штаба, Д. Падо, отмечал, что вопросами переговоров были: должен ли будет А. Поэр распустить Национальное собрание после своего избрания или же, наоборот, управлять с уже избранной палатой[252].
Однако избирательная кампания А. Поэра велась слишком вяло. Первоначально он вообще отказывался быть «кандидатом центра», рассчитывая опереться на более широкие комитеты поддержки, нежели комитеты «Демократического центра». Этот стратегический просчет вызывал недоумение на местах и потерю времени и инициативы. Д. Падо приводит мнения местных комитетов, которые отмечали, что почти нет в провинции «кампании Поэра», что «он не существует», что «повсюду мы видим только Помпиду и Дюкло [кандидат коммунистов. – Д.Ш.]»[253].
Президентская кампания отличалась отсутствием драматизма. Оба основных кандидата, способных выиграть, принадлежали к правым (Помпиду и Поэр). Никакой проект общества не был ставкой выборов. Ни о каком реальном чередовании речи не шло. Единственная интрига, которая могла возникнуть, состояло в том, что во втором туре А. Поэр мог собрать антиголлистские голоса[254]. Однако в ходе кампании Ж. Помпиду выступил как человек, приверженный открытости, готовый к расширению правительственного большинства, уважать прерогативы Сената, содействовать европейской интеграции и приему в ЕЭС Великобритании. Поэтому крупные фигуры центризма – Ж. Фонтане, Р. Плевен и Ж. Дюамель предпочли поддержать именно Помпиду, а не Поэра во имя заявленных целей, «уведя» у того треть центристских голосов. А. Поэр так и не смог сформулировать ясной позиции относительно возможного включения в новое большинство левых, прежде всего социалистов, или по вопросу досрочного роспуска Национального собрания. Основная группа его поддержки концентрировалась вокруг таких фигур как Ж. Леканюэ, П. Абелен, А. Морис. Например, Ж. Леканюэ поддержал Поэра потому, что считал левые силы неспособными объединиться. «Если Поэр будет избран, – говорил он, – мы будем свидетелями победы над двумя блоками. Левый блок больше не существует. Яне думаю, что он возродится. Я хочу, чтобы демократическая и социалистическая левая взяла на себя часть ответственности в новом большинстве. Голлистский блок также не существует как таковой. Возникнет новая глубокая классификация. Открытость Помпиду – это поиск центристского меньшинства. Открытость Поэра – это новое большинство за новую политику»[255]. Иными словами, Леканюэ питал иллюзию, что в случае победы Поэра можно будет обойтись без левых и голлистов, которые либо окажутся в оппозиции, либо будут вынуждены присоединиться к большинству, прияв его программу. Другой представитель христианской демократии – П. Абелен считал, что нельзя смешивать Поэра и Помпиду, что это означает «совершенно не представлять себе реальность», что существуют серьезные разногласия по вопросам внешней политики, образования, институтов, экономической и социальной политики[256].
Во время избирательной кампании французы в равной мере отдавали предпочтение А. Поэру и Ж. Помпиду в деле европейской интеграции (теме, которая уже долгое время была дорогой центристам), не видя особой разницы в подходах двух кандидатов: 35 % в пользу Поэра и 32 % в пользу Помпиду[257]. Это выглядело знаковым, так как в области внутренней и внешней политики А. Поэр выступал за «фундаментальные изменения»: возвращение Франции к участию в конференции по разоружению, «обновленное Атлантическое сообщество», созыв совещания стран ЕЭС с целью ускорения европейской интеграции, устранение чрезвычайной юрисдикции и параллельной полиции, реформу французского телевидения и радио, реформу Конституционного совета и др.[258]
В целом, по мнению политолога P.-Ж, Шварценберга, «программа» А. Поэра «сводилась к примитивной концепции президентских полномочий…, борьбе против “личной власти”, защите республики, одним словом, союзу вокруг ограничительной концепции президентского мандата»[259]. Им была предложена концепция «пассивного арбитра». Она подразумевала разрыв с «величием власти», предложение партиям вернуть свое влияние, намерение сделать президента республики всего лишь «вдохновителем», что, по мнению А. Поэра, было «нормальным для президента, избранного всеобщим голосованием», который назначал бы премьер-министра и правительство, определял бы главные ориентиры политической жизни страны[260].
«Падение» А. Поэра в глазах общественного мнения демонстрируют последующие опросы. В мае картина намерений голосовать, представленная ИФОП, выглядела следующим образом. 13 мая первый опрос ИФОП давал в 1 туре Помпиду 43 %, Поэру 35 %, во 2 туре – соответственно 45 % и 55 %. Опрос 19 мая еще свидетельствовал в пользу Поэра: в 1 туре Помпиду получил бы 43,5 %, Поэр – 36,9 %, во 2 туре соответственно– 43,7 % и 56,3 %. Но уже опрос 31 мая констатировал снижение намерений голосовать за Поэра в 1 туре – только 25 % при стабильном 41 % за Помпиду. Результаты голосования в первом туре выборов окончательно «низвергли» Поэра. 2 июня коммунисты решают воздержаться во 2 туре, тогда как социалисты выражают готовность поддержать Поэра. 12 июня, согласно опросу СОФРЕС (по заказу газеты «Фигаро») во 2 туре Помпиду набрал бы уже 56 % голосов, тогда как Поэр только 44 %. Похожие данные давал опрос ИФОП от 14 июня: во 2 туре Помпиду 58 %, Поэр 42 %[261]. Итог второго тура выборов лишь подтвердил данные опросов.
Первый тур выборов состоялся 1 июня 1969 г. Ж. Помпиду набрал 44 % голосов (9 763 428 избирателей), А. Поэр – 23,4 % (5 202 271), Ж. Дюкло – 21,5 % (4 781 838), Г. Деффер – 5 % (1 128 049). Поэр и Помпиду вышли во второй тур. Но, исходя из таких результатов, возможности А. Поэра во втором туре оказались ограничены. Сложение голосов Поэра и Деффера в случае их предвыборного альянса дало бы 42,4 % голосов, тогда как Помпиду мог собрать порядка 57,6 % голосов проголлистски настроенных избирателей. Второй тур, состоявшийся 15 июня, подтвердил такой расклад. А. Поэр набрал 41,79 % голосов, тогда как Ж. Помпиду – 58,21 %[262].
Поражение центристской кандидатуры А. Поэра на президентских выборах в июне 1969 г. закрепило сложившуюся политическую ситуацию. Власть продолжала оставаться в руках голлистов, а три знаковые фигуры «центра» – Ж. Дюамель, Ж. Фонтане и Р. Плевен – вошли в новое правительство Ж. Шабан-Дельмаса (в их поддержку выступило 20 депутатов парламентской фракции из 33). В этом же правительстве оказались М. Шуман (бывший председатель МРП), Р. Булей, Э. Мишле иМ.-М. Дьенеш (бывшие члены руководства МРП). По сути, впервые с 1962 г. часть христианской демократии вернулась в правительство. Это факт стал одним из важных изменений, вызванных прошедшими выборами.
Отношения с Ж. Помпиду складывались у христианских демократов непросто. Первый серьезный разлом произошел еще весной 1962 г., когда партия МРП выступила против европейской политики правительства Ж. Помпиду и заявлений де Голля, а ее министры подали в отставку. С этого момента оппозиция европейской политике де Голля была одним из ключевых элементов противостояния. Другой темой разлома стала политическая стратегия и ориентация христианских демократов на постголлизм. Во время президентской кампании 1969 г. произошел второй разлом,
