— призрачные твари, коим не место на земле, исчадия самой темной тьмы.
Они несли в себе холод и мрак, и ужас древних кошмаров. Они дышали тьмой, их присутствия не мог вынести даже огонь и он угасал, сраженный холодом, шипел и гас. Они двигались медленно, издавая леденящий звук и страх вспыхнул белым светом вдруг оглушил его и заполнил все тело.
Арис готов был помчаться прочь, как лесной зверь от пожара, ибо нет у него сил справиться! Меч в руке дрогнул и ноги подкосились. Он сделал шаг назад и вспомнил вдруг, что давно уже умер. В ту ночь, на берегу Туганны он умер вместе со своим народом, теперь лишь его тело бродит в поисках мести. Ему ли бояться ночных теней? И подняв голову он посмотрел на них. Вот чем станут его кочевники и он сам таким станет. От его смутной тени спрячутся проезжие на обезлюдевшем тракте и в ужасе завоют псы.
Арис вытащил меч и повернулся к ним, равный перед равными. Тени окружили со всех сторон. Последний отблеск костра вспыхнул и погас.
— Кто ты, что не боишься нас? — сказал во тьме мертвый голос и Арис понял, что говорят они разом и голос у них на всех один.
— Скоро я буду водить вас по долинам Той стороны.
— Исполните его желание! — проговорили они разом, — пусть он станет одним из нас!
И подняв меч, Арис ударил колышущиеся тени. Ударил и взмахнул снова. Искры побежали по лезвию и вой мертвых разнесся над поляной. Тени сомкнулись вокруг него.
Что-то кричал старик-в-длинной-кофте. Что — Арис не слышал. Отбросив все мысли он рубил тени. Лезвие резало их и тут же они смыкались снова. Яростно метались по поляне блики, отскакивая от незапятнанного кровью меча, складывались в диковинный узор.
Он не знал, сколько времени прошло, тело вошло в ритм, руки и ноги двигались, выполняя привычную работу. Он привык к этому, это было его дело, и какая разница, с кем сражаться? Главное не позволить им его коснуться и не важно как долго они будут нападать. И вот тени дрогнули, опали и поползли полосами тумана обратно, сквозь заросли камыша.
Он остановился и обвел поляну мутным взглядом. Все было тихо.
— Ну⁈ Кто теперь⁈ Кого еще ты пошлешь ко мне, жрец Зверя⁈ — закричал Арис потрясая мечом.
— Зверя! Зверя… — эхом лес рыкнул в ответ.
Брызги волколачьей крови стыли на лице и плечах, и старик-в-длинной-кофте вскрикнул в ужасе глядя на него.
Арис засунул меч в ножны и подошел к краснеющим углям. Сел и привалился спиной к корявому корню, торчащему из земли.
— Мне нужно поспать, старик, — пробормотал он, — Я устал.
— Спи, я посторожу, — опасливо ответил тот.
— Никто больше не придет сегодня, — сказал Арис сонно, — не бойся.
— Откуда ты знаешь?
— Разве ты не слышал сам? Лес сказал, что теперь Зверь придет за нами…
Ответа старика он уже не услышал — усталость взяла свое, он мгновенно уснул. Кеттер стянул с плеч рубаху и прикрыл Ариса. Подбросил в костер веток, сел и потер застывшие плечи. Проговорил тоскливо:
— Значит, Зверь придет за нами… Говорят, его силе нет предела… но я верю в тебя, о вождь Арис. Верю…
Костер разгрыз толстую деревяшку и весело затрещал, разбрасывая вокруг искры. Покачиваясь, старик сидел у огня. Веки тяжелели, стыли. Искры плыли, вверх и вниз. Он закрыл глаза на один миг.
И не видел, как из кустов показались двое. Охранитель Ондрат нагнувшись над Ларой прошептал ей на ухо несколько слов. Второй поднял ей голову и влил в рот что-то из глиняного флакона. Опустив ее обратно, они тут же ушли. А над поляной теперь раздавалось сонное дыхание не двух, а трех человек.
Вода в глиняной плошке, слепленной наспех, закипела, зашипела, выливаясь наружу. Кеттер бросил в плошку шепотку одолень травы, что росла у берега и подошел к Арису, который еще спал, раскинув руки.
— Вставай, — он подергал его за ногу, — вставай, Арис. Пора. Я приготовил отвар. Больше у нас ничего нет. Я хотел наловить лягушек, но не решился отойти надолго.
— И ладно, — Арис сел, протирая глаза, — я выспался как… как дома. Ничего не слышно?
— Да вроде нет.
— Всё это странно, — Арис поднялся, потянулся так, что хрустнули кости. Взял косенькую плошку, одобрительно кивнул и только потом ответил на немой вопрос Кеттера:
— Хочешь спросить, что странно? Скажи ка, старик-в-длинной-кофте, трудно ли убить одного человека, если он искусен в драке? Думаешь, да? А если у тебя сотня воинов? Чем поможет сила и искусство воина?
Он сделал еще глоток:
— В сказках, что рассказывала нам няня, герои сражались против злых царей и злых колдунов и всегда побеждали. Мне нравились сказки, но я думал: почему злой царь Батенче с длинными кривыми когтями все время посылал в погоню за отважным Янааном так мало воинов? Как бы выкрутился Янаан, если б в степи его окружила сотня лучников? Но воины Батенче всегда выходили по двое-трое против силача Янаана. В сказке это хорошо и мы рады, что Янаан победил Батенче, но в жизни все было бы не так. Понимаешь, старик? Я говорю — Снежич с братом могли поднять переполох у Сердца и нам бы тогда конец. Но они выпустили нас. Зачем? Пусть Снежич и Вторак глупы и совершили ошибку, почему бы Ондрату не послать за нами в погоню сотню оборотней? Но он посылает за нами птичку, потом двоих братчиков и мертвецов, которые испугались моего меча. Будто мы в сказке про отважного Ариса и злого охранителя Ондрата.
Он допил жидкость и сунул глиняную плошку в карман.
— Не стоит гадать. Скоро мы узнаем в чем дело.
— Да… — проговорил задумчиво Кеттер.
Арис подошел к Ларе и нагнулся над ней, пока старик-в-длинной-кофте копошился вокруг костра, суетясь и что-то укладывая.
— Кеттер… — пробормотал он, — подойди сюда.
— Что такое?
— Посмотри… мне кажется, или она… снова дышит⁈
Старик нагнулся над Ларой и некоторое время всматривался в ее лицо. Потом выпрямился.
