возражал. Ученики всё схватывали на лету, даже немного улучшили технологию. Груда листвы и прутьев, заготовленная с утра, начала быстро таять, но тут уже сами селяне проявили себя отличными организаторами. Дети получили задачу, а вместе с ней и свою долю славы в предстоящем триумфе. Весёлая ватага ускакала в сторону ближайшей лесосеки и, пока взрослые ещё не потратили остатки материалов, успела вернуться с тюками, разросшись по пути едва ли не вдвое.
Самосозданная бригада работала весь день азартно и весело, и к вечеру полностью отремонтированное жилище предстало перед восхищённой публикой во всей красе. Дом действительно стал хорош: как-то сразу подровнялись углы и линии, избавились от рыхлости стены, внутри появились дополнительные перегородки, а снаружи невысокая плетёная изгородь. Как оказалось в дальнейшем, эксплуатационные качества нового дома и, самое важное, способности нового стройматериала спасать жителей от дождя заслуживали самой высокой оценки.
За день на спонтанной стройке перебывала вся деревня. К вечеру возвратились из соседней деревни Тая с отцом.
Монго обошёл кругом своё новое жилище, заглянул в углы, попробовал на ощупь. Взял в руки одну из непотраченных мохнатых лап, пошевелил, посгибал в одну сторону, в другую. Толпа зевак внимательно и безмолвно смотрела
