напряжённо кивнула, холодок пробежал по её телу, которое отчаянно умоляло её не возвращаться в демонический проход. Но она отказалась поддаваться страху. Офелия шагнула в дверной проём и подняла свечу, освещая тени, с особой тщательностью убеждаясь, что существо, с которым она столкнулась прошлой ночью, не было рядом. По её спине пробежала дрожь при этом воспоминании.
— Что-то не так? — спросил Блэквелл, его зелёные глаза поблёскивали весельем, когда он заметил, как она замерла.
— Нет, — ответила она, не давая ему повода для очередной шутки. Выражение его лица выдавало сомнения, но она проигнорировала это, сменив тему. — Если ты не один из Призраков, устраивающих ловушки, как ты оказался здесь заперт?
— Это, — сказал он, — и есть главный вопрос, не так ли?
Блэквелл позволил ей идти впереди, шагая следом по коридору, при этом его рука едва касалась её плеча, словно уверяя её в своём присутствии. Очевидно, её попытка проявить невозмутимость при возвращении в тёмный проход не удалась, и этот жест с его стороны вызвал в ней тёплую благодарность. В свете танцующего пламени её свечи на каменных стенах колыхались тени, но его силуэт оставался отсутствующим.
— Единственная реальность, которую я могу вспомнить, — это Фантазма, — начал он, его голос звучал ровно и гладко, словно он повторял эти слова много раз. — У меня нет воспоминаний о том, как я здесь оказался, и почему могу делать то, что не под силу остальным Призракам. Всё, что я знаю, — это заключать сделки с участниками, наблюдать за их провалом и ждать, пока Фантазма переместится в другой город, чтобы найти новую жертву, когда начнётся следующее состязание. Раз за разом. Остальные Призраки привязаны к этому месту, потому что умерли здесь или заключили неудачные сделки с Дьяволом в прошлой жизни и вынуждены оставаться до тех пор, пока их долги не будут погашены, и они смогут уйти. Некоторые не справляются и со временем превращаются в Привидений, которых Фантазма использует для ловушек.
— Что случилось с другими участниками, провалившими твою сделку? — тихо спросила она.
— Немногие умерли, если ты об этом, — заверил он. — Многие сдавались, но большинство выигрывали Фантазму.
Она бросила взгляд через плечо:
— Они получили свой приз, а ты — десять лет их жизни.
Его зелёные глаза встретились с её без малейшего намёка на раскаяние.
— Именно так.
Если бы они были умнее, подумала она, они просто попросили бы расторгнуть свои кровные сделки. Но теперь, когда эта мысль пришла ей в голову, она задумалась, не потратит ли она свой собственный Дар Дьявола, если выиграет его, на возвращение десяти лет своей жизни или на что-то другое, что могла бы захотеть.
— Трудно ли было наблюдать за теми, кто умирал? — Офелия остановилась и повернулась к нему, её голова наклонилась с любопытством. — Не думаю, что смогла бы выносить такое снова и снова.
— Быть слишком сострадательной в таком месте — это ошибка, — предупредил он. — Мягкие сердца здесь не выживают.
— Какие же сердца выживают?
Он наклонился вплотную, так что их глаза оказались на одном уровне:
— Сердца с зубами, — произнёс он, нежно касаясь её подбородка, проводя большим пальцем по её полным губам.
Офелия застыла на месте.
— Ну же, ангел, покажи мне свои зубки.
Её дыхание участилось от его близости. Он был так близко, что она могла увидеть отблеск огня в его изумрудных глазах. Её взгляд на миг опустился к его губам, и, как в ту ночь в ванной, она на мгновение задумалась, каким было бы его поцеловать. Пах ли он так же, как аромат ванили и табака, витавший вокруг него? Будет ли его поцелуй холодным из-за его призрачной природы?
Губы Блэквелла начали кривиться в уголках, и она поняла, что уже слишком долго молчит, не отрывая от него взгляда. Он тихо хохотнул, потянувшись за чем-то у неё за спиной, и его губы почти коснулись её, когда он наклонился. Офелия поспешно отвернулась и сглотнула. Когда она оглянулась назад, то увидела, что они добрались до конца коридора. Он нажал на рычаг двери и распахнул её.
— Смотри, — махнул он рукой с ноткой удовлетворения в голосе. — Обычный чулан.
По мяукнул у её ног, и Офелия вздрогнула, совсем забыв о нём. Повернувшись к двери, она увидела, что Блэквелл был прав — это был всего лишь чулан.
— Может, мне нужно самой открыть? — сказала она, голос её прозвучал чуть приглушённо. Она снова захлопнула дверь и, не дожидаясь ни секунды, тут же открыла её снова. Из её горла вырвался разочарованный звук — ничего не изменилось.
— Не торопись, — посоветовал Блэквелл. — Сначала представь себе место, куда хочешь попасть. А потом открывай.
Она бросила на него скептический взгляд, но всё же снова закрыла дверь и закрыла глаза, сосредотачиваясь. На этот раз она представила ту самую тайную комнату, с длинными столами в центре и пустыми полками вдоль стен. Вспомнила, как По запрыгнул на один из этих столов, чтобы умыться и с лёгкой насмешкой наблюдать за ней.
Послышался скрип.
— Офелия, — позвал он.
Она открыла глаза, и её челюсть отвисла, когда она увидела перед собой новую комнату.
Блэквелл оценил её взглядом:
— Неплохо, ангел. Теперь посмотрим, что ещё ты сможешь найти.
ГЛАВА 19. АТМОСФЕРА
Полтора часа спустя они обыскали три разные комнаты в поисках ключа или подсказок, которые могли бы пробудить воспоминания Блэквелла о его местонахождении. Всё безуспешно. Простая комната в конце секретного коридора не предлагала ничего стоящего, и её легко было исключить. Следующим местом, которое предложил Блэквелл, оказался бар — с полками, полными бутылок, и пронизывающим до костей холодом.
— Ты привёл меня сюда только для того, чтобы выпить? — с обвинением спросила она.
— Конечно, нет, — ответил он, прежде чем одним махом опрокинуть целый стакан янтарной жидкости. — Я привёл тебя ради романтической атмосферы.
Комната была покрыта паутиной и слоем грязи.
Последним местом, которое он предложил, стала библиотека. Огромное помещение было уставлено книжными полками из тёмного дуба, доверху забитыми романами и журналами. В центре задней стены возвышался массивный камин из кирпича, а над его резным каминным полом висело позолоченное око. В воздухе пахло обугленной землёй и старыми книгами, и в отличие от остальных комнат особняка, здесь было куда теплее.
Блэквелл развалился на ярко-зелёной кушетке у камина, в то время как Офелия рылась в двух книжных полках, готовая задушить Призрака. Пока он был увлечён какой-то старой сказкой, она давилась пылью, вытаскивая одну книгу за другой, проверяя их на наличие скрытых ниш, куда можно было бы спрятать ключ.
