что случилось.
Открылась дверь. Зиночка прошмыгнула в кабинет, пряча высокую грудь за прижатой серой бумажной папкой и засеминила к столу.
Девушка положила на стол папку, на верху которой, под скрепкой, красовалась распечатанная на цветном принтере фотография из отеля, находящегося напротив здания министерства. Фотография была сделана там и, именно, в тот момент, когда Евгений, в первый раз, тестировал Зиночку, на предмет общения на неформальном уровне, а из одежды на снимке у Зиночки были только ремень и сапоги. Впрочем, на самом Евгение Александровиче, одежды было ещё меньше.
- Вот. Что теперь будет? – беспокойство Зиночки выглядело искренним. И мысль её быстренько уволить, озарившая голову генерала, придавало обеспокоенности секретарше обоснование.
- Иди. Испей водички, сегодня можешь отдыхать, - и генерал-майор задумался, что ему делать дальше?
Первым порывом, он хотел было открыть папку, но классика работы ФСБ хорошо освещалась в академии генерального штаба Минобороны, и первое правило работы с документами переданные Федеральными полковниками знали все.
Оно гласило: никогда не прикасаться к документам из ФСБ без дополнительной проверки на отравляющие вещества.
И Евгений Александрович принялся думать. Перво наперво, он открыл новую бутылку с юга Франции, налил коньяка в бокал на треть, поднёс ёмкость ко рту и обстоятельно смакуя вкус, неторопливо осушил.
Посмотрел на папку, не собираясь к ней прикасаться, и вдруг понял, что папку уже трогала Зиночка, и фотку, явно, тоже.
Генерал нажал кнопку селектора.
Зина, давай быстренько домой, прими душ, а лучше горячую ванную, обязательно, слышишь, поняла?
- Да.
- И жди меня, я приеду, никому не открывай, - ключ от пятикомнатной квартиры вырученной Зинаиде Павловне за особый пост в Министерстве лежал в кармане брюк Евгения Александровича, - Всё, исполнять приказ, быстро!
- Слушаюсь! – голос девушки заметно повеселел, и она мигом выскочила в коридор и направилась к лифтам.
Второе правило работы с документами от ФСБ гласило, найди того, кто умеет работать с документами ФСБ.
Но, по скольку, перед своим начальством Евгению Александровичу не хотелось причащаться, то он решительно набрал мобильный номер Министра МВД.
- Александр Степанович, здравствуйте, есть минутка?
- Женя, здравствуй, дорогой, для тебя всегда, что-то случилось или просто так?
- Да не то, чтобы… Приходили ко мне, недавно, сотрудники из ФСБ.
- Что хотели?
- Оставили мне какую-то папку, просили проявить инициативу и перезвонить…
- Что в папке?
- Не знаю, не прикасался пока…
- А знаешь и правильно, и не трогай её совсем. Я пришлю к тебе своего человечка. Поработает с документиками, и на жучков твой новый кабинет просветить нужно. Да и личное знакомство с опытным следователем не помешает. Он из таких, знаешь, служат не лично кому-то, трудно с такими, не удобно, но они, не то, что бы не продаются, но за результат отвечают. Всегда разгребают завалы говна, но звёзды на погоны им с неба не падают... Закажи пропуск. Майор Петров. Заберёт папку, посмотрит по видео, кто приходил. Хоть представились? Или как обычно?
- Назвались. Один полковник Семёнов…
- Не помню такого. Фамилия, наверное, вымышленная - рабочий псевдоним, ещё кто?
- Вторая, майор Смирнова, как выглядят не знаю, я их на порог не пустил.
- Баба? – министр аж крякнул, - баб там не много вычислим быстро, инициативы от служивых женщин – практически исключены, кроме личных по отношению к начальству. Раз полковник взял с собой бабу, то, точно, остальные отказались… А это личная преданность, тайная влюбленность, постель. Данных хватает, чтобы и без видео их вычислить, фамилии установим быстро. Странно, что пришли без звонка, специфика внутренней кухни смежников или башню какую-то снесло? – министр и не заметил, как рассуждал вслух. - Но разберёмся. Подожди на линии.
При этих словах Лебедев взял пульт от ВКС начертил им «ФС», и на экране подсветилось меню первой строчкой которой стоял «ФСБ ДИРЕКТОР».
-Добрый день,- Лебедев обратился к собеседнику.
- Добрый вечер, - с той стороны не включили видео, но поправили звонящего.
Александр Степанович посмотрел на часы было 16-32, вроде и не вечер, но спорить не стал.
- Господин директор, есть один проект, по которому я лично докладываю Ему ситуацию.
- Что за проект?
- «Хортор Зело»
- Осведомлён.
- Но тут произошло недоразумение, сегодня к Евгению Александровичу, руководителю проекта, приходило двое ваших сотрудников. Смирнов и Семёнова, есть у вас такие?
- Возможно, - собеседник подтвердил, что о чём-то в курсе.
- Показывали досье, пугали. Хотели поссорить военных с вашим ведомством.
– Нам нужно не ссориться, а сотрудничать, на благо Родины и Президента. Или в МВД так не считают? - неожиданно с той стороны перехватили инициативу.
- Всё верно! - Александр Степанович начал размышлять, чего бы ещё сказать.
Но вдруг услышал от скрытого темнотой оппонента.
- ДО СВИДАНИЯ.
- До свидания, - но надпись на экране «разговор закончен» показала, что директор ФСБ уже отключился.
- Сука, старый козёл, - Генерал МВД не сдержал эмоций.
- Ну, информацию он, Жень, принял, - Лебедев вернулся к телефону, спохватившись, что не отключил микрофон мобильника во время разговора, и принялся делать вид, что так и было задумано, - так что разберётся и поспособствует, можешь не волноваться, - продолжал он успокаивать себя и собеседника.
Но ответом была тишина. Ухом прижимая трубку к плечу, Евгений Александрович энергично скручивал с французской бутылки пробку и припал к горлу, поглощая содержимое короткими, быстрыми глотками, звуки которых и попали в трубку.
Лебедев по бульканью понял, что совсем новичок генерал-майор для большой политики, раз всего-лишь голос директора ФСБ на него так подействовал.
Но Лебедев был прав и не прав, одновременно.
Голос, который слышал Евгений Александрович в селекторе кабинета, и голос, случайно подслушанный, в телефонной трубке, оказались совершенно одинаковыми. Оставалась надежда, что, лишь, искажения в сетях связи сделали голоса практически не различимыми, и, скорее всего, принадлежат они разным людям. Ведь, с другой стороны, остаётся только вариант попасть под жернова между министром МВД и директором ФСБ – это такое себе приключение. И даже самые опытные исполины – старички политических сил, не все смогут, буквально, то есть физически, такое пережить.
- Спасибо, Вам господин министр, - Евгений Александрович икнул, осторожно встал из-за стола. И, продолжая прощаться, пошатываясь, вышел из кабинета по удалённой траектории, максимально разрывая дистанцию с дышащей страшной опасностью папкой.
- Да, дождись Петрова и сделай, как он скажет.
Трубка замолчала, а Евгений спустился по лестнице в
