знакомый черный автомобиль. Присмотрелась, потом тронула висящий за ухом связник и неуверенно сказала:
- Привет.
- Садись в машину, - ответили мне.
Я послушно подошла и забралась в салон. Тихий хлопок двери отрезал нас от уличного шума, оставляя наедине друг с другом. Здесь царил прохладный полумрак и легкий аромат цитрусов. И так хотелось бы забыться и вообразить, что сейчас мы просто поедем кататься по городу, а потом поужинаем в небольшом уютном ресторане с видом на море. Но нельзя.
- Ты ждал меня?
- Подъехал на всякий случай, чтобы не тратить время зря, - сказал Сейид Саар-Ан, не поворачивая головы.
- Да… Я тоже вот решила выйти... Ведь скоро начнет темнеть.
Нервно побарабанила пальцами по передней панели, а потом выдохнула:
- А что, если я ничего не увижу? Вдруг это была просто случайность? Или…
Прохладная ладонь накрыла мою, заставляя замолчать.
- Не паникуй, - тихо сказал мужчина. – Ты сейчас слишком напряжена, а это не очень хорошо.
Он, наконец, взглянул на мое нервное лицо, нахмурился и легонько сжал мои пальцы. Потом спохватился и захотел убрать руку, но я отреагировала раньше, перехватив его. Не хочу, чтобы он меня отпускал. Мне так спокойнее.
- Попытайся расслабиться, Ксения, - попросил дааштер, бросая на меня странный взгляд.
- Легко сказать, - усмехнулась криво.
- У вас же есть медитации, на которых учат это делать. Просто закрой глаза и подумай о чем-нибудь… обычном. Да хоть об учебе. Так будет легче.
Я не могла не признать его правоту. Вздохнув, откинулась на спинку сиденья и прикрыла глаза. Снаружи бурлила жизнь, праздно шатались студенты в свой законный выходной и обычные горожане, где-то звенел трамвай и смеялись дети, а мы просто молча сидели и думали о своем. Мужчина рассеянно смотрел в окно. Он так и не отпустил руку и через некоторое время даже начал легко, как будто неосознанно, гладить пальцами мое запястье, отчего стало очень-очень приятно.
Мне же не хотелось думать ни о какой учебе, и я принялась рассматривать мужской профиль из-под опущенных ресниц. Черные пряди, небрежно падающие на лоб. Прямой нос, плотно сжатые тонкие губы, гладковыбритые щеки. И почему он все время хмурится?
Словно почувствовав этот взгляд, Сейид повернул голову. Мои щеки загорелись, как будто меня поймали на чем-то неприличном, и я хотела отвести глаза, но не успела. Потому что пришло видение.
Узкая улица, даже не улица, а проулок между домами. Какая-то женщина с недовольным лицом спускается по лестнице, держа в руках корзину. От резкого звука она спотыкается на плохо освещенных ступеньках, но не видит высокую черную тень, которая караулит в закутке возле входной двери. Ругаясь сквозь зубы, женщина идет в дальний угол и толкает неприметную дверцу. Там виднеется еще одна лестница, ведущая в подвал. Она начинает спускаться, а убийца берет обломок доски и шагает за ней. Глухой удар, звук падающего тела, и он достает из кармана нож…
Видение оборвалось, и я резко открыла глаза. Мужчина рядом прищурился и спросил:
- Видела?
- Да, - закивала, как китайский болванчик.
- Сосредоточься и рассказывай, - коротко приказал Сейид.
- Снова мужчина. А жертва – женщина. Он подстерег ее на лестнице, а убивал – в подвале. Это какой-то совсем небогатый дом, не очень чистый, темный. На узкой улице. Но я совершенно не представляю, где он может находиться!
- Спокойно, - дааштер сжал мои руки. – Что-нибудь видела вокруг? Вывески, характерные детали?
- Вообще ничего, - беспомощно ответила я. – Просто улица, стены серые, окна узкие.
- А звуки? Может ты что слышала?
- Звуки… - задумалась на секунду, а потом выпалила: - Да! Громкий гудок, похожий на паровозный. Очень близко. Женщина из-за него споткнулась на лестнице.
Сейид кивнул, вытащил из узкого отсека между сидениями карту и завел двигатель.
- Вот вокзал, - одной рукой он рулил, а другой показал мне нужный лист. – Он находится на северо-востоке города, у самых гор. Пути почти сразу уходят под них, в тоннель, поэтому есть относительно небольшой участок, где может быть слышен паровозный гудок. Мы станем ездить вокруг вокзала. Посмотри, как лучше это сделать. Будешь направлять.
Я кивнула и схватила карту. Только бы успели.
Район вокруг возле вокзала оказался совсем даже не бедным. Красивая привокзальная площадь, трамвайное кольцо, симпатичные четырехэтажные дома вокруг. Он не был похож на видение, но я все же попросила Сейида чуть притормозить, когда услышала протяжный паровозный гудок. И пока мы ехали мимо, осмотрелась по сторонам, потом глянула на карту и покачала головой. И близко не оно.
- Едем к горам, - решил Сейид. – Там дома похуже.
Я очертила квадрат улиц, лежащих на юг от железной дороги и гор, ближе к рабочим кварталам, и направила нас туда. Их вид и правда был больше похож на то, что помнилось из видения. Но даже несмотря на это, на поиски мы убили очень много времени. Сейиду пришлось ехать медленно, чтобы можно было рассмотреть каждый закуток, каждую подворотню. Я до рези в глазах всматривалась в городские пейзажи, в людей, которые ходили по улицам. И только через час, когда уже почти стемнело, смогла зацепиться взглядом за знакомый проулок.
- Стой. Кажется, это здесь.
- Показывай, - кивнул мужчина и вышел из машины.
Я вылезла следом и огляделась. Выщербленная плитка мостовой, грязное крыльцо, открытая внутрь дверь, которую кто-то подпер обломком кирпича, чтобы не захлопнулась. Точно как в видении.
- Вроде бы сюда, - показала направо. – Вот эта дверь. Там должен быть подъезд и вход в подвал. А убийца прятался за дверью, как войдешь, сразу налево.
- Тогда стой здесь, - приказал Сейид, ныряя в темный проход.
Я в панике закусила губу. Только бы с ним ничего не случилось. Он же полез туда один и почти без оружия. На поясе вроде болтался кинжал, но много ты сделаешь с кинжалом, если тебя шарахнут кирпичом по голове?
Прошла минута, две, пять. Потом дааштер вышел наружу, напугав меня до писка, и внимательно огляделся по сторонам. Присел, касаясь пальцами не слишком чистой мостовой и сощурился, принюхиваясь, как ищейка. Я следила за ним во все глаза, но с расспросами лезть не спешила.
- Бездна, - выругался он, поднимаясь.
- Что?
- Он умудрился не оставить следов. Ни физических, ни энергетических. Я даже по кровавому следу его не чувствую.
- А женщина?
-
