Я стояла так, чтобы меня не было видно со двора. И все же каждый раз замирала, когда взор Рея обращался в мою сторону. Волновалась при этом как школьница, а глупенькое сердечко заходилось от радости и предвкушения скорой встречи. Теперь демона не удержат никакие запреты, я полностью восстановилась и чувствовала себя превосходно. А это значило, что будущей ночью мы…
Ммм, как еще дожить до этого вечера? Я сгорала от нетерпения и безумно скучала по любимому. И в то же время подспудно ожидала непростого разговора и возможного наказания. С одной стороны, моей вины в похищении не было. Но с другой, — прекрасно помнила, как стонала от страсти в объятиях Лангерции и как бесстыдно себя вела.
Обед и последовавшее за ним пиршество запомнила плохо. Стоило только войти в зал и окунуться в грозовые озера поедающего взглядом демона, как все остальное перестало существовать. Отдельный стол, за которым сидел хозяин и его близкий круг, был установлен по центру. Длинные столешницы для низших — вдоль стен, образовывая земную букву «П». Мне досталось место между Рханом и Чейтом, и все равно я чувствовала, как меня мысленно раздевают и вытворяют такое, что дрожь пронзает до кончиков пальцев на ногах. Эмоции Рея будоражили кровь, которую уже немного согрело лигранское десертное. Тосты лились рекой, как и вино, льяс и вельяж. Разгоряченные спиртным, демоны расписывали все «прелести» рейда, больше похожего на локальную войну, поминали павших, кричали здравницы господину и желали скорейшего восстановления раненым. Крейгсхарт пребывал в приподнятом настроении, с полуулыбкой наблюдая, как веселятся его люди, и в то же время слушал краткий отчет о состоянии дел в замке, что нашептывал управляющий. Рхан помалкивал, сосредоточившись на поедании сочного мяса, всевозможными разновидностями которого изобиловал стол. Чейт, пригубив вина, погрузился в полудрему. Вымотался, израсходовав почти весь магический резерв. Сытная еда и спиртное, конечно, способствовали восстановлению, но даже невооруженным глазом видно, что демон устал и ему требуется банальный сон. Без разрешения господина ни один из присутствующих не смел покинуть праздник. Даже позавидовала Чейту, тот практически спал с открытыми глазами. Я так не умела. Когда и бо́льшая часть гостей стала клевать носом, раздались громкие хлопки в ладоши. Это Рийш привлек внимание, сообщая о том, что для господина и его доблестных воинов приготовлен сюрприз. Откуда-то в зал просочились музыканты с весьма странными на вид инструментами. Однако же владели они ими виртуозно, и наполнившая помещение нежная музыка была тому подтверждением. В распахнутые двери впорхнула стайка демониц во весьма фривольных нарядах, и закружилась в легком воздушном танце. Двигались девушки плавно, завораживающе, игриво двигая бедрами и бросая призывные взгляды мужчинам. Конечно, основное их внимание было нацелено на господина, но не только. Вот у меня даже сомнений не возникло, для кого красавицы предназначены. Помнится, Сцина рассказывала, что низших демонов женского пола создавали как раз для услады тела, и часто преподносили в подарок отличившимся воинам. Вот, собственно, сейчас эти подарочки и выбирали счастливчиков.
Ну, и как тут удержать себя в руках, когда перед глазами такое? Общий фон возбуждения ощущался даже через амулет. Еще одна галочка в его свойствах! Помимо эмоций Рея, сквозь него просачивались выбросы коллективных всплесков. Взять на заметку: надо держаться подальше от массового изъявления чувств.
Бросила укромный взгляд на любимого, да так и не смогла отвести глаз. Он не просто смотрел на меня, а готов был немедленно наброситься и…
Как испарился здоровущий Рхан даже не заметила. Только что возвышался неприступной горой, отделяя меня от хозяина, и вот уже его нет. Особо не церемонясь, Рей подхватил меня за талию и притянул поближе. Этого оказалась мало, и он рывком пересадил к себе на колени. В общем-то, я не возражала. От одного только его прикосновения тело отозвалось тянущей пустотой внизу живота и сонмом мурашек, покрывающих кожу. А еще это ощущение его желания сквозь плотную ткань! Родной запах и заволакивающийся тьмой голодный взгляд, полный вожделения и обещаний воплотить самые сокровенные фантазии.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Рей! — вырвалось хриплым стоном. Рука сама потянулась к таким манящим губам, в надежде ощутить их мягкость и жар. И едва я коснулась кожи, как он с рыком прижал к себе, впиваясь жадным истосковавшимся поцелуем.
