пальцы!
— Конраааад! Алисаааа!
— Кусай его за пальцы, Тарасова! Кусай резче! Я не хочу позориться перед Каббази!
— Аааай!
— Мыш, молодец! Мыши премию! Еще раз кусайте, он нам ручку своротит! Ну! Кусайте вместе!!! Раз-два, взяли!!
— Аааааай!!!
Это было… тяжело. Нет, будь ситуация обычной, то я бы принципиально дал потомку иллинари поплавать против течения и побиться башкой о подводные камни, но лишившийся дверного косяка Шеггарт, упавший в прихожей, заныл по-настоящему, рассказав и девчонкам, что Анника сейчас уже в неадеквате. Что он надеялся на меня, на то, как мы прижмем его сестру вдвоем, а тут этот Вестник…
И она убежала. Ушла. Исчезла.
— Конрад, ей надо помочь! Срочно! — в глазах полутролля мелькнул зарождающийся гнев, раздуваемый быстро испаряющимся из крови алкоголем, — Если не ты, то я…
— Сиди, дурак! — рыкнул я, зажигая глаза красным и скалясь как ополоумевший пёс, — Хоть раз в жизни используй мозги!
— Чем сейчас твои мозги помочь могут⁈ — взревел, подскакивая, горюющий брат, — Чем?!!
— Всем, — произнеся это слово, я всё-таки шагнул вперед и с нескрываемым удовольствием вломил Шеггарту Скорчвуду так, что его снесло с места, открыло им дверь, прокатило по ступенькам, и распластало перед домом, — Смотри! Показываю!
А вот с этими словами я не глядя сунул руку себе за спину, обнаруживая там пышную и упругую мышыную задницу с её толстым крысиным хвостом. Мыш приглушенно вякнула, но уже была за эту самую жопу мной вытащена, перехвачена за плечи и поставлена перед очумело мотающим своей глупой лысой мордой полутроллем.
— Мы можем попросить об услуге её стаю, придурок, — прорычал я, — Можем заплатить за эту услугу. А ты, раз больше ни на что не способен, понесешь им плату! Что замер? Что замолчал? Много на это мозгов мне требовалось, чтобы сообразить, а, Скорчвуд?!!
Глава 10
Сок земли
Межрасовые половые отношения — одна из самых забавных и удивительных вещей в Омниполисе. Причем, отношение межрасового секса к обыкновенному лупит статистику в хвост и гриву просто за счет магических клейм бесплодия. Поставил такое, и милуйся с кем захочешь, это будет совершенно безопасно. Но возникает вопрос вкуса, где народ отрывается вовсю и полностью.
Эльфы предпочитают человечек и полуэльфиек за счет их страсти и похоти. Гномки, несмотря на низкое либидо, очень уважают орков за выносливость и напористость. Минотавры и тролли, в виду их массы, и, опять же, не очень высокого либидо, отдают предпочтение либо полукровкам от своей расы, либо чистокровным женщинам, а вот женщины мумуков обожают человеков мужского пола по совершенно неизвестной причине. Троллих очень мало и вот эти зеленокожие бестии самые настоящие расистки — возбуждаются только от троллей. Злые языки говорят, что троллихи вообще не возбуждаются по нормальному, а в экстаз приходят от мысли, что могут зачать ребенка.
Сбоку от этого праздника половой жизни стоят всякие экзоты вроде вампиров, волчеров, полудемонов и прочих «полу», но мы, как известно, на любителя. Скажем, любой, кто хочет, чтобы его задоминировали, поставили на него сапог с тонким каблуком и отхлестали по жопе плеткой, называя «паршивой собакой» — ищет полудемонессу. И находит.
Суть же моих размышлений о сексуальной природе Омниполиса в данный момент, деловито пыхтя, прыгает на моих бедрах, всецело отдаваясь половому акту. Мелкая, пышненькая, упругая и зеленая. Да, гоблинши — прирожденные шлюхи. Уравновешивающий весь половой баланс города фактор, готовый где угодно, как угодно, и сколько угодно. Ну, из расчета на одного-двух партнеров за раз.
Морщитесь? Пф, снобы и ханжи. Если ты — зеленая женщина ростом от метра двадцати до метра сорока, да и весом килограмм в тридцать-сорок, то ты мало что можешь, буквально. У гномих есть масса, сила, море выносливости, эльфийки набиты магией как чучело соломой, а если ты недавно цивилизовавшаяся гоблинша, то, чем тебе конкурировать с этими дылдами? Правильно, нечем. Ну, кроме покладистого веселого характера, заботливости, хорошего настроения и… бесшабашной готовности всю молодость веселиться, не особенно присматриваясь к тем, кто пихает в тебя свои половые органы. Вполне логично, учитывая, какими гоблины становятся к зрелости…
— Уффф-ах! — смешно фыркнув, закончившая во всех смыслах свою работу гоблинша попыталась шлепнуться своими упругими сиськами на мой впалый живот, но ожидаемо спружинила ими и скатилась на бок. Нимало этому не огорчившись, она бойко повернулась на бок и дружелюбно пихнула меня в бедро задом с игривым вопросом, — Ну как? Понравилось?
— Ты это полночи спрашивала… — зевнул я, — На каждый раз.
— Ну ведь скажи, я лучше бабушки⁈ А⁈ — меня пихнули еще и еще.
— Умеешь больше, безусловно, — я был справедлив и уже слегка заинтересован в том, что в меня тыкалось. Захотелось потыкать в ответ. Снова.
— Не могу поверить, что ты такой старый! — продолжала болтать зеленушка, — А ведь как можешь, как можешь! Я вот… ох! Вяк!
Маленький секрет вампиров, который, вроде бы, использую только я. Если ты умеешь управлять своей кровью, то вопрос эрекции (или её отсутствия) перед тобой не встает никогда. Это не значит, что я супермачо или еще какая ересь в таком духе, но вот «натрахаться про запас» могу еще как, чем нередко и пользуюсь. Поэтому предпочитаю постоянно менять бордели, жрицы продажной любви считают, что я обманываю систему, полностью используя оплаченное время по назначению. Жалуются на высокую амортизацию.
Наконец, оставив после себя деньги и распластанную по кровати труженицу, впавшую в счастливое забытье, я вернулся домой. Здесь порядком воняло гнилым мясом, из-за чего, собственно, я и ушел в бордель, но запах уже почти выветрился. В качестве аванса рэтчеды попросили достать им удобрения для их подземных грибных ферм, и Шегги пришлось разгрузить две машины у дома, а затем еще и сбрасывать мешки в раскрытый канализационный люк. Я же, потратив весь запас палочек с отпугивающей запахи магией на ограждение от неё соседей, попросту удрал, бессердечно тут всех оставив.
Теперь нужно было отвести Мыш в Управление. Оргар Волл-третий желал сравнить её показания с тем, что удалось вытрясти из двух пойманных рэтчедов. Та только обрадовалась возможности подышать свежим воздухом. Приободренная ночной встречей и разговором со стаей, Мыш радостно топала рядом со мной по залитому солнечным светом городу (в кои-то веки) и приставала с глупыми вопросами.
— А куда ты ночью уходил?
— В «Гобболунгму», — бурчал я, надвигая шляпу поглубже и
