Конечно, он мог бы легко заставить незваных гостей утопиться или перебить друг друга, но на противоположном берегу, на рыбачьей пристани остались их товарищи (такие же непредсказуемые и взвинченные), которые сейчас внимательно следили за всем происходящим на острове. Случись сейчас что-нибудь сверхъестественное, и они, защищенные от воли Окша расстоянием, непременно разнесут по всей стране весть о зловещем колдуне, поселившемся на необитаемом озерном острове.
Вот уж обрадуется тогда загадочный человек по имени Хавр, которого Окш давно представлял себе в образе огромного черного пса, хоть и потерявшего след, но настырно продолжавшего свои поиски. Нет, нужно любой ценой избежать конфликта.
— Что вам надо, любезные? — осведомился он с террасы. — Если вы не разбойники, а честные люди, то перестаньте ломать двери моего жилища и изрыгать хулу.
Ночные гости немедленно ответили Окшу, что им нужна лодка, большая быстроходная лодка, которой владеет хозяин маяка. На этой лодке отряд вольных братьев намеревается спастись от преследователей, которые вот-вот ворвутся в поселок. Если же хозяин, паче чаянья, попытается отсидеться в башне, то они вышибут дверь и заставят его спуститься вниз, но уже не по лестнице, а по воздуху.
Человек, которому принадлежала последняя фраза, жестоко поплатился за свою грубость, насквозь прокусив язык, но никто даже и не подумал обвинить в этой досадной случайности хозяина маяка, тем более что тот самым смиренным тоном пообещал выполнить все условия вольных братьев.
Спускаясь вниз и на всякий случай разбирая за собой ступени винтовой лестницы (никто не должен был знать, как выглядит маяк изнутри), Окш лихорадочно размышлял над создавшейся ситуацией.
Если он поможет сейчас вольным братьям и переправит их на противоположный берег озера, это озлобит преследователей, которые найдут способ добраться до острова и обязательно разорят с таким трудом созданную мастерскую. Опять все начинать сначала? Нет уж, хватит!
А что, если обманным путем сдать вольных братьев их врагам? Вот только смогут ли опьяненные победой королевские солдаты по достоинству оценить такой подарок? Да и грабежи, неизбежные в столь смутное время, могут перекинуться из поселка на остров. А кроме того, как-то неудобно губить тех, кто, пусть и в грубой форме, обратился к тебе за помощью. Максар не знает милости и пощады, но позорить себя мелким предательством не. станет.
Остается, значит, всего один вариант действий, тоже не лишенный недостатков, однако в данных обстоятельствах наиболее приемлемый.
Слуги, вооруженные мечами, ожидали его внизу. Окш приказал им ни при каких условиях не покидать маяк и лучше спалить его, чем отдать на разграбление, после чего самолично распахнул дверь, под градом ударов уже готовую слететь с петель.
Вольные братья, судя по всему, намеревались изрядно взгреть чересчур медлительного хозяина, но, когда тот появился на пороге, их запал почему-то испарился. Брань сразу стихла, а те, кто стоял впереди, невольно отшатнулись.
Окинув взором изможденных, окровавленных людей (и одновременно мельком заглянув в душу каждого), Окш негромко, но повелительно спросил:
— Кто ваш командир?
— У вольных братьев нет командиров, — ответили ему. — А наш старший брат погиб еще на подходе к поселку.
— Почему же вы не удосужились назначить нового? Что вы тогда за вояки?
— Королевские прихвостни гнались за нами по пятам, — плаксиво произнес кто-то. — Нам было не до этого.
Окш пропустил эти жалкие оправдания мимо ушей. Он уже и так успел убедиться, что перед ним не воины, а стадо баранов. Даже не баранов, а овец. Паника на войне приносит больше жертв, чем самое совершенное оружие.
— Ты меньше разговаривай, а скорее веди нас к лодке! — крикнул из задних рядов кто-то, еще не успевший встретиться с Окшем взглядом.
Он стерпел это оскорбление и, продолжая выискивать в толпе вольных братьев хотя бы одного, чей рассудок не помутился от пережитых страданий, сказал:
— Лодка моя действительно довольно велика, но это не плот бога-прародителя, на котором он доставил в этот мир все сущие народы. Не хватало нам еще перевернуться в пути. Сколько вас всего?
— Здесь почти дюжина. Да на пристани осталось раза в три больше. Я имею в виду живых. Но мы бы хотели захватить с собой и убитых, — это был первый толковый ответ, услышанный Окшем от вольных братьев.
— Много ли врагов преследует вас? — продолжал выспрашивать он.
— Не знаем… Много… Целые полчища… — вразнобой загалдели вольные братья, и Окш понял, что они не помышляют ни о чем другом, кроме бегства.
— Бывает так, что карлик кажется великаном, а кучка воинов — огромной ратью, — веско произнес он. — Но это бывает только в двух случаях: когда глаза застилает мрак ночи или когда страх застилает рассудок. Я задал вам не праздный вопрос и жду на него ответа.
Как Окш и предполагал, ответил тот самый вольный брат, который совсем недавно просветил его насчет численности беглецов.
— Две сотни пеших стрелков и несколько десятков всадников, — доложил он. — Были еще самоходы с картечницами, но они остались за рекой. Мост не выдержал бы их.
Преследователей было действительно слишком много. До этого Окшу никогда не приходилось внушать свою волю такому количеству людей сразу, и он даже не был уверен, возможно ли это в принципе. Впрочем, во время побоища в оружейной мастерской Карглак без труда контролировал сознание нескольких сотен человек, да и про своих мрызлов не забывал. Но ведь то Карглак! Он в этом деле поднаторел не меньше, чем жаба в охоте на мух.
— Где сейчас ваши враги? Чего ради они дали вам передышку? — сейчас Окш обращался уже к одному конкретному собеседнику.
— Они обходят поселок слева и справа, чтобы не дать нам возможности уйти берегом, — ответил тот. — Про твою лодку они не догадываются. Мы и сами узнали про нее случайно.
— Как тебя зовут? — Этот вольный стрелок начинал яределенно нравиться Окшу.
— Шед… А почему ты спрашиваешь?
— Прозвище у тебя есть?
— Есть… Пика.
Только теперь Окш разглядел, что человек, с которым он разговаривает, ростом превосходит всех других вольных стрелков, а худобой может соперничать ну разве что с монахом-постником.
— Будешь теперь считаться старшим братом, Шед Пика… А пока вы все не сели в лодку, предъявите мне свое оружие.
Здесь вольным братьям похвалиться было нечем. Многозарядки имелись не у всех, да и пуль осталось, как зубов у старухи. Пришлось Окшу поделиться собственными запасами, благо за время пребывания на острове он успел составить себе приличный арсенал. Вольные братья брали оружие с недоумением — они и от своего собирались избавиться в самое ближайшее время.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
