– И ты ответила, чтобы я напоминал себе об этом почаще, – кивает Джейк. – А потом мы прибыли на место назначения и всё такое. Надо было нажать на «стоп» и… – Марикета качает головой. Странно. – Так, вот мы и пришли, – замечает Джейк, прикладывая магнитную карту к замку. Как только дверь открывается, Снежок забегает в номер впереди планеты всей и тут же устраивается в кресле.
– Этот лис, – бормочет Мари, – может спать двадцать часов в сутки, по-моему.
Джейк закатывает глаза.
– Точно.
Он проходит в номер и ставит сумку Марикеты на пол около шкафа.
– Ой, а где твои вещи? – внезапно спохватывается Мари.
– У меня в номере, – пожимает плечами Джейк. – Оставил, пока вы нас догоняли.
– О, – Мари округляет глаза. Она-то думала… Впрочем, неважно.– И… м-м… чем планируешь заняться?
– Ну, знаешь, – брови Джейка взлетают вверх, – возможно, сумею дождаться ужина. Или вырублюсь сразу. Или… Не знаю.
Марикета прислоняется к дверному косяку.
– Ясненько.
– Ну а ты?
– Думаю принять душ, – равнодушно бросает Мари. Так, Арагорн, прекращай эту игру, мне надоело. – И лечь спать. Нам же вставать ни свет ни заря…
– Душ – это отличная идея, – с таким же безразличием в голосе отвечает Джейк. – Как считаешь, здесь достаточно большие душевые кабины?
– Для чего?
– Для двоих.
Марикета не может сдержать торжествующей улыбки.
– Определённо нужно про…
Она не успевает договорить, потому что в следующую секунду Джейк отрывает её от дверного косяка и прижимает к себе, жадно целуя. Замок щёлкает, когда Мари чувствует спиной эту чёртову дверь, и руки Джейка по обе стороны от её головы создают странное ощущение защищённости и спокойствия, резко контрастирующее с охватывающим всё тело возбуждением.
Джейк тянет её в ванную, и путь в несколько футов растягивается на долгие минуты, потому что он ни на мгновение не выпускает её из объятий и почти всё время не отрывается от её губ.
Только в ванной (душевая кабина кажется достаточно подходящей, впрочем, даже если бы это было не так – плевать) он разжимает руки. Марикета отступает от него на шаг и будто не может отвести от него взгляда на более долгий срок, чем нужно, чтобы снять майку. Джейк повторяет её движение, словно загипнотизированный. Она расстёгивает пуговицы на своих шортах, которые соскальзывают с её ног и тут же оказываются в противоположном конце ванной, когда Марикета отпихивает их в сторону. Туда же отправляются шорты Джейка. Марикета заводит руки за спину и выгибается – ткань бюстгальтера натягивается на её груди.
– Чёрт, эти дороги меня с ума сведут, – ворчит она и тут же неуловимым движением избавляется от лифчика.
Джейк не может сдержать судорожного выдоха. Неважно, сколько раз он лицезрел её в таком виде – её красота каждый раз поражает его, словно впервые.
Она небрежно сбрасывает трусики и спокойно поворачивается к нему спиной, включая воду и настраивая температуру. Мурлычет что-то себе под нос, словно вообще ничего из ряда вон выходящего не происходит, а потом снова переводит взгляд на Джейка. На её волосах блестят мелкие капельки воды.
– Почему ты ещё одет? – недовольно спрашивает она. Дважды повторять не нужно. Быстро раздевшись, Джейк затаскивает Марикету в кабину. – Да, довольно просторно, – замечает она, тем не менее прижимаясь к нему грудью. Капли воды, стекающие по её телу, вызывают желание слизать каждую из них. – Так, что у нас тут… – Марикета отворачивается, вжимаясь бёдрами в его пах, и совершенно серьёзно изучает содержимое полочки с пенно-мыльными принадлежностями. После чего невозмутимо берёт в руки бутылочку с шампунем и действительно принимается мыть голову. Когда она поворачивается к нему, шампунь стекает по её лбу на лицо. Это до того забавно выглядит, что Джейк фыркает от смеха. – Ты чего? – отплёвывая пену, спрашивает она. – Мы мыться пришли или как?
Вот же негодница. Ну, в самом деле…
– Тебе помочь? – не узнавая собственного голоса, предлагает Маккензи.
