Читаем без скачивания Мужчина достойный любви - Терри Лоуренс

Он привязал лошадей за повод к низко растущей ветке. Разыгрывая образцового дворецкого, он выдвинул стул Авроры, затем усадил Мелиссу по правую руку.

— Вина? — Бутылка охлажденного белого вина лежала в ведерке со льдом.

Аврора перегнулась через стол и прошептала Мелиссе:

— Очередное ухаживание.

— До меня дошло. — И она подмигнула девочке.

Аврора подала бокал.

Рейли ловко подменил вино газированной водой. А затем стал по очереди снимать крышки с блюд.

— Французский соус для цыпленка. В честь наших гостей шеф-повар экспериментирует с континентальной кухней.

— Мама говорила, что англичане были бы превосходными поварами, если бы не вываривали из всего вкус.

Мелисса погрозила ей пальчиком.

— Девочка хочет сказать, Рейли, что Хелена предпочитает более космополитическое меню.

— В этом нет ничего обидного, мисс. Я думаю, что мы сможем удовлетворить вкусы графини. Практика даст возможность обеспечить любые требования.

— Еще одна метафора? — спросила Мелисса.

— По-моему, это брокколи, — заявила Аврора.

Рейли стал раскладывать овощи, обращая свои слова Мелиссе:

— Я, мисс, имею в виду то, что люди в состоянии меняться. Адаптироваться.

— Например, подбавить специй к новым блюдам?

— Или дать им остыть, если они слишком горячие.

— Не хочу, чтобы что-нибудь перекипело.

— Некоторые блюда следует пробовать на язык. Через определенное время.

— Чтобы они постояли?

— Дозревали.

Мелисса отпила вина.

— У людей появляется желание знать, каковы ингредиенты блюда, которое они собираются съесть. Именно это вы имели в виду?

— Если угодно, да.

Ей было более, чем угодно. Она глядела ему в глаза и видела в них любовь, терпение и хорошее настроение. Она видела перед собой мужчину, которому она никогда в жизни не сделает больно. По этой причине она обязана быть честной. Он недостаточно хорошо ее знал — но ведь она попросту не давала ему возможности ее узнать. А если бы она это позволила, то он мог бы совсем от нее отказаться.

Мелисса зажала салфетку меж колен и отправила крохотную морковочку в рот. Она растаяла, точно масло.

— Некоторые рецепты передаются из поколения в поколение. Как подолгу хранимые семейные тайны.

— Я сочла бы за честь, если бы вы поделились со мной вашим рецептом.

— Я и не знала, что вы любите готовить, — произнесла Аврора.

— Тихо! Разговаривают взрослые.

— О’кей. — И Аврора принялась за брокколи.

Мелисса кинула взгляд на Рейли.

— Возьмем к примеру любовь. Этой приправы я стараюсь избегать.

— Можно спросить, почему?

— Потому, что моя мать в избытке клала ее во все свои блюда.

Он долгое время не сводил с нее глаз. Они могли разговаривать зашифрованными фразами только в определенных пределах. Чтобы понять друг друга лучше, они должны были бы улучшить момент, когда с ними не будет Авроры. Он потянулся к руке Мелиссы, той, что была зажата меж колен. Положил ее на стол, а затем поднес к своим губам. Несмотря на то, что Аврора наблюдала за ними с неподдельным интересом, Рейли руки не выпускал.

— От вина у вас розовые щеки, — заметила Аврора.

— Верно. — Рейли дотронулся до щеки Мелиссы, чтобы она почувствовала разницу между своей температурой тела и его.

Глаза ее закрылись.

— Я думала, что вы не будете этого делать, — прошептала она.

— Это особый род любви.

Мелиссе же было все равно: то же томление сжимало ей сердце, то же неугасимое желание охватывало ее, столь же сильное эмоционально, как и физически. Страх, что это ненадолго, постепенно сменялся страхом, что этого вовсе не будет.

— Можно мне встать из-за стола? — спросила разрешение Аврора. — Мне нужно почистить пони.

Рейли отпустил руку Мелиссы, чтобы выдвинуть стул Авроры.

— Ладно, юная девица. Но пока мы не закончим, верхом не ездить.

— Да, Рейли.

И он снова сел.

Мелисса задумчиво следила за тем, как Аврора разговаривает с пони, расчесывая ему шею.

— Нам не следует столь фамильярно себя вести, когда она рядом.

— Ребенку полезно видеть перед собой настоящую любовь. Это даст ей возможность к чему-то стремиться, когда она вырастет.

— Возможно, я никогда к этому не стремилась именно потому, что никогда этого не видела.

— А, что, брак между твоими родителями был до такой степени плох?

— Я была маленькая, ничего не помню.

— Или повторный брак твоей матери?

