Гости молчали. Молодой мужчина в колоратке кивнул, и все сели на длинные скамьи и стулья. Отец вложил мою ладонь в руку Макса, тихонько всхлипнув. Прямо сейчас он отдавал меня ему, и я поняла, что на самом деле родители любят меня. Молодой священник поднял руки вверх, призывая всех собравшихся к тишине.
Макс сжал мою руку, словно показывая, что все будет хорошо. Церемония началась. Священнослужитель читал отрывки из потертой Библии. Затем мы повторили за ним традиционные клятвы. Макс надел кольцо на мой палец и нежно поцеловал тыльную сторону ладони.
Когда священник произнес последние слова, наши губы встретились в долгом поцелуе. Сжимая в руках букет, я обвила ими шею мужа. Он потерся кончиком носа о мой, и его прекрасное лицо расплылось в самой потрясающей улыбке.
Снова лепестки. Сотни поздравлений. Каждый спешил обнять нас. Сейчас даже чопорные женщины казались обычными. За несколько минут я стала старше. Улыбаясь во весь рот, я с удовольствием принимала поздравления. После чего организатор свадеб объявила о том, что гости могут занять свои места за столами.
Мы вошли в номер для новобрачных, и я ахнула. Огромная кровать была усеяна орхидеями. Вокруг нее стояли многочисленные коробки с яркими обертками и бантами. Цветы в корзинах и высоких вазах.
Рука Макса скользнула по моей спине, ловко расстегнув молнию.
— Может, ну их всех к черту? Нам есть чем заняться, как думаешь? — прошептал он, покрывая нежными поцелуями мою шею, плечи и спину. — Миссис Чейз. Звучит?
— Наверное… — прошептала, задыхаясь от нежных прикосновений. — Прекрати. Нам нужно вернуться к гостям.
— Верно. Первый танец, — засмеялся муж, неохотно отстраняясь.
Я надела короткое кружевное платье без бретелей и балетки. А Макс облачился в совсем не праздничные джинсы и белую рубаху. Надев кеды, он протянул мне руку.
— Готова?
— Нет. Вообще нет. Я не умею танцевать.
— А ты не бойся. Ты мне доверяешь?
— Больше, чем себе.
— Значит, просто закрой глаза и иди за мной.
Когда мы вышли во двор, на улице стемнело. Гости весело обсуждали сегодняшнюю свадьбу. Мое платье и дорогие угощения. Из огромных динамиков послышалась любимая композиция Nothing's Gonna Change My Love for You.
Гости притихли. Сотни взглядов были устремлены на нас с мужем. Фонари погасли и зажглись лишь на танцевальной площадке, освещая наши лица, словно следуя за каждым шагом. Я закрыла глаза, отдаваясь музыке. Макс повел меня по двору. Казалось, что мои ноги просто парят над землей. Я словно летела, чувствуя каждое движение любимого человека и повторяя за ним каждый жест.
Макс кружил меня, резко отстранялся, продолжая держать за руку, и так же резко тянул к себе, опуская руки на талию, а потом ниже.
Сработали хейзеры, что производят легкую прозрачную дымку. Лучи света, проходя сквозь искусственный туман, становились видимыми, создавая особую романтическую атмосферу.
И когда прозвучали последние аккорды потрясающей музыки, Макс кивнул, и в небе зажглись огни.
Всего одна надпись неонового цвета: "Детка, мы прокляты".
Я плакала, осознав, как много значит для меня Макс. Как сильно он любит меня. Смеялась, вспоминая забавные фото и распятие. Чертовы пельмени, дикого вепря и первую встречу в клубе.
После танца мы сели за отдельный стол с ребятами из клуба. Анабель подмигнула Заку, после чего он скрылся в отеле и вышел с огромным тортом. Из глазури сотворили те самые фото.
* * *
Гости разошлись по номерам. Макс протянул мне руку и резко прижал к себе. На руках донес до комнаты и осторожно усадил на огромную кровать, скрытую темно-синим балдахином.
— Устала? — улыбнулся муж, снимая балетки с моих ног.
— Совсем чуточку…
Любимый коснулся рукой моей щеки, и в тот же момент раздался телефонный звонок.
— Ответь, — тихо прошептала, облизнув пересохшие губы.
Макс принял вызов.
— Зак, я убью тебя. Что? Когда? Я выезжаю.
Лицо мужа стало бледным.
Я накинула его футболку и натянула те самые штаны в цветочек. Макс стоял, схватившись за столешницу.
— Милый, что произошло? Поговори со мной.
— Клуб сгорел. Мне нужно ехать. Я скоро вернусь.
Муж выбежал из комнаты и громко хлопнул дверью. Я вышла следом и направилась в номер родителей.
— Папа, ты меня любишь?
Бросилась в объятья отца.
— Солнышко, что случилось? Не так я представлял себе вашу первую брачную ночь.
— Странно, что ты вообще ее представлял. Скажи, ты любишь меня? — не унималась я, сжимая кулаки.
— Конечно, люблю. Что за глупые вопросы?
— Клуб Макса сгорел этой ночью. Ребята сейчас в отеле, но это их не спасет. Для многих из них он был домом. Им некуда идти теперь.
— Я могу помочь?
— Да. Тот заброшенный особняк, что давно продается. Подари его мне. Мы сами его отремонтируем.
— Конечно, милая. Все что угодно. Я утром созвонюсь с риэлтором.
* * *
Макс вернулся через час, и, услышав о том, что клуб продолжит жить, но в другом месте, обхватил ладонями мое лицо, осыпая поцелуями.
— Макс. Мы прокляты?
— Нет, Детка, мы женаты, — ответил муж, увлекая меня под синий балдахин.
* * *
В здание следственного изолятора вошла брюнетка. Глядя в глаза отца через двойное стекло, она прошептала в трубку:
— Ничего не вышло, папа. Но я так просто не сдамся. Не зря моя фамилия Корс, — хмыкнула Марси и послала отцу воздушный поцелуй.
