сопровождаемая Блэкстоуном и Делорой.
Толпа в амфитеатре теперь топала, хлопала и ревела от возбуждения. Только что, вот прямо сейчас, произошло нечто, заставившее их вскочить на ноги и закричать, но не от страха, а от восторга. Я не видела, что происходит, но могла представить себе несколько разных событий, которые могли произойти.
Большинство из них заканчивались кровью и болью.
— У меня есть вопрос, — прошептала я Делоре.
— Нет, ты не можешь сейчас отступить, — сказала она, — мы это уже обсуждали.
— Вопрос не в этом.
— Тогда в чём дело?
— Я никогда не спрашивала до сих пор… что произойдёт, если я проиграю?
Пауза между моим вопросом и ответом Делоры наполнила меня тревогой, которая мне совершенно не понравилась.
— Не проигрывай, — просто сказала она.
— Почему нет?
— Потому что не надо. Просто не проигрывай.
— Делора, что ты от меня скрываешь?
— Я не говорю ничего конкретного, потому что тебе пока не обязательно знать ответ на этот вопрос. Просто постарайся дотронуться до существа и одержать победу в этом испытании, хорошо?
Примерно на полпути по коридору, пока её ответ тяжело давил мне на сердце, охранники, которые были с нами, остановились, повернулись, чтобы посмотреть на меня, и один из них спросил:
— Ваш чемпион присоединится к вам в этом испытании, Сирена?
Я почти не могла пошевелиться. Не могла говорить. Я не могла поверить, что до сих пор не подумала спросить о том, что произойдёт, если я проиграю это испытание или соревнование в целом. Может, это из-за того, что столько всего произошло — и Блэкстоун, и тренировка, и сон, который приснился мне прошлой ночью. Но я чувствовала себя глупой. Неподготовленной.
Глаза охранника сузились. Он ждал ответа.
Зная, что у меня в волосах сидит Бабблз, я осторожно покачала головой.
— Нет, — сказала я, — я пройду это испытание в одиночку.
Я понятия не имела, что случится со мной, если я проиграю, и ещё меньше представляла, что произойдёт, если Бабблз обнаружат, но я верила в её способность оставаться незамеченной. Она была не только маленькой, но и подкрасила себя в более голубой цвет, чем обычно, чтобы соответствовать оттенку моих волос.
Я сомневалась, что кто-нибудь сможет заметить её с большого расстояния.
— Вы двое не можете идти дальше, — сказал охранник Делоре и Блэкстоуну, подняв руку перед ними. — Сирена, следуйте за мной.
— Удачи, — сказала Делора.
— До скорой встречи, — добавил Блэкстоун.
Я кивнула им обоим, надеясь — молясь всем богам, — что выберусь из этой передряги живой. Я не хотела думать, что фейри позволят своим драгоценным Сиренам погибнуть во время испытания, но давайте будем честны, я ведь мало что о них знала, не так ли? Во всех историях, которые Бабблз рассказывала мне о фейри, они изображались холодными, бесчувственными засранцами. До сих пор я не видела их такими.
Но теперь мне стало казаться, что что-то всерьёз не так.
Я пошла за охранником, который повёл меня к выходу с другой стороны туннеля. Теперь я могла слышать людей в амфитеатре гораздо отчётливее, и когда я приблизилась, мне показалось, что я вижу, как что-то происходит на арене.
Кого-то… выносят?
Это выглядело так, будто двое крупных мужчин подняли кого-то и унесли с глаз долой, в сторону. Чем ближе я подходила, тем отчётливее видела пятно крови на песке в том месте, где лежал тот, кого подняли. В животе у меня всё перевернулось.
— Срань господня, — пробормотала я.
Охранник повернул голову в сторону и бросил на меня осторожный косой взгляд.
— Тихо, — рявкнул он.
Я увидела, как кто-то выбежал в поле зрения с ведром в руках. Этот некто высыпал содержимое ведра на землю, присыпав кровь песком, и снова скрылся из виду как можно быстрее.
О мой Бог.
— Кара, — прошептала Бабблз. — Мне это не нравится.
Я не знала, как отреагировать так, чтобы стражник не заметил, поэтому промолчала. Вместо этого я подошла ещё ближе к выходу из туннеля, к замаскированному пятну крови и радостным крикам голодных фейри, жаждущих ещё большего кровопролития.
Глава 17
Изнутри амфитеатр выглядел ещё массивнее, чем снаружи, а это кое о чём говорило. Я чувствовала себя маленькой, бесконечно маленькой, как будто я была одиноким муравьем, сидящим в песочнице на детской площадке, пока толпы людей наблюдали за мной и скандировали что-то со всех сторон. Охранник подвёл меня к краю туннеля, по которому он меня проводил, но сам дальше не пошёл.
Мне пришлось идти на арену одной.
Как только я появилась в поле зрения, аплодисменты снова усилились, быстро достигнув апогея. Вокруг меня свет заливал арену с высоты, из-за чего было трудно разглядеть лица жителей Каэриса, собравшихся на трибунах.
Я не знала точно, сколько шагов нужно пройти, поэтому остановилась, как только дверь за мной закрылась, опустила взгляд на песок и вцепилась ладонью в противоположную руку. Тревога снова овладела мной. Я не знала, что с собой делать.
— С тобой всё будет хорошо, — сказала Бабблз. — С нами обеими всё будет хорошо.
— Я рада, что ты чувствуешь себя уверенно, — ответила я. — У меня сейчас нет ни капельки уверенности.
— Тебе она понадобится, если мы собираемся пройти через это. Подожди.
Бабблз на мгновение слегка высунулась из моих волос. Не успела я опомниться, как она выдула пригоршню волшебной пыльцы мне в глаза и нос. Я попыталась отмахнуться, пыльца минимум один раз заставила меня чихнуть, но она не душила, не затрудняла дыхание. Если уж на то пошло, порошок немного открыл мои дыхательные пути, повысил частоту сердечных сокращений и позволил мне сосредоточиться.
Я сделала глубокий вдох через нос и подняла голову, чтобы посмотреть на окружающих меня людей. В верхней части амфитеатра был балкон, и на этом балконе стояло несколько больших кресел и целая толпа людей, смотревших сверху не только на толпу на трибунах, но и на меня.
Некоторые из них были одеты в яркие тоги, украшенные экстравагантными драгоценностями. У них были волосы разного цвета, разной длины, уложенные в разные причёски. Многих обслуживали люди с подносами и кувшинами в руках. Вскоре я заметила принца Аэнона и его сестру Аэрин, которые сидели там наверху и командовали своими подданными.
С ними был король Аэвон. Кто-то что-то шептал ему на ухо. Я заметила, как король повернул голову в сторону, словно погрузившись в свои мысли. Он провёл рукой по своим длинным белым волосам, съел виноградину с блюда и отослал прочь другого фейри, который всё ещё пытался заговорить с ним.
Мгновение спустя тот же фейри сделал несколько шагов к краю