Она рассмеялась, но глаза ее не улыбались.

— Какой по счету?

Он ждал, терпеливый, словно камень.

Мелисса прикусила губу и глубоко вздохнула. Пусть он, так и быть, поскорее все узнает.

— Моя мать выходила замуж пять раз. Насколько мне известно. Ты будешь смеяться?

— Это необычно.

— Это смехотворно. Она гонялась за каждым «предметом», ища романтику, страсть, в надежде на то, что будет лучше, чем раньше. Через год-два брака розовое сияние блекло. Так бывало всегда. Она начинала устраивать драки, скандалы, обвинять мужей, что они гуляют на стороне. И начинала сама выходить на охоту, в поисках кого-то, у кого в глазах сверкал свет тех же звезд, что и у нее, а в ушах стояла музыка тех же скрипок. Любовь никогда не длилась долго. И я начала думать, что ее вообще не существует.

— И вдруг?

— Вы ведь внимательно меня слушаете, правда?

— Стараюсь.

— Я думала, что любовь — это порождение женской фантазии, фантазии, не выдерживающей столкновения с реальностью.

— Пока не произошла встреча со мной?

— Но кто сказал, что это надолго?

— Обещаю тебе…

Она откинулась на стуле.

— Не надо. Для этого и существуют свадебные формулы. Я знаю, я уже четыре раза была подружкой невесты. Поправка: девочка с цветами на второй свадьбе Салли, подружка на свадьбах номер три, четыре и пять.

— А где же был твой отец?

Она почувствовала напряжение в его голосе. Рейли считал отцов в равной степени ответственными за заботу о ребенке. Такой уж он был человек.

Мелисса лукаво ухмыльнулась.

— Множество взрослых бьют на жалость, заявляя, что когда они подрастали, их отцов не было рядом. В моем случае, это меня не было рядом. Он хороший человек, но у него другая жизнь, вот и все. Вторая жена. Дочь по имени Дайана. И видела я их только тогда, когда Салли встречалась с кем-то, кто не любит детей. Тогда я оказывалась за чертой. И, конечно, во время каждого медового месяца. Она едет куда-нибудь на медовый месяц, я еду в Айову. За исключением того момента, когда на ней женился пятый муж.

— А что произошло тогда?

— Меня отослали навсегда. В пансион. Один из лучших в Европе, грех жаловаться. Для новой жены доктора Уэверли — только самое лучшее.

Лучшая школа — это не дом. Рейли положил нож рядом с тарелкой. Еда потеряла вкус.

— Как я понимаю, вы какое-то время вообще не виделись.

— Время от времени мы оказывались в одном и том же городе, где наши пути пересекались. Я не держу зла, если речь идет об этом. Салли не такая, как другие. Я это знаю. Я даже понимаю ее точку зрения. Медовый месяц не предусматривает места для детей. Я мешалась бы под ногами.

Рейли едва слышно выругался.

— Дети не мешаются под ногами, они часть жизни. Чем бы она была без детей?

— Но у тебя их нет.

— Я планирую их завести.

Мелисса ему поверила. Рейли говорит, что думает. И ее он сейчас внимательно слушает, взвешивая каждое слово, так же, как он внимательно прислушивался ко всем ее вздохам, когда ласкал. Странно, но она была ему за это благодарна. Он не убежал, он не стал издавать долгие, глубокомысленные междометия, какие, вздыхая, издает мужчина, оказавшийся на грани совершения крупнейшей ошибки в своей жизни.

Рейли был тактичен и заботлив. Когда ей было нужно, он позволял ей менять тему разговора и лишь, понимающе улыбаясь, коротко усмехался.

— Уже представляете себя семейным мужчиной, Рейли?

— Представляю тебя, сидящей у меня на кухне. Знаю, что твое место здесь, со мной. Что же касается детей, то даже слепой видит, как ты их любишь.

— Я люблю Аврору.

— Но она же не твоя, верно?

Мелисса одарила его робкой улыбкой.

— Конечно, нет. Но ведь существуют связи столь же сильные, как и биологические.

— К примеру, общее прошлое?

— То есть?

— Ты — это она. Ты видишь в ней себя, маленькую девочку, которой позарез надо знать, что ее любят, что люди, которых она любит, ее не бросят.

— А, психоанализ. Где же конец твоим талантам?

Конца не было его любви.

— Я попал в точку?

— Весьма близко. Любовные связи моей матери повлияли в детстве на мое чувство уверенности в себе, но у каждой вещи есть своя светлая сторона.

— Например?

— Я научилась полагаться только на себя. Я очень сильная, когда надо. Я тверда, как скала, когда Дело касается Авроры. У нее никогда не будет ощущения неуверенности. Мне это удалось, Рейли. Мне это великолепно удалось.