— А держать оборону у дверей моего кабинета Рита не обещала? — Мет начал расстегивать пуговицы на ее блузке. — Операция по спасению может затянуться. Я слишком долго ждал.
Пета занялась его ремнем.
— Я готова к началу операции. — Она подмигнула. — План был продуман заранее.
— Да? — Мет восхищался ее смелостью. Купался в море восторга.
— На мне нет трусиков.
Дыхание перехватило. Все как в день их свадьбы, совершенная свобода от страха и сомнений. Новое начало. Лучшее начало их жизни. Боль и страх позади. Они прошли через многое, но не потеряли себя и теперь связаны гораздо крепче.
— Ну-ка посмотрим. Понравится ли мне твой план? — прошептал он, дрожа от счастья.
Он исцелялся от каждого прикосновения ее рук, губ, тела и души. Поцелуи Петы, ее нежность были как уносящаяся в бесконечность река, сбивающий с ног поток и спокойное, бескрайнее море.
На этот раз Пета ни разу не вспомнила о том, что может забеременеть. Она думала только о мужчине, которого любила и который любил ее. Слишком полным было счастье.
Пета благодарила судьбу за то, что они снова нашли друг друга. Мет здесь, она желанна, любима и может сделать так, чтобы источник его любви не иссяк. Теперь она понимала это и разумом, и сердцем. Душа, освобождаясь от боли одиночества, расправила крылья.
Их семья возрождалась заново.
Обещания уже не нужно произносить вслух.
Он не мог оторваться от Петы. Мет не знал, сколько прошло времени, и забыл, что они занимаются любовью на его рабочем столе. Вместе они улетели куда-то далеко. Букет роз под головой Петы. Вдохнул их пьянящий аромат. Аромат радости и абсолютной гармонии.
Розы…
Красные розы…
Символ любви.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Зачем ему четверо детей? — подумал Мет. И этого, одного, достаточно.
— Здравствуй, Тимоти Эндрю, — прошептал он родившемуся день назад малышу. Тимоти посапывал у него на груди и явно искал там нечто такое, чего новоиспеченный папа, безусловно, не мог ему предложить.
Пета крепко спала, и Мет решил ее не будить. Ей необходимо восстановить силы после долгих и трудных родов. Он видел, какую боль перенесла Пета, чтобы этот маленький живой комочек смог появиться на свет. Мет был в шоке, совершенно выдохся душевно и физически, наблюдая за его рождением. Пытка. Настоящая пытка.
— Перестань, Тим, — скомандовал он, поднимая сына повыше и поглаживая его спинку. — Умерь на время свой аппетит и подумай о маме. Ты совсем ее измучил. — Это они с Петой решили, что он родится. А Тим был лишен права голоса. Здорово, что у них появился сын. Тем не менее цель не всегда оправдывает средства, переиначил Мет известную истину.
Хотелось вернуться на курсы будущих родителей, где они занимались, и посоветовать этим инструкторам самим родить ребенка. А также объяснить, что их система контроля дыхания — полная чушь, бесполезная в реальной жизни.
Будь его воля, он изменил бы и систему ухода в больнице. Может, с точки зрения духовной связи хорошо, когда ребенок находится в одной палате с матерью. Но что делать, если мама захочет вздремнуть? Стоит ей заснуть хоть на минуту, младенец немедленно требует внимания. Если, конечно, в это время поблизости не окажется няни. Мету приходилось находиться здесь и оберегать сон жены. Иначе она могла умереть от истощения.
Как странно. И бесчеловечно. Почему нет правила, по которому в родильном доме могут работать только те няни, у которых есть дети? Мет уже поругался с парочкой грубых, неприятных особ и выставил их за дверь, потребовав у администрации прислать такую, которая способна проявить хоть каплю участия к его жене. Пусть Мета назовут «трудным мужем», наплевать! Он поклялся, что не оставит Пету одну в этом кошмаре.
Тим принялся сосать его рубашку. Наверное, ему предстояло испытать первое в жизни разочарование. Оказывается, у Тима крепкие легкие. Он будет прекрасным пловцом, когда подрастет. Пока же при каждом удобном случае Тим заявлял о себе громким криком. Что и собирался сделать прямо сейчас. Мет подхватил его, поднялся и начал расхаживать по комнате, тихо напевая «Ватерлоо», старую песню «АББА», которую помнил с детства.
— Выиграл войну, Мет?
Удивленный возглас Петы застал его врасплох. Она уже проснулась и, улыбаясь, следила за ними. Мет изумленно покачал головой. Как Пета могла улыбаться после вчерашних мучений? Тем не менее она улыбалась во весь рот.
— Едва отбился, — признался Мет. — Крошка Тим чуть не сжевал мою рубашку.
— Дай его сюда. Я пропустила время кормления.
— Не хотелось будить тебя.
— Все в порядке, я выспалась. Спасибо, Мет. Вчера ты держался молодцом.
Он? Молодцом? Да он дрожал как осиновый лист и едва стоял на ногах. Мет не понимал, где Пета брала силы, чтобы так безмятежно взять ребенка на руки и готовиться к кормлению. Маленький Тим также был вполне счастлив. Он отыскал самое лучшее в мире, уверенный, что это подарок неба. Весь в отца, подумал Мет, откинувшись на спинку стула и наблюдая за маленьким чудом природы.
Он и не заметил, как задремал. Его разбудил тихий стук в дверь.
— Мама! Как хорошо! — обрадовалась Пета. — А я ждала тебя только вечером.
Нанна Келли — она предпочитала, чтобы ее называли именно так, — протянула Мету подарки для новорожденного и заторопилась к кровати Петы, взволнованно приговаривая:
— Не стала ждать твоего отца и доехала на электричке. Боже мой! Сколько у него волос!
Пета рассмеялась. Она смеялась!
— Темненький. Как Мет. Правда, он красивый? — гордо зачастила Пета.
Пока две женщины обсуждали его сына, Мет молча размышлял. Он знал, что Пета борец, способный вынести все. Так было всегда, за исключением черной полосы после выкидыша. Когда Пета сказала, что потеряла себя. Но так мужественно держаться после вчерашней дикой боли! Уму непостижимо.
— Ты не слишком разочарована, мама? — услышал он.
— Разочарована? — недоверчиво спросил Мет. — Почему она должна быть разочарована?
— У Джона родился мальчик, четвертый, — спокойно ответила Пета. — Так что Тим оказался восьмым внуком в нашей семье. А мама надеялась на девочку.
— Да это совсем неважно, доченька, — тут же откликнулась Нанна. — Лишь бы он вырос здоровым.
Мет поддерживал такую точку зрения. Если теща хочет еще и внучку, то Меган, Джон или Поль вполне смогут ее предоставить.
— Мама, посмотри, какой он чудесный, — протяжно сказала Пета. — Может, нам повезет и в следующий раз родится девочка.
Мет ушам своим не верил. Как — в следующий раз? Как Пета представляет себе следующий раз! Будет рожать с обезболиванием?
Вслед за Нанной Келли приехала Синтия Дейвис. Из Госфорта ее подвез друг по бридж-клубу, Гарольд. В последнее время она только о нем и говорила. Сейчас в ней не осталось ничего от той унылой, отчаявшейся женщины в оздоровительном центре.
