Деревья росли только в узких ущельях, надежно укрытых от ветра. Стоило горам немного расступиться, как ельники исчезли, сменившись голым камнем и рощицами мелких многоствольных березок, которые выглядели так, словно горный ветер завязал их узлом.
— Еще несколько дней, и мы войдем в пределы Внутренней Похъёлы, — сказал Йокахайнен. — Что мы будем делать дальше — когда встретим тунов?
Ему долго никто не отвечал. Хотя они обсуждали это много раз, еще сидя на горе у Вяйно, но ничего толкового так и не придумали. А сам Вяйнемейнен ничего не предложил.
— Едва ли мы сможем идти и дальше незамеченными, — продолжал саами. — Опасность наткнуться на тунов по эту сторону гор увеличивается во много раз. Надо что-то придумать… какую-то байку — хотя бы что им сказать при встрече. Как объяснить свое появление в Похъёле, куда людям путь закрыт, — чтобы туны не сразу оторвали нам головы!
— А что вы все на меня смотрите? Будем действовать по обстоятельствам, — неохотно сказал Ильмо. — Ничего умнее я придумать не могу.
— А меня совсем другое заботит — что мы будем делать с нашей девицей? — спросил Аке. — Не тащить же ее с собой в Похъёлу!
— Ну, с гор-то мы спустимся вместе, — надменно ответила Асгерд, которая шагала рядом с ним. — Так и быть, пригляжу за вами. А дальше каждый пойдет своей дорогой. Мне тоже обуза не нужна.
— Баба с возу… — язвительно отозвался Аке.
Ильмо покачал головой: он вполне понял нрав Асгерд — и видел, что упрямую деву не переспоришь. Йокахайнен тоже не особенно огорчился. Зато Ахти сразу же впал в отчаяние. Он догнал девушку и пошел с ней рядом, уговаривая остаться с ними, пугая опасностями одинокого пути по чуждой, жестокой земле. Асгерд только посмеивалась.
За прошедшие дни Ахти совершенно потерял голову. Видно, недаром к его рождению был как-то причастен Лемпи, бог любви. И недаром тот же Лемпи считался демоном в свите Калмы. Только демон мог сыграть с парнем такую злую шутку. Ахти не сводил глаз со спасенной девицы, постоянно отирался около нее, пользовался каждым случаем, чтобы поговорить с ней или чем-то подсобить. Ильмо впервые увидел, как быстро и безоглядно влюбляется его друг, и только молча сочувствовал. Ибо Асгерд, хоть и держалась с Ахти дружелюбно и не изводила его колючими насмешками, как спесивого Аке, но при этом явно оставалась к нему равнодушной.
Как-то, перекинувшись парой фраз с Асгерд, Ахти внезапно покраснел и быстро ушел далеко вперед. Ильмо догнал его и заговорил без обиняков:
— Да что с тобой такое творится? Ты на себя не похож! Можно подумать, ты в первый раз влюбился…
— «В первый раз!» Глянь на эту деву: будто не оттаяла по сей день. Холодом от нее так и веет. Ты не думай, что я о себе много мню. Но мать давно сказала, что на мне благословение Лемпи — не знать неразделенной любви. А эта Асгерд… Я ведь спас ее — так могла бы хоть проявить благодарность! Нет, это явно не просто так. Уж не в Аке ли дело? То-то этот варг на нее все поглядывает…
— Вот только слежки нам не хватало! Оставь ты ее в покое!
— Не могу, — горько ответил Ахти, — и тут же завертел головой, высматривая златовласую найдёну.
Глава 11
Нет прощения предателю
Несколько дней подряд Ахти втихомолку следил за Асгерд, хотя она вроде бы не подавала к слежке никаких поводов. Но вот однажды ночью Ильмо проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо и шипел в ухо:
— Тсс! Просыпайся!
— Что?
— Помнишь, что я тебе говорил про Асгерд?
Ильмо перевернулся на другой бок.
— Отстань, Ахти…
— Проснись, и пошли со мной! Я тебе его покажу.
— Кого — Аке?
— Если бы!
Вскоре они взбирались на скалистый гребень. Небо было светло от звезд, но в ущельях лежали черные тени. В одной из этих теней и затаились друзья.
— А теперь потихоньку высунься и посмотри туда!
— Ну, если только это все твои выдумки…
Ильмо выглянул.
— Ого! — пробормотал он.
Шагах в ста от них, на соседнем гребне, четко виднелись две фигуры, освещенные луной. Обе опознавались легко и безошибочно — Асгерд и Хиттавайнен.
Оборотень так и следовал за ними, хотя его роль проводника вроде как закончилась. Догонял их по ночам, днем где-то отсыпался. Изредка он показывался им, если надо было выбирать дорогу, — но чаще оставлял знаки из сломанных веток или заметных камней. Встречались они нечасто, и это никого не огорчало. Ильмо каждый раз благодарил оборотня за помощь, а сам с некоторой тревогой ждал ближайшего полнолуния. До него оставалось уже недолго.
— Они нас не видят?
— Нет. Хорошо, что ветер в нашу сторону.
— Надо подобраться поближе и послушать…
— Не смеши меня. Волк нас учует…
Оборотень вдруг припал к земле, умоляюще протянул к Асгерд морду. Она не шевельнулась.
— Ты это видишь?
— Ветер меняется, — сказал Ильмо. — Пошли-ка отсюда.
На следующий день, когда отряд растянулся редкой цепочкой, пробираясь через очередную каменную осыпь, Ильмо снова догнал Ахти и заговорил с ним об увиденном ночью:
— Знаешь, я все утро думал и решил — ты был прав. Их в самом деле что-то связывает. Они явно знакомы, принадлежат к одному племени. Возможно, они даже вместе сюда прибыли…
— Волк сам говорил, что он шатается в предгорьях не меньше чем полста лет, — проворчал Ахти. — Асгерд же никак не больше двадцати от роду.
— Откуда ты знаешь, сколько она пробыла в заколдованном льду? Я тебе больше скажу, Ахти. Оборотень привел нас к ней нарочно. Чтобы мы освободили ее из темницы Когтистого Старца.
— Что ему самому мешало это сделать?
— Видно, что-то мешало. Может, он не знал, как вызволить ее из клетки. Но если бы Хиттавайнен не счел нас полезными, наши черепа висели бы сейчас на сосне по ту сторону гор.
— А я то все думаю — и чего он с нами идет? И все равно, я благодарен ему, что он завел нас в пещеры, что бы он при этом ни замышлял — ведь мы нашли Асгерд!
— Вот именно, — кивнул Ильмо. — Что бы ни замышлял.
Он оглянулся по сторонам и тихо сказал:
— Об этом я и хотел с тобой поговорить. Мне, знаешь ли, не нравятся эти тайные встречи по ночам. Асгерд, может, и не желает нам ничего плохого, но Хиттавайнена я что-то начал опасаться. Теперь уже точно ясно, что он ведет свою игру…
— Хотелось бы узнать, какую роль в игре он отвел нам, — кивнул Ахти. — Как бы выведать, о чём они разговаривали! Но как это сделать? У оборотня такое чутье и слух, что он заметит нас за сто шагов…
— Йокахайнен, — почти шепотом ответил Ильмо. — Он нам поможет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