Кажется, у меня закончился воздух, а в голове зашумело так, что чуть сознание не потеряла от переизбытка чувств. Однако ощутив под собой прохладу простыней, расслышав треск сдираемой одежды, сообразила, что демон умудрился активировать портал и перенести нас в спальню. Что же, теперь никто не помешает нам насладиться друг другом.
После вещей, которых не осталось и лоскутка, в сторону полетел амулет. Я буквально оглохла от затопивших чувств. Если уж сквозь создаваемый магией барьер могла распознать желание обладать, то сейчас, когда сорваны все оковы, оно возвеличилось в высшую степень. Этому невозможно противостоять, да и не нужно. Сумасшествие заразно, особенно помноженное на мой дар. Это стискивающие до хруста объятия, жадно ласкающие руки, клеймящие поцелуи и яростный напор, вбивающий тело в кровать. Как оказалось, и я способна на безумства. Спину Рея исполосовали глубокие борозды царапин, губы искусаны, оттеняя вкус желания металлическими нотками крови. От запаха разгоряченных тел и страсти, кружится голова. И нет ничего важнее, чем хриплые стоны, срывающиеся на крик, и упоительный танец стремящихся стать единым целым половинок. Даже под утро, изнывая от усталости, что ощущалось каждой клеточкой, Рей не смог отпустить меня. Прижав поближе к сердцу и все еще наполняя изнутри собой, заключил в плотное кольцо рук и ног, и, уткнувшись носом мне в макушку, провалился в сон.
Не знаю, как ему, а мне было жутко неудобно. Сразу заныли ссадины и раны на теле, загудели от перенапряжения мышцы, беспокоила затекающая шея и излишняя влажность в районе бедер. Но несмотря на это, я чувствовала себя самой счастливой. То, с какой горячностью Рей доказывал, как соскучился, затмевало все остальное. Безумно радовала и одновременно пугала его маниакальная потребность все время прикасаться, втягивать запах, клеймить легкими укусами. Сам того не замечая, он открывался во время близости, и я точно знала, что вся его сущность, все чувства, желания и потребности связаны со мной на каком-то глубинном, неподвластном разумному объяснению уровне. Это знание давало абсолютную уверенность, что Рей полностью мой, впрочем, как и я его. Наш союз особенный, в нем нет места изменам. Когда испытываешь ТАКОЕ к другому существу, остальные перестают существовать, кажутся пресными, неинтересными, скучными. Не к месту проснувшаяся совесть кольнула немым укором, что с моей стороны нет настолько фанатичной влюбленности. Да, этот мужчины стал смыслом жизни. Я ни к кому и никогда не смогу испытывать столь бесконечной нежности и желания дарить себя без остатка. Если с Реем что-либо случится, то и я не смогу жить. Но он! Он уничтожит весь мир, если с моей головы упадет хотя бы волосок.
Усталость все же взяла свое, и я крепко заснула. Казалось, только на минуточку прикрыла глаза, а когда открыла, обнаружила, что осталась одна, а сквозь задернутые шторы пробивается полуденное солнце. Блаженно потянувшись, ощутила легкую напряженность в мышцах.
Стоп! Легкую? — скинув одеяло, произвела тщательный осмотр. — Гм, ну, надо же! — я не чувствовала себя развалиной. Не нужна была помощь Чейта или восстанавливающая силы мазь. Кожа была гладкой и ровной, словно ночью ничего и не было. Только от самых глубоких ранок, оставленных зубами Рея, виднелись желтоватые отметины. И те грозились исчезнуть в ближайшее время.
Это что же, такой бонус после отравления? Неплохая цена за пережитые мучения. А если еще подтвердится факт, что меня теперь никаким ядом не отравить, то, вообще, все будет замечательно. Конечно, тому червю спасибо не побегу говорить, но получу неопровержимое подтверждение старой земной аксиоме: то, что нас не убивает, делает сильнее.