Марикета запрокидывает голову назад, проворно смывая шампунь с волос.
– С мытьём головы я справлюсь сама, – ворчит она, – мне что-то подсказывает, что мы тут надолго застрянем, если ты начнёшь этим заниматься.
– Ну и пожалуйста, – фыркает Джейк. – Продолжай, а я пока помогу тебе с чем-нибудь другим.
И нет, он не хотел говорить это таким тоном, будто единственная помощь, которую он может сейчас предложить – прижать её к стене и… Хотя, конечно, это неплохой вариант. Очень.
Но она сама начала эту игру, так что, ладно – сначала дела, удовольствие – позже.
Джейк выбирает тюбик, подписанный как «гель для душа», и выливает добрую половину на свои ладони, прежде чем накрыть ими плечи Марикеты. Она как-то моментально расслабляется, опирается на него ещё сильнее, чуть ли не обмякает. Маккензи старательно размазывает крайне хреново пенящийся гель по телу жены, даже не стараясь, чтобы его прикосновения не были такими чувственными. Она хихикает, когда он щекочет её пятки, а Джейк, оставив в покое её ступни, снова поднимается прикосновениями выше. Чуть надавливает на её бедра, заставляя слегка раздвинуть ноги. Соблазн слишком велик, так что вместо того, чтобы продолжить эту экзекуцию с мытьём, Джейк мягко касается её влажных складок.
– Принцесса, – бормочет он ей на ухо, когда она ловит ртом воздух от его дразнящих поглаживаний, – сохрани это на потом.
И резко убирает ладонь. Марикета разворачивается к нему лицом, её щёки пылают, но она берёт себя в руки.
– Хорошо, – кивает она, – на потом, так на потом. Теперь твоя очередь. Наклонись, пожалуйста.
Она щедро поливает его волосы шампунем, промывая ему голову так агрессивно, словно ей кажется, что он недостаточно хорошо моется. Впрочем, её ногти так умело массируют кожу, что Джейк сам чуть не теряет равновесие. Когда она принимается намыливать его грудь, он понимает – это такая же мука для неё, как и для него, иначе почему она то и дело прикрывает глаза, будто пытается взять себя в руки, почему у неё то и дело перехватывает дыхание?
Кажется, его Принцесса инициировала игру, в которой не может победить.
– Эй, Марикета, – хрипло зовёт Джейк, когда её маленькие пальчики намыливают ему бёдра, – знаешь, это самая интимная вещь, которую я когда-либо делал с женщиной.
– М-м, хорошо, – она поднимает голову и обезоруживающе улыбается. – Я тоже.
– Тоже не делала ничего подобного с женщиной?
Марикета закатывает глаза и тихонько смеётся.
– Может быть. Я же ничего не помню. Откуда мне знать?
Так странно, что она ухитряется смеяться над тем, что ничего не помнит.
Она распрямляется, подталкивая его под струи душа, и, убедившись, что нигде не оставила мыла, выключает воду.
– Что теперь? – с напускным спокойствием спрашивает Джейк.
На правом соске его жены дрожит капелька воды.
Он даже не успевает протянуть к ней руку, как Марикета неожиданно снова опускается перед ним на колени.
– Что…
Её ладонь смыкается на его эрекции, и это простое движение заставляет Джейка осечься на полуслове. Марикета приоткрывает рубиново-красные губы, и её язык коротко – почти молниеносно – пробегает по головке его члена.
– Я думала об этом полдня, – шёпотом признаётся она, её дыхание обжигает ему кожу, – мечтала о том, как сделаю… – Она накрывает его губами, мучительно медленно втягивая его в рот, а после резко выпускает. – …вот так.
Его жена фантазировала о том, как будет отсасывать ему?
Маккензи решает, что определённо сдох и попал в рай.
Джейк хватает ртом воздух, когда Марикета повторяет этот манёвр раз за разом, чересчур очевидно наслаждаясь процессом. Её ладонь движется по его члену синхронно с жадными губами, и сочетание этих движений с дразнящим скольжением её языка чуть не заставляет Джейка рухнуть на пол рядом с ней.
– Марикета!
– М-м? – она выпускает его изо рта, продолжая водить ладонью по его длине, и лёгкими касаниями губ рисует дорожку от основания к головке. – Что-то не так, Арагорн?
