– Хорош. Славно тебя отделал этот неженка-космонит вполовину меньше тебя! В следующий раз прячься, когда увидишь кого-нибудь из космонитов.
– Слушаюсь, капитан, – униженно пробормотал Нисс.
– Ты слушал мои инструкции или нет? Перед отлетом с Авроры вам было велено космонитов и леди не трогать, не докучать им, не лезть к ним с разговорами.
– Капитан, я просто хотел вежливо пообщаться. Нам интересно было посмотреть на нее поближе. Мы не хотели ничего плохого.
– Ничего плохого? Ты спросил, сколько ей лет. Это входит в твои обязанности?
– Я просто полюбопытствовал, хотел знать.
– Один из вас делал непристойные намеки.
– Это не я, капитан.
– Кто-то другой? А ты извинился?
– Перед космонитами? – ужаснулся Нисс.
– Конечно. Вы действовали вопреки моим приказам.
– Я не хотел никого обидеть, – упрямо повторил Нисс.
– Ты не хотел обидеть мужчину?
– Он сам поднял на меня руку, капитан.
– Знаю. А почему?
– Потому что он приказал мне уйти.
– И ты не стерпел?
– А вы бы стерпели, капитан?
– Ладно. Ты не стерпел. Ты упал мордой в пыль. Как это случилось?
– Право, не знаю, капитан. Он такой шустрый, а хватка у него прямо железная.
– Так оно и есть. А ты что думал, идиот? Он и есть железный.
– Как это, капитан?
– Ты, видно, не знаешь историю Элайджа Бейли?
Нисс смущенно потер ухо.
– Я знаю, что он какой-то наш предок, капитан.
– Это-то все знают по моей фамилии. Ты никогда те видел фильмы о его жизни?
– Я не охотник до исторических фильмов, капитан.
Он пожал плечами, но тут же сморщился и решил больше этого не делать.
– Ты когда-нибудь слышал о Р. Дэниеле Оливо?
– Он был другом Элайджа Бейли.
– Ну да. Значит, ты кое-что знаешь. Ты знаешь, что такое «Р» в этом имени?
– Это значит «робот». Правильно? У него был друг-робот. В те времена на Земле были роботы.
– Они и сейчас есть. Но Дэниел не просто робот. Он был космическим роботом и внешне походил на космонита. Подумай об этом, Нисс, и сообрази, кто тот космонит, который задал тебе трепку.
Глаза Нисса округлились, лицо побагровело.
– Вы хотите сказать, что космонит – ро…
– Это Р. Дэниел Оливо.
– Капитан, но ведь прошло двести лет!
– Да. И космонитская женщина была близким другом моего предка Элайджа. Она прожила, если хочешь знать, двести тридцать пять лет, а робот, думаешь, не мог? Ты пытался драться с роботом, дурачина.
– Почему же вы об этом не сказали? – возмутился Нисс.
– А зачем? Ты спрашивал? Слушай, Нисс. Ты слышал, как я велел другим придержать язык? Это относится и к тебе, только в большей степени. Они всего лишь члены экипажа, а тебя я хотел сделать старшим в команде. Хотел! Чтобы управлять командой, нужно иметь мозги, а не только мускулы, Теперь тебе придется доказывать наличие мозгов вопреки моему твердому убеждению, что у тебя их нет.
– Капитан, я…
– Молчи и слушай. Если эта история выплывет наружу, то четверо станут учениками матроса, но ты станешь никем. Ты никогда больше не ступишь на корабль, ни на один. Это я тебе обещаю, Ни в экипаже, ни пассажиром. Подумай, что ты станешь делать в Бейлимире, как будешь зарабатывать на жизнь. Это в том случае, если ты будешь болтать или встанешь поперек дороги космонитской женщины, даже просто будешь глазеть на нее и ее роботов. И следи, чтобы никто из команды не смел ее оскорблять. Ты отвечаешь за это. И лишаешься двухнедельного жалованья.
– Капитан, – жалобно сказал Нисс, – другие…
– На других я меньше полагался, Нисс, поэтому и наказал их меньше. Проваливай!
21
Д. Ж. бесцельно играл фотокубиком, который всегда стоял на столе. Когда кубик поворачивали, он темнел. Поставленный на грань, он светлел, и в нем появлялось трехмерное изображение улыбающейся женщины. Команда поговаривала, что на каждой стороне кубика появлялись разные женщины. Так оно и было.
Джемин Озер следил за сменой изображений без всякого интереса. Теперь, когда корабль был в безопасности – по крайней мере, так считалось, – было время подумать о следующих шагах. Однако Д. Ж, подходил к делу кружным путем, а может, и вовсе не подходил. Он сказал:
– Конечно, это женщина была виновата.
Озер пожал плечами и погладил бороду, как бы уверяя себя, что он, во всяком случае, не женщина. В отличие от Д. Ж., на верхней губе Озера красовались роскошные усы.
– По-видимому, – продолжал Д. Ж., – прибыв на родную планету, она забыла об осторожности. И вышла из корабля, хотя я просил ее не делать этого.
– Вы должны были приказать ей не выходить.
– Не знаю, помогло ли бы это. Она аристократка и привыкла сама приказывать своим роботам и поступать, как заблагорассудится. Кроме того, она нужна мне, и я хочу сотрудничать с ней, а не ссориться. И еще… Она была другом Предка.
– И до сих пор жива, – сказал Озер и покачал головой, – Прямо мороз по коже. Древняя старуха.
– Да, но выглядит совсем молодой и привлекательной, и нос кверху. Не ушла, когда ребята подошли к ней, не пожелала пожать им руки. Ну ладно, что было, то было.
– Капитан, а правильно ли вы поступили, сказав Ниссу, что он пытался справиться с роботом?
– Правильно, Озер. Если бы он думал, что его побил и унизил перед товарищами космонит, который меньше и легче его, он навеки стал бы для нас бесполезным. Это сломало бы его. И нам не нужны слухи, что космониты – супермены. Поэтому я строго-настрого приказал помалкивать об этом случае. Нисс будет внимательно следить за ребятами, и если это дело не выплывет наружу, никто не узнает, что космонит оказался роботом. Но я полагаю, что в этой истории есть одна хорошая сторона.
– Какая, капитан?
– Я задумался о роботах. Много ли мы знаем о них? Что, например, знаешь ты?
Озер пожал плечами:
– Капитан, я о них не думал.
– И никто не думает. Во всяком случае, поселенцы. Мы знаем, что космониты имеют роботов, зависят от них, никуда без них не ходят, ничего без них не могут сделать, и мы уверены, что они чахнут из-за роботов. Мы знаем, что на Земле раньше были роботы, навязанные нам космонитами, и что они постепенно исчезают с лица Земли. В земных городах их вовсе нет, они остались только в сельской местности. Мы знаем, что Поселенческие миры не имеют и не хотят иметь роботов ни в городах, ни в сельской местности. Таким образом, поселенцы никогда не видели их на своих планетах и вряд ли видели на Земле… – При слове «Земля» голос Бейли всякий раз странно дрожал. – Что мы еще знаем?
– Есть Три Закона роботехники.
– Правильно. – Д. Ж. отложил кубик и подался вперед. – И главный из них Первый: «Робот не может повредить человеку или своим бездействием допустить, чтобы человеку был причинен вред». Так вот, не полагайся на него. Он означает не совсем то. Мы считаем, что благодаря Первому Закону роботы для нас не опасны. Хорошая уверенность, но не в том случае, когда она мнимая. Робот Дэниел повредил Ниссу и ничуть не огорчен этим, несмотря на Первый Закон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
