Читаем без скачивания Свидание под мантией - Дарья Донцова

В зале воцарилась полнейшая тишина.

– Дайте пройти, уберите ноги, подвиньтесь, – донеслось слева, – вот идиоты, в темноте из-за них ходи.

Мне стало смешно, неожиданно вернулось хорошее настроение.

Темная фигура остановилась напротив деда.

– Чтоб тебя разорвало, – мигом отреагировал старикан, – хватит туда-сюда шляться!

– Я на вас какао пролил? – спросил Вик.

– Да!!! – заорал пенсионер. – И что?

– А ничего, – мирно ответил парень, – просто хотел убедиться, что в свой ряд зашел, темнотища кругом, а служащей с фонариком нигде нет. На, Ксю, держи семечки!

– Просто день сурка какой-то! Ксения сидит с другой стороны, – вздохнула я и подергала соседа за рукав. – Ты Вик?

– Нет, Наполеон Бонапарт, – торжественно заявил наш кавалер. – С чего такой вопрос? Я это я!

– Ну прекратите! – взвился дедок. – Жалобу на вас напишу в ЦК КПСС!

– Куда? – изумилась Ксю. – Цекапес? Это что такое?

– В двух словах не получится объяснить, – шепнул Вик. – Но если коротко: вспомни начало двадцатого века. Съезд РСДРП проходил в Лондоне и…

– Продемонстрируешь интеллект позже, – оборвала парня Ксения.

И тут зал озарился светом.

– Вау! Чего с ними Буратино делает! – восхитился Вик.

– Странно, что ты решил позвать женщин на подобный спектакль, – смутилась я, не глядя на сцену.

– Что не так? – изумился кавалер. – Я прочитал рецензии, везде хвалили. «Новое слово в театральном искусстве. Кукольная пародия на отношения мужчины и женщины».

– Это я тебе на башку какао пролил? – прогремело сбоку.

– Ненавижу вас, – простонал дед.

– Значит, да, – обрадовался негр, – мой ряд! Ксю! Та, которая не моя! Ты здесь?

– Да, – буркнула Ксюша.

– Супер! – заорал чужой парень. – Че поделываешь?

– Шнурки глажу, – огрызнулась она.

– Слышь, верни семечки, которые я тебе дал! А то моя девчонка в обидках.

– Нет проблем, – заверила Ксения и вытащила из-под сиденья засунутое туда ведро, – держи, скажи ей, пусть верхний слой стряхнет, пыль могла попасть, я такое не ем.

– Сам позабочусь, – пообещал афроамериканец, – если Ксю че посоветовать, она из вредности наоборот сделает! Чмок тебя.

– Чмусеньки, – ответила Ксения, – только отвали.

Темная фигура полезла назад, споткнулась о ноги деда и просыпала на него часть семечек.

– Этта чего? – осведомился тот.

– Жуй, дедуля, – мирно сказал негр, – считай, что тебя угостили.

– С кем ты разговаривала? – ошарашенно спросил Вик у Ксении.

– Не бери в голову, – отмахнулась та.

– Нет, я настаиваю на ответе, – сказал парень.

– Это негр, мама у него москвичка, папа из Ганы. Доволен? – фыркнула Королева.

– Вполне, – кивнул Вик, – я не ревнив, просто мне не нравится, когда к моей девушке козлы пристают. Но если он ваш знакомый, то я молчу.

– Я не твоя девушка! Даже не надейся! – обозлилась Ксения.

– Давай разберемся в сути вопроса, – загундел ботан, – сначала определим понятие собственности. Итак, если…

– Ребята, – ожил дедок.

– Ну что еще? – возмутился Вик. – Опять мешаем?

– Чем вы меня угостили? Вроде что-то знакомое, но вкуснее воблы, солененькое, на зубах похрустывает.

– Это семечки, – пояснил наш ботаник.

– Нет, семки другие, – заспорил старичок. – Что, я их не лузгал?

– Дедуля, вы подсолнухи на завалинке грызли, шелухой плевались, а сейчас попробовали евровариант, – объяснил Вик. – Ядрышки очищают, высушивают, потом окунают в сахарную глазурь или обливают соленой шубой. Я последнюю купил. А чего?

– Евровариант, – пробормотал дед. – И где ж такое растет? Это семки или другое чего? И как вкуснотища такая получается?

Вик обрадовался случаю продемонстрировать свою эрудицию.

– Хотите детально объясню процесс ее приготовления?

– А у вас еще такое есть? Может, натрусите чуток? – попросил дедуля. – Видел, в фойе едой торгуют, но у меня пенсия маленькая, еле на билет наскреб.

Ксю наклонилась и вытащила второе ведро из-под своего кресла.

– Вот! Угощайтесь!

– Спасибо, возьму жменьку!

– Забирайте все, – велела Ксюша.

– Право, мне неудобно. Вы деньги платили.

– Я не люблю семечки, – отрезала Ксения, – ваще никогда их не ем!

– Правда? Не из жалости угощаете?

– Нет, грызите спокойно.

– Ну прямо повезло, – обрадовался дедуля.

– Уберите ноги, подвиньтесь, – донеслось слева.

