– Посмотри у папы, – предложила ей Инга.
– У папы? – вроде бы удивилась Вика. – Но…
– Возьми в моей аптечке, – прошелестела неожиданно Нина. – Там есть.
– Но как они называются?
– Они все в пакетике, – продолжала шептать Нина едва слышно. – Там надпись на нем…
– Какая надпись, мамочка?
– Сережа, – прошептала Нина, уже отключаясь.
Вика застыла на месте.
– Сережа? – пробормотала она. – Это что еще за Сережа? И как его лекарства очутились в нашей аптечке?
– Думаю, Нина имела в виду, что лекарства предназначались для твоего отца – Сергея. Ну, беги, принеси, что она сказала.
Вика убежала и вернулась назад очень быстро. В руках у нее были и вода, и большой пакет с лекарствами. И еще несколько флакончиков с хорошо знакомыми Инге этикетками. Пустырник, капли пиона, корвалол, валерьянка… Их Инга быстро выхватила из руки Вики.
– Это мамины, – пояснила Вика, все еще растерянно рассматривая пакет, который держала у себя в руках, пока что не открывая его. – А папины я сейчас посмотрю.
Инга одобрила ее решение:
– Может быть, там будет какое-нибудь успокаивающее посильнее этих травок.
– Не знала, что папа пил лекарства, – пробормотала Вика, глядя, как Инга капает в воду коктейль из валерьянки, прекрасно понимая, что ее действие будет скорее психологическое, и корвалол, и настойку пустырника, искренне надеясь при этом, что хуже Нине от этой микстуры не станет.
Рецепт этой микстуры достался Инге от бабушки, которая употребляла ее всякий раз, когда у нее прихватывало сердце. Но вот годится ли это лекарство для больных эпилепсией? Этого Инга не знала, но все же полагала, что лекарство Нине не повредит.
– Надо же, сколько тут лекарств! – пробормотала Вика, открыв наконец пакет с лекарствами Сергея. – И откуда они все взялись?
– Мама говорила, что у твоего папы было высокое давление и частенько прихватывало сердце.
– Что-то я такого не припомню, – развела руками Вика.
– Твоя мама сказала, что папа не хотел, чтобы про его недуг знали близкие. Он хотел для всех выглядеть вечно молодым и здоровым.
– Ну, этого все хотят. Конечно, папе бы тоже этого хотелось. Знаете, теперь я припоминаю, что мама часто не пускала меня к папе, говоря, что тому хочется отдохнуть. Значит, в это время ему могло быть плохо! Ох, папка, папка! Как же мне тебя не хватает!
Инга с сочувствием смотрела на эту девочку, понимая, что сейчас и ей тоже придется нанести ужасный удар. И зачем она впуталась в это дело! Зачем согласилась послужить злым глашатаем! Ведь если для Нины смерть мужа всего лишь сравнительно небольшой удар, в душе она его уже давно потеряла, то для этой девочки убитый Сергей Пухликов являлся и всегда будет являться отцом. Вот ее горе будет поистине искренним и глубоким.
В это время в прихожей снова послушался шум.
– Мама, я дома.
– Это Колька! – встрепенулась Вика.
– Зови брата сюда.
Через несколько минут Инга увидела старшего отпрыска Нины. Если в Вике было что-то и от отца, то сын был куда больше похож на мать. Инга старательно вглядывалась в черты юноши, но не могла найти в нем ни малейшего сходства с отцом. Ростом Колька был уже со взрослого мужчину, крупный и красивый парень.
– Мама, что с тобой?
Нина открыла глаза и с любовью взглянула на сына. Было ясно, что между этими двумя существуют особые доверительные отношения. Но в то же время Инга понимала, что отец есть отец, и для юноши этот человек тоже должен был значить немало.
– А вы кто?
Коля смотрел прямо на Ингу, не опуская глаз.
– Я… я знакомая твоей мамы.
– Никогда раньше вас не видел.
– У меня был к твоей маме разговор и…
– Это ей от вашего разговора так плохо стало?
Отчасти юноша был прав. Но Инга ничего ему не ответила. Чтобы оттянуть разговор о смерти Сергея, а заодно отвлечь внимание юноши от своей персоны, она спросила у Вики:
– А ты где была-то?
– Да так…
– Мама тебя ждала, волновалась. Ты почему трубку не брала?
– Так это она из-за меня так разволновалась? – ужаснулась Вика. – Ой, мама, если бы я только знала!
Нина сделала попытку улыбнуться, она явно желала утешить свою дочь. И Инга поспешно произнесла:
– Нет, нет, ты тут ни при чем. Мама переживает не из-за тебя, а…
И поняв, что еще не в состоянии начать разговор на эту тему, она вновь спросила у Вики:
– Ну, все-таки, где ты была? Куда пошла после школы?
