Осторожно ступая по искусственному меху, что заменял ковер, я села на край матраса.
Макс обошел кровать и остановился у открытой террасы. Я наблюдала, как его пальцы вытаскивают пуговицы из петель. Слышала, как звякнула пряжка ремня. Луна отбрасывала серебристые блики на обнаженное тело парня. Осторожно подняв за руку, Макс стянул мою футболку, отбрасывая в сторону. Следом за ней отправились леггинсы и трусики.
Я стояла в лунном свете, совершенно не стесняясь собственной наготы. Макс поднял меня и осторожно уложил на край кровати. Руки ласкали грудь, живот и бедра. Стоны сливались в волшебную мелодию. Древесный запах лишал рассудка. Я изучала каждый миллиметр его красивого тела, освещенного полной луной.
Кровать немного скрипнула и прогнулась. Я почувствовала, как пальцы Макса скользнули в изнывающую плоть. Он осторожно вводил их все дальше, словно растягивая. Изогнув спину, вцепилась ногтями в его плечи.
— Сделай это… — сорвался с губ прерывистый шепот.
Теплая головка проникла туда, где только что были его пальцы. Я постаралась расслабить мышцы. Макс накрыл мой рот своими губами, и я закатила глаза от дикого наслаждения. Резкий толчок заставил сжаться. На мгновенье стало очень больно. Парень замер, увидев слезы в моих глазах.
— Очень больно?
— Уже нет. Продолжай, — то ли прошептала, то ли простонала я.
По телу растекалась приятная усталость. Низ живота горел. Макс двигался осторожно и медленно, сжимая руками ягодицы. Я поддалась ему навстречу и прогнула спину еще сильнее. Стало трудно дышать. В голове шумело. На секунду показалось, что я теряю сознание. Еще толчок и я исчезла. Взорвалась. Растворилась. Где-то далеко было слышно тяжелое дыхание Макса. Он выдохнул, и я почувствовала пульсацию и что-то горячее, растекающееся внутри меня.
Ресницы дрогнули. Я открыла глаза. Макс смотрел на меня с какой-то особой нежностью.
— Я хочу еще, — прошептала, глядя в зеленые глаза.
Парень тихонько засмеялся и накрыл ртом сосок. Резко отстранившись, оттянул большим пальцем мою губу и жадно поцеловал. Я чувствовала, как он растет внутри моего тела. И снова легкое покачивание. Но сейчас это было вдвойне приятнее. Стоны. Мой крик. Его неровное дыхание. Сладкая какофония.
Я снова взорвалась, распадаясь на крохотные атомы.
Макс встал и протянул мне руку. Простыня была в крови, бедра тоже. В углу комнаты бурлила вода в джакузи. Я шагнула первой и легла, выпрямив дрожащие ноги. Макс устроился рядом. Сегодня лучший день в моей жизни. И он первый.
— Теперь довольна? — шепот любимого снова вызывал цунами в уставшем теле.
— Не то слово… — лениво промурлыкала, расслабляя мышцы.
Горячая вода снимала напряжение.
Макс вышел первым, оставив меня нежиться в бурлящей пене в одиночестве.
— Я приготовлю что-нибудь. Ты не ела на помолвке.
— Ты тоже.
— Тогда я чувствовал совсем другой голод. Это платье подбросило моему воображению прекрасные картинки. Так и хотелось посмотреть, что под ним.
— Маньяк! — захохотала я, неохотно выбираясь из ванны.
Надев рубашку Макса, вдохнула любимый аромат.
Парень уже успел надеть футболку, которая подчеркивала рельеф красивого тела. Серые спортивные штаны были приспущены, и я облизнула губы. Он стоял у плиты и разбивал яичную скорлупу, отправляя содержимое на раскаленную сковороду. Запах жареного бекона ударил в ноздри. Я захлебывалась слюной.
— Все-таки голодна?
— Очень, — шепнула ему на ухо, обнимая за талию.
Сидя на веранде, я пила шампанское маленькими глотками и смешно морщила нос, когда пузырьки в напитке забавно шипели и лопались на языке. Омлет с кусочками бекона таял во рту.
— Спать?
Засмеялся Макс, глядя на то, как я снова зевнула и прикрыла рот.
— Только при одном условии.
— Все, что захочешь, — смеялся парень, увлекая меня в дом.
Поленья сгорели. На улице стало прохладно. Но мне было жарко от прикосновения его руки к моей прохладной ладони.
Макс сменил постель и, подняв меня на руки, уложил на подушку. Лежа рядом с ним, я долго всматривалась в прекрасное лицо. Устроившись на его груди, пыталась уснуть. Впервые за долгое время я ничего не боялась.
Дыхание Макса стало ровным, когда мое сбивалось и было тяжелым. Голова кружилась, а ноги словно стали чужими. Осторожно выскользнув из белой постели, я встала у зеркала и скинула рубашку с плеч. Легкая ткань упала к ногам. Я прикоснулась пальцами к припухшим губам. Осмотрела грудь, бедра и улыбнулась.
Мой первый раз оказался волшебным. Взглянув на спящего жениха, представила, как он спал с другими, и сжала кулаки.
Снова влезла под тонкий плед и закинула ногу на талию Макса.
– Хр-хр! — хрюкнула ему в ухо.
— Отвали, Максимилиан… — смешно пробормотал он, отнимая плед.
Глава 21
Макс
Трель соловья. Шелест листвы на кустах, что напоминал нежный шепот. Легкий ветер, залетевший в открытую дверь террасы и запутавшись в белоснежных занавесях, словно злится, слегка завывая.
Я долго лежал, наблюдая, как грудь Алекс слегка вздымается при каждом легком вдохе. Лицо девушки было по-детски наивным. Щеки стали розовыми. Волосы разметались по подушке. Легонько зацепил пальцем плед. Тот скользнул по ее гладкой коже, обнажив до поясницы. Когда она успела снять рубаху? Рука вцепилась в ткань летнего покрывала. Медленно стаскивая его с обнаженного тела невесты, закусил губу. Во рту почувствовал металлический привкус собственной крови.
Девушка сводила с ума. Безупречное тело, что не знало мужской ласки до минувшей ночи. Волосы, которые приятно пахли цитрусами. Пухлые чувственные губы, что сама природа создала для жарких и настойчивых поцелуев. Безупречная красота.
Снова порыв ветра распахнул белоснежное кружево, что должно было скрывать спальню от посторонних глаз. Но, как по мне, эти занавеси, наоборот, давали возможность разгуляться бурной фантазии.
Бросив на пол тонкий плед, я вышел на террасу. Вокруг лишь деревья, кусты и цветочные поляны. Прозрачная дымка струилась по земле, словно молочная пена. Утро. Еще никогда я не просыпался настолько рано. Но с того дня, как в моей жизни появилась Детка, изменилось абсолютно все.
Вернулся в дом, чтобы надеть спортивный костюм. Взгляд то и дело останавливался на обнаженном теле невесты. Бесконечно длинные ноги чуть согнуты в коленях. Волосы все так же рассыпаны по белой наволочке. Одна рука под подушкой, а вторая на плоском животе.
Сев рядом, я провел кончиками пальцев по внутренней стороне ее бедра. Тело Алекс моментально откликнулось на мимолетную ласку, покрываясь милыми мурашками. С пухлых губ сорвался протяжный и чувственный стон.
— Макс… — тихо прошептала девушка.
Густые ресницы
