трагедии, остались лишь самые ненасытные и те, кто не успел к началу представления…
…В следующий раз Тая открыла глаза уже в полной темноте. В поселении оборотней не было искусственного света, вероятно, жителям леса оно не требовалось. Пошатываясь, девушка поднялась на ноги. Ее одежда так и валялась рядом, никем не замеченная и втоптанная в пыль. Неподалеку, в стороне от шалашей, возвышалась клеть, возле которой дежурили двое воинов. Тая на плохо слушающихся ногах отправилась к загону.
* * *
Охранники хмуро покосились на подошедшую к клетке Таю. Внутри загона виднелся темный предмет, похожий на лежащего человека, и сердце Таи зашлось от страха того, что Нортон мог сотворить с пленником. Девушка просительно сложила ручки, посмотрев на оборотней своими огромными глазами-вишнями:
— Пожалуйста, можно мне войти? Проведать пленника?
Она хлопала глазами, изображая невинность и очарование, будто бы это не ее совсем недавно насиловала толпа голодных мужчин. Один из охранников, помоложе, дрогнул под прицелом ее чарующего взгляда и спросил у напарника:
— Пустим ее? А, Ригель?
Второй оборотень исподлобья посмотрел на Таю, дернул плечом:
— Пусть идет, ему все равно недолго осталось.
Тая, видя, что ее действия возымели эффект, осмелела и снова обратилась к младшему оборотню:
— А можно мне воды? — тут же добавила, видя его замаслившийся взгляд, — пожалуйста.
Ее собеседник поднялся на ноги, отпер клеть и, сняв с пояса свою кружку, бросил ее Тае в руки:
— Иди, в ручье набери. Только чтоб мы тебя видели, — добавил он более строгим голосом, но скорее показательно для напарника, чем для Таи. И так было понятно, что ей некуда бежать.
Небольшой родничок бил среди травы совсем рядом с клеткой. Тая наспех умылась, напилась из пригоршни и, набрав полную кружку, вернулась к клети. Внутри действительно оказался Дар Ветер. Мужчина был полностью обнажен и лежал на боку, лицом к стене, руки его были связаны за спиной. Его волосы были черны от запекшейся крови, и Тая лишь порадовалась, что в темноте не видела всех ран на теле охотника. Мужчина дышал часто и неглубоко, и Тая, целый год пробыв помощницей у целителя, прекрасно знала, что это был плохой признак.
— Дар… — она позвала негромко и, когда тот не отреагировал, испугалась.
Девушка всхлипнула от страха, утерла нос рукавом куртки и решительно приблизилась к раненому, тронув его за плечо.
— Дар, — Тая позвала уже чуть громче, и в этот раз мужчина вздрогнул и попытался посмотреть на нее из-за плеча.
— Тая? — он не видел ее. Лицо его было густо залито запекшейся кровью, глаза закрывали обширные гематомы.
— Великая Мать! Что они с тобой сделали! — девушка бросилась поднимать раненого, пытаясь усадить его. Он зашипел от боли, и она, спохватившись, принялась щупать, не было ли у него что-то сломано.
Охотник тяжело откинулся на стенку клети. Проговорил с горечью:
— Лучше бы убили… Прости меня, Тая. Я не уберег тебя, хотя обещал…
— Ты сделал все, что мог, — голос девушки дрогнул. — Пей.
Напоив раненого, она оторвала манжет от своей рубашки и, смочив его в воде, принялась осторожно умывать его лицо:
— Ты не виноват, — она снова увлеклась процессом, и под ее руками кожа охотника становилась не только чище, с нее вместе с грязью словно смывались раны и отеки. — Никто не виноват в случившемся. Никто, кроме Нортона, — девушка проговорила, со злостью сжав зубы.
Сама она чувствовала себя неплохо, что было удивительно после произошедшего. Тяжесть в животе и ноющая боль в промежности, что так беспокоили ее после общения с разбойниками, на сей раз быстро отступили.
Наконец, Дар Ветер смог разлепить веки и посмотреть на Таю:
— Какая же ты красивая, — он проговорил с такой грустью и обреченностью в голосе, что у Таи дрогнуло сердце. Она скорбно свела брови к переносице, глядя на своего пациента и продолжая умывать его. А он говорил:
— Прости, что тебе пришлось смотреть на мой оборот. Я знаю, это выглядит отвратительно.
— Вы оборотни, да? — девушка полностью отмыла лицо охотника и принялась за его плечи.
— Да…
— А я? — Тае было очень страшно задавать этот вопрос.
Вместо ответа Дар Ветер приподнял подбородок:
— Видишь цепочку? Сними ее.
Тая послушно отложила тряпицу и сняла с шеи оборотня странное украшение.
— А теперь надень на себя.
Удивленная, девушка все-таки послушалась и защелкнула замок на своей шее. Цепь была неожиданно тяжелой, ее звенья приятно холодили кожу.
— Вот, так будет лучше.
В свете убывающей луны Тая взглянула в глаза Дар Ветра и удивленно охнула:
— У тебя глаза такие желтые!
Тот невесело усмехнулся в ответ:
— У тебя тоже…
— Но ведь они были другими, не такими яркими, я видела. Они были похожи… — Тая смутилась неуместному проявлению своих чувств, — на две капельки горячего меда…
— Ты сняла цепочку, потому вся сила оборотня теперь на поверхности, ее больше ничто не сдерживает, — Дар Ветер покосился на Таину шею. — Это колдовской металл, он ограничивает магию — любую — и позволяет держать силу зверя в узде.
— То есть я тоже теперь оборотень, — Тая коснулась звеньев цепи на своей шее.
Охотник молча кивнул.
— Поэтому меня так испугались разбойники, — девушка скорбно нахмурилась и продолжила смывать кровь и грязь с кожи раненого.
— Скорее всего.
— И что мне теперь делать? — девушка готова была расплакаться. Она слышала об оборотнях много страшных сказок, но никогда не верила в их реальность. И уж точно не думала, что когда-нибудь станет одной из таких тварей.
Дар Ветер повел широкими плечами и скривился от боли:
— Жить дальше.
— Но как с этим жить?!! — девушка всхлипнула. — Я теперь чудовище? И Нортон сказал, что я теперь их общая… то есть они теперь все время будут со мной так…
— Чудовище… — охотник прикрыл глаза. — Нет, они не смогут настроить с тобой кровную связь, ты не станешь истинной для стаи волков. — Он фыркнул со злостью, — Они ничего не знают о своей природе. Это я начал твою трансформацию, и мне ее заканчивать. К тому же сегодня не Полнолуние.
— Ты?!! — Тая застыла с поднятой тряпицей в руке.
— Прости, это было не намеренно, но… тебе тогда было так больно, я не смог пройти мимо, — Дар Ветер открыл глаза и посмотрел на Таю. В его взгляде было столько стыда за содеянное, что она не смогла обвинить его. Но вслух произнесла:
— Ты поломал мою жизнь…
— А для начала спас ее.
Повисла тишина, лишь время от времени нарушаемая близким волчьим воем и звуками грызни. Наконец, Тая разлепила одеревеневшие губы:
— Ты маг? — Спросила просто, чтобы не