Вика поскучнела и отвернулась в сторону. Вид у нее сделался печальный и совершенно убитый.
– Вика? – обратилась к ней снова Инга. – Ты меня пугаешь. Говори, что еще случилось? Тебя кто-то обидел?
– Это все Рустам.
Услышав это, Коля тут же сжал кулаки. Глаза его грозно сверкнули:
– Рустам? Что он тебе сделал?!
Он подскочил к сестре, схватив за плечи и развернув к себе:
– Ну, говори! Если он тебе что-то сделал, я убью его!
– Коля, не трогай сестру!
Это вскричала Нина, которая сделала попытку приподняться на кровати.
– Лежи, куда ты? – кинулась к ней Инга. – С Викой все в порядке, правда?
– Да, мама. И ты, Коля, не волнуйся так. Рустам меня не обидел, – голос у девочки дрожал, а на глазах появились слезы. – Просто… Он… он меня бросил!
Вместе с этим признанием из ее глаз потекли такие потоки слез, что Инга в первый момент даже испугалась. Раньше она думала, что слезы из глаз брызжут только у клоунов в цирке. Но тут, ей показалось, она увидела именно это.
– Бросил!
Колька отшатнулся от сестры, разглядывая ее теперь вроде как и с изумлением. Что же могло не понравиться нищему пришельцу в его красавице сестренке? Этот вопрос отчетливо читался на лице юноши.
– Как бросил? – также удивленно произнесла и Нина. – Он тебя еще и бросил?
– Да, мама! Сегодня после школы я встретилась с Рустамом. И он мне сказал, что нашел себе другую!
– Как другую? Кого?
Нина казалась вконец растерянной и уязвленной. Она ненавидела Рустама, когда он любил их дочь и хотел быть с ней. Но теперь, когда ненавистный Рустам отвалился сам, Нина казалась обозленной на него еще больше.
– Кого он там себе нашел? – ядовито спросила она. – Побогаче?
– Нет, мама. Не все измеряется деньгами. Рустам сказал, что устал от ненависти, которую вы к нему питаете. И что он улетает к себе домой. Родные нашли ему там невесту. Он поедет и женится на ней, так надо.
Услышав это заявление, Нина окаменела, Коля сплюнул, а вот Инга лишь недоуменно покачала головой. Что такое говорит Вика? Рустам говорил, что, кроме старенькой русской мамы, другой родни у него нет. Родня отца отвернулась от них, когда мать Рустама вздумала противиться их обычаям. Они не хотели знать ни ее, ни ее сына.
Так откуда же вдруг взялась невеста? Кто сосватал ее Рустаму? Русская мама, вдруг понахватавшаяся под старость аульных привычек сватать за взрослых сыновей совершенно незнакомых тем девушек? Лишь бы невеста самой маме нравилась? По принципу: для сына я выбираю лучшее только сама?
Конечно, может быть, кто-то скажет, что в этом подходе и кроется некий глубинный смысл. Инга с этим даже не спорила. Двум равноправным хозяйкам в одной кухне никогда не ужиться. Нужно, чтобы одна была у другой в подчинении. Но чтобы это не было невестке совсем уж в тягость, необходимо, чтобы между девочкой и свекровью возникла хоть какая-то приязнь. Тогда всем в семье будет комфортно жить. И хорошие отношения между свекровью и невесткой очень важны. Именно этим двум женщинам придется больше всего контактировать друг с другом. А когда появятся дети, роль бабушки только еще больше возрастет.
Ну а сын… что же, если невеста ему пришлась не сильно по сердцу, он может сделать ей с пяток ребятишек, чтобы не заскучала очень уж сильно, а потом куда-нибудь деться. Уехать, к примеру, на заработки. И действительно, будет работать и содержать жену, время от времени даже осчастливливая ее своими визитами, но при этом весело проживая в России.
Однако Инге казалось, что Рустам выше такого первобытного взгляда на семью, как на источник одного лишь продолжения рода. И что он уже дорос до того уровня понимания, что свою судьбу каждый человек должен творить только сам. И что только он сам знает, что хорошо для него и с кем ему хорошо будет жить всю жизнь. И наконец, самое главное, что в супружеские отношения двух людей никто и ни на какой их стадии не должен даже вмешиваться, не говоря уж о том, чтобы грубо брать функции выбора на себя.
Все эти сложные мысли Инги вырвались всего лишь в одном коротком возгласе:
– Рустам не мог так поступить!
В ответ обе женщины – мать и дочь – уставились на нее. Вика смотрела с надеждой, а вот Нина, пожалуй, что с неприязнью. В следующую минуту Нина, внезапно перейдя на «вы», произнесла:
– Будьте так добры, перестаньте вмешиваться в нашу жизнь.