Я закрыла глаза. День сурка в разгаре. Негр возвращается! Интересно, какова причина на сей раз? Он пошел пописать и снова перепутал ряды? Хорошо знаю, о чем он спросит старичка.

– Эй, дед, – загремел парень, – я на тебя семечки просыпал?

– Точно, внучек, – обрадовался пенсионер. – Давно не виделись.

– Ксю! – гаркнул африканец.

– Тут я, – прошипела моя напарница.

– Не мое ведро дала, оно соленое! Ксюха злится, давай сделаем ченч.

Я дернула дедулю за рукав.

– Поменяйтесь с ним семечками.

– Нет, – уперся старикан, – мне самому нравится, первый раз такое ем! И сладкое вкуснее соленого.

– Получите взамен точь-в-точь такое, – пообещала я.

– Тогда зачем меняться? – вполне логично спросил дедулька.

– Вот странно, – с запозданием удивилась я.

– Что? – вздохнула Ксюша. – Что еще странного, кроме того, что вокруг нас одни дураки с ведрами семечек, а на сцене голые куклы камасутрой занимаются?

– Вик купил три упаковки, – пробормотала я, – одну взял себе, ты свое ведро оставила на лотке. А я поставила ведро под кресло. Потом негр дал тебе семечки своей девушки, ты их запихнула под сиденье и вскоре отдала африканцу. Вик принес еще одно ведро. Мое под креслом и…

– Ты считаешь, сколько у нас ведер с семечками? – захихикала Ксюша. – Зачем?

– Вроде одно лишнее, – засомневалась я.

– И что? Забудь, – приказала Ксю.

– Что происходит? – задергался Вик. – Почему вы все время болтаете? Надо за действием следить, иначе смысл сюжета потеряете.

– Фу, вспотел, – объявил негр и опустился в пустое кресло около Ксении. – Моя девчонка жуткая вредина. Уже час ноет: все ей не так, и семечки соленые, и куклы тупые, и я черный. Купил ей хот-дог! Опять не то. Прямо устал. Можно с вами посижу?

– Нет, – занервничал Вик, – топай отсюда.

– Тебе че, жалко? – спросил африканец. – Всего на секундочку пристроился. Ксю, ты не против?

– Не-а, – помотала головой Королева, отняла у деда ведро со сладкими семечками, сунула его новому знакомому, а старичку вручила забракованный девушкой негра вариант.

– О-о-о! Солененькое, теперь оно вкуснее сладенького кажется, – пришел в полнейший восторг дедок, – типа воблы! Пива только не хватает.

– Это легко исправить, – заржал негр и выудил из кармана банку. – Держите, дедушка, кушайте на здоровье, в вашем возрасте уже все можно, беречь нечего, органы от старости рассыпаются!

– Ну, ребятки, – ликовал дедуля, – вы мне день рождения устроили. Надо ближе познакомиться. Вас как зовут?

– Ксю, Даша, – ответили мы одновременно.

– А я дед Миша, – представился пенсионер.

– Симон, – сказал чернокожий парень и протянул Ксюше руку, пальцы его были унизаны перстнями агрессивного дизайна, из колец торчали шипы.

Моя напарница пожала его длань и вдруг ее глаза закатились, голова стала запрокидываться…

Я перегнулась через Симона и что есть силы ущипнула Королеву за бок. Она вздрогнула, заморгала, открыла рот, но, увидев, что находится в театре, ничего не сказала.

– Что это с тобой? – не понял африканец.

– Ночью плохо спала, – пояснила Ксю, – вот меня и уносит.

– Вы спектакль смотреть не хотите? – зашипел Вик. – Там семь гномов и Золушка такое выделывают!

Я на всякий случай зажмурилась.

– Ах вот ты где! – завизжали сбоку. – Козел! Бабник! Так я и знала!

Я повернула голову на звук, в зале опять вспыхнул свет, и стало хорошо видно, как по узкому проходу к нам пробирается тощая девчонка. Длинные, слишком белые, чтобы быть натуральными, волосы свисали у нее почти до пояса.

– Лично я терпеть не могу особ, которые распускают кудри по плечам, – сказала Ксюша. – Нет, если ты сидишь со своим парнем в спальне, то делай что хочешь, но в метро или в троллейбусе очень неприятно тыкаться лицом в чужую гриву, даже если хозяйка удосужилась ее с утра помыть. Еще в давке попадаются безумные папики лет сорока, которые употребляют чеснок головками, защищаются таким образом от гриппа. Нажрутся до бровей – и в подземку, дышат на всех. Убила бы таких!

Девица поравнялась с дедом, стали видны ее слипшиеся от туши ресницы, черные «стрелки», синие тени, пунцовые щеки. То ли красавица перестаралась с румянами, то ли покраснела от злобы.

– Кобель! – звонко выкрикнула Ксюша-два и начала тыкать в дядю Мишу булкой, из которой угрожающе торчала сосиска. – Привел меня в театр и давай хрен знает куда бегать! Семечки он, видишь ли, покупает! Вижу я теперь твои семки! Ща как врежу, им мало не покажется.