его с бледной Мышью, внешность которой слегка портили подвыпученные глаза. Еще короткая доля секунды, и страшное оружие закреплено в наспинных ножнах, издавших едва слышимые щелчки.
— Конрад Арвистер, — чуть шипящий, но по-прежнему мягкий и певучий голос существа, когда-то бывшего эльфом, раздается в тишине, — Приветствую тебя. До Короля дошли слухи о твоих деяниях, и он счел нужным отправить меня к тебе.
Ответ на ритуальную фразу полагается только один. Иначе она — Смерть. Никто в комнате её даже не увидит и не ощутит.
— Я готов принять то, что пожелал передать мне Король.
Вестник протягивает ко мне обе ладони, сложенные «чашечкой». Вот в них пусто, а вот раз, и лежит крупный, темно-багровый кристалл, совершенно плоский с одной стороны. Он обрамлен черным металлом, орнамент прост, в виде сплетшихся ветвей терновника, но по-своему красив. Крепость этого орнамента не поддается физике и прочим тривиальным вещам. Железо вампиров.
Совершенно бесценная вещь, просто потому что те из нас, кто знают, как его выплавлять, не продают на сторону. Всё идёт на модные доспехи, мечи, да и прочие мелкие вампирские нужды.
…не обращайте внимания, это у меня некоторые кольцевые мышцы расслабились.
— Он просил передать, что несмотря ни на что, ты один из немногих, кто радует его сердце, Конрад, — после того, как я беру подвеску из рук Вестника, голос вампира становится чуть менее официальным, — Он с нетерпением ждёт момента, когда ты представишь ему своего «птенца». А теперь мне пора. До встречи.
Чудовище в черном просто исчезает, даже не вызвав колебания воздуха. Как?
Спросите, что полегче, я занят кольцевыми мышцами. Не каждый день слабейший встречается с сильнейшим. Когда ты видишь такого типа, то как-то в голову совсем не забредает мысль о том, что не каждое столетие кто-то умирает от руки Вестника, а вот получить через него «привет» от Короля — можно легко и свободно. Хороший, всё-таки, у нас Король, додумался объединить вакансии гонца и палача. Нет, ну а чо?
Долбанный Паганини, не мог мне в другом месте Камень-Кровавик найти⁈ Нахрена ты, дурак, вообще побежал во дворец и рассказал о такой мелочи⁈ Да, у меня теперь есть один из Камней-Кровавиков самого Короля Вампиров, какая честь, сдохнуть и не встать! А еще проблема с кольцевыми мышцами!
И домочадцами!
— Что это… было? — пролепетала Мыш через некоторое время. Выглядела она пожухло, даже как-то сиськи попрятались и ноги в обтягивающих шортиках уже не так сильно обтягивались.
— Вампир, — немного подумав, объяснила Алиса, — Как мы, только круче.
— Как вы⁈ — бедняга аж икнула.
— Мир — страшное место, дорогуша, — кисло пробормотал я, подкидывая свой новый Камень-Кровавик в руке, — В нем водятся чудовища.
— А к…к-как мы в-вообще за столом… оказались⁈ — из полурэтчеда выдавился еще вопрос.
На него ответ был только у меня.
— Вестник не приемлет беспорядка, поэтому взял под легкий контроль находящихся в доме, — продолжал унылить я, — этот… хороший вампир тот еще перфекционист. Вы бы в любом случае не пострадали бы. Но да, приятного мало.
— Слабое утешение, — мрачно фыркнула Анника, спрыгивая с дивана на пол и поднимаясь к себе в комнату, — Я спать. Если будут еще гости, попросите их убивать вас потише!
— Приглашаю всех в кабак, запить пережитое… — вздохнул я.
Надо же обмыть новый Кровавик?
Шпилька с нами не пошла, хоть Алиса её и позвала. Мы с Шегги многозначительно переглянулись.
Пока компания целеустремленно вымывала из мозгов образ жуткого тощего эльфа в старомодных доспехах, я рассказывал короткую история этого типа. Короткую, потому что Вестник был единственным длинноухим, который выжил после того, как его превратили в зубастое кровососущее существо. Он был первым и единственным, кто пошёл против воли Короля и при этом выжил. Отказавшись размножаться, эльф-вампир принял на себя имя Вестник, став посланником владыки вампиров, его почтальоном и палачом.
— Ну вот, — закончил я рассказ, — Дал одному из наших камень, когда напоролся на него, помятого, тот его возьми да раскроши. Я говорю «принесешь новый». Справедливо? Да. А он взял и Королю настучал…
Сегодня я пил водку, а она всегда лилась в меня как вода. Сам не заметил, как нахрюкался, да еще и на старые вчерашние дрожжи. Вон какие окружающие милые, соглашаются со мной, улыбаются. Зелени, правда, много. А, это Василиса и её сестры. А чего это они с нами бухают? Завтра Шеггарт выходит на работу? Будет нельзя? Понятно…
Иногда, чтобы совершить большую ошибку, достаточно просто расслабиться, как, например, может расслабиться вампир после визита Вестника. Или вампир, у которого вновь появился Камень-Кровавик. Или как просто живое существо, которому время от времени нужно выпустить пар, а еще имеется крайне веская причина помочь окружающим забыть этого гребаного Вестника. Не суть важно.
Важно то, что, вернувшись навеселе домой, мы не обнаружили там Анники Скорчвуд. Ладно, её не обнаружила Алиса… зато она нашла записку.
«Нашла себе мужика, поживу у него. Не скучайте».
— Маленькая. Дурная. Врушка! — процедил я, хватая бутылку крови из холодильника, и выбегая наружу. Вслед лишь мычало растерянное шегговское «Конрад!»…
Демоны Иерихона!
Ничего это, разумеется, не дало. Ни мой бег по ночным улицам города, ни перевод всей взятой с собой кровищи в крипов, ни раскалывающаяся пьяная голова, которую я всю надорвал попытками смотреть сразу через несколько десятков глаз своих нелепых летунов. Анника Скорчвуд канула в Омниполис, как тысячи разумных до неё. Как банда орка-суицидника. Растворилась в городе, исчезла, испарилась.
По возвращению домой сильно хотелось заехать в челюсть полутроллю. Может быть, даже подраться с ним, огромным, сильным, но при этом совершеннейшим нюней, когда речь касалась сестры. Хлопающим ушами, доверчивым лысым балбесом, готовым сожрать любую байку, которая мелкая прохвостина ему скормит.
Теперь вот, пришлось ловить его за шкирку. Зеленый лысый дурачина решил, что если он будет ходить по улицам всю ночь и орать имя сестры, то она рано или поздно откликнется. Он же умеет громко кричать!
— Только… попробуй… сволочь… зеленая!! — рычал я, затягивая паникующего полудурка весом под две сотни килограмм назад в дом.
— Отпусти… — ныло это пьяное мракобесие, цепляясь своими глупыми зелеными ручищами за всё подряд, — Конрад, отпусти… я пойду…
— В жопу ты пойдешь, если не перестанешь! А ну хватит упираться!
— Мальчики, не ссорьтесь!
— Цыц! Сгинь, нечистая сила! Нет, вернись! Расцепи ему
