— Разве никого не беспокоит, что люди могут ворваться внутрь? — спросил Рейстлин.
Иоланта лишь фыркнула:
— Можешь себе представить, насколько мало люди Нераки беспокоятся о нас! Я тебе скажу больше, до настоящего момента НИКТО и НИКОГДА не пытался ворваться в нашу Башню. Жители правы: зачем впустую тратить время? Здесь ничего, в сущности, нет.
— Но должна быть библиотека, — тревожно сказал Рейстлин, — книги заклинаний, свитки, артефакты…
— Все ценности давно распродали, чтобы внести арендную плату, — произнесла Иоланта.
Внести арендную плату! Щеки Рейстлина вспыхнули от позора. Он подумал о великих и трагических историях Башен Высшего Волшебства, уходящих на столетия в глубь веков. Великолепные творения архитекторов должны были вселять ужас и опасения всем, кто лишь посмотрит на них…
Маг увидел, как крыса юркнула в нору, расположенную в фундаменте, и почувствовал тошноту.
Иоланта рассеяла руну и толкнула дверь, за которой оказалась маленькая и грязная лестничная площадка. Мрачный коридор справа уводил в пыльную темноту. Ветхая лестница вела на второй этаж.
— Здесь есть номера, но сам видишь, почему я решила предложить тебе пожить где-нибудь в другом месте.
Она крикнула так, чтобы ее голос донесся до второго этажа:
— Это я, Иоланта! Хочу подняться, не надо кидаться огненными шарами!
Потом ведьма презрительно скривилась:
— Не думай, что эти старые пни смогут такое. Если они и знали подобные заклинания, то давным-давно все перезабывали.
— Куда ведет коридор внизу? — спросил Рейстлин, когда они начали подниматься по ступеням, зловеще скрипевшим под ногами.
— В классы, — сказала Иоланта. — По крайней мере, так они задумывались, ведь здесь никогда не было никаких учеников.
Их встретила тишина, но едва Иоланта объявила себя, вокруг зазвучали голоса, высокие и дрожащие, перхающие и кудахчущие.
Второй этаж предназначался для кабинетов и лабораторий, спальни находились на третьем. Иоланта указала на лабораторию, которая состояла из длинного рабочего стола, заставленного битой и грязной посудой, да котла, булькающего на огне. Разносившийся аромат определенно указывал на вареную капусту.
Рядом с лабораторией находилась библиотека. Рейстлин заглянул внутрь: на полу валялись груды книг, пергаментов и свитков. Кто-то здесь явно пытался прибрать — несколько книг аккуратно занимали места на полках. Больше ничего не было сделано, только сотворен еще больший беспорядок.
Самым большим помещением на этаже был кабинет. Рейстлин вошел туда вместе с Иолантой, закрыв лицо капюшоном, стараясь держаться в тени. Внутри комнаты стояло несколько разбитых кушеток, пара шатких стульев да несколько сундуков и маленьких столиков. Три одетых в черные мантии человека весьма преклонных лет повернулись к Иоланте, заговорив одновременно.
— Господа, — вскинула руки ведьма, прося тишины, — я разберусь с вашими проблемами через мгновение. Но сначала мне хочется представить вам Рейстлина Маджере, недавно пополнившего наши ряды.
Три черных мага отличались друг от друга следующим: у одного были длинные седые волосы, у другого короткие, а третий вообще их не имел. В чем они были похожи, так это в том, что одинаково ненавидели и боялись друг друга, полагая магию всего лишь инструментом для удовлетворения собственных потребностей. Их души, которыми чародеи, возможно, некогда обладали, были изглоданы невежеством и жадностью. Кроме Нераки, им некуда было отправиться.
Иоланта быстро назвала три имени, которые не задержались в памяти Рейстлина. Он не считал эту информацию ценной, поэтому не испытывал нужды ее запоминать. Черные мантии, в свою очередь, не заинтересовались им, их волновали лишь они сами. Маги забрасывали Иоланту вопросами, перебивая друг друга, но отказывались слушать, когда ведьма пыталась им ответить.
Чародеи толпились вокруг девушки, а Рейстлин оставался в стороне, слушая и наблюдая.
— По очереди, по очереди! — строго выкрикивала Иоланта, отмахиваясь от вопящих стариков. — Назовите мне причину всего этого шума!
Ответ пришел от самого старшего мага, худого старика с горбатым носом, напомнившего Рейстлину его мерзкого наставника, который в годы обучения продавал сомнительные снадобья и магические настои, пока не был вынужден бежать после массового отравления клиентов. Если верить Горбоносу, как Рейстлин мысленно окрестил старика, черные маги получили известие о том, что Нуитари порвал с Королевой Такхизис, Ладонна убита, а они все обречены.
— Сюда в любой момент ворвутся стражи Ночного Властелина! — Голос Горбоноса срывался на визг. — Они подозревают нас в работе на Конклав! Мы все попадем в темницы!
Иоланта терпеливо выслушала, а потом весело и легко рассмеялась.
— Можете расслабиться, господа, — сказала она, — до меня тоже дошли эти слухи. Мне они очень не понравились, поэтому я решила доискаться правды. Все вы знаете, что выдающаяся чародейка Ладонна была моим наставником и поручителем.
Старикам, очевидно, все это было известно, поэтому, не особенно впечатлившись услышанным, они громко заговорили о том, что «если обнаружатся связи с Ладонной, это только осложнит наше положение». Рейстлин, который ничего не знал, задался вопросом, как обстоят дела в действительности. Была ли Иоланта лояльна к Ладонне?
— Я говорила с ней вчера вечером, слухи абсолютно ложные. Ладонна остается верной Такхизис, как и Нуитари. Вам не о чем волноваться, мы можем продолжать вести дела как ни в чем не бывало.
Судя по гневным взглядам стариков, Рейстлин предположил, что дела давно идут не «как ни в чем не бывало». В подтверждение его догадок Иоланта вытащила из шелкового кошелька несколько стальных монет с отчеканенными пятью головами Темной Королевы и смиренно положила деньги на столик:
— Вот. Плата за услуги черных мантий Нераки.
Иоланта получила список изготовленных снадобий, в которые входили рецепты вроде «изгнания грызунов для магазина портного» или настои для лавки Снэггла. Рейстлин подумал, что скорее использует зелье, сваренное овражными гномами, чем изготовленное этими старыми безумцами. Как позже узнал маг, Иоланта выливала все полученные снадобья в городскую канализацию. Башня Высшего Волшебства в Нераке содержалась целиком и полностью на ее деньги.
— В противном случае, — доверительно сказала Иоланта Рейстлину, — эти старые вороны начнут искать работу самостоятельно. И кто знает, какие неприятности будут у меня после этого.
Вид монет убедил стариков намного лучше слов. Горбонос не сводил глаз со стали, остальные двое, ревниво на него посматривая, мгновенно завели разговор о справедливом дележе. Каждый, понятное дело, хотел получить большую часть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
