Читаем без скачивания Соборный двор - Александр Щипков

Армянская Церковь – активный член Всемирного Совета Церквей. Покойный Католикос Гарегин I (1936–1999) получил свое богословское образование в Оксфорде, а нынешний Католикос Гарегин II (р. 1951) – в Вене. По свидетельству сотрудника информационного отдела ААЦ о. Ваграма Меликяна, в середине 90‑х ААЦ допускала к причастию членов Англиканской Церкви. В декабре 1996 года в Риме Гарегин I и папа Иоанн Павел II подписали Общую декларацию, в которой выразили надежду на полное восстановление общения между двумя Церквами. Нынешний визит Папы в Армению также стоит в цепи шагов, предпринимаемых ААЦ по пути преодоления изоляции.

Однако слишком беспечное устремление на Запад может привести ААЦ к ассимиляции и потере церковной идентичности. Декларация Ватикана и Эчмиадзина 1996 года невероятно сближает Армянскую апостольскую Церковь с Армянской католической Церковью (АКЦ), насчитывающей 120 тысяч членов. Столицей армянских католиков является Гюмри (Ленинакан), второй по величине город в Армении. Здесь находится резиденция восьмидесятилетнего архиепископа Нерсеса Тер-Нерсесяна, главы Армянских католиков Восточной Европы, куда входят Армения, Грузия, Украина и Россия.

АКЦ, так же как и ААЦ, использует в богослужении древнеармянский язык, тот же календарь и возводит свое возникновение к V веку, уверяя, что часть армян все же приняла постановления Халкидонского собора. В 1980‑х годах АКЦ отказалась от «филиокве», чем окончательно приблизила себя к Апостольской Церкви.

В свою очередь ААЦ, в своем стремлении «стать равной» халкидонитам, фактически пересмотрела свою догматику. В своей книге «Жизнь человека: встреча неба и земли» Гарегин I утверждает, что одна природа Христа является единством двух природ, что фактически соответствует определению халкидонских Церквей. Обе Церкви уверяют, что формального запрета на евхаристическое общение их прихожан не существует. Реальному объединению препятствует лишь догмат о первенстве Папы.

Сегодня ААЦ настолько приблизилась к халкидонитам, что сама опасается утратить отличительные черты, которые на протяжении веков позволяли ей выполнять связующую функцию внутри народа. И вот тут-то возникает идея конкордата как механизма защиты.

В отличие от русской или грузинской церквей, которые на протяжении своей истории всегда находились «под государством», ААЦ не без оснований может претендовать на исключительные отношения со светской властью. Власть же озабочена установлением конструктивных отношений как с Западом – потенциальным источником финансового притока, так и с Россией, войска которой охраняют государственные границы суверенной Армении. В случае заключения конкордата государство может использовать политический ресурс ААЦ в своих целях.

Идея построения государственно-церковных отношений на конкордатных (договорных) условиях постепенно начинает доминировать на постсоветском пространстве. Впервые ее начали обсуждать в середине 90‑х в России, затем в Казахстане. В апреле 2001 года был обнародован проект конкордата между Грузинской Православной Церковью и Республикой Грузия. Американская модель абсолютного равенства всех конфессий между собой перед лицом единого закона начинает уступать европейской схеме, отдающей дань уважения коренному национальному вероисповеданию.

Сегодня закон Армении (1997 г.) о свободе совести предоставляет ААЦ широкие возможности для миссии, однако она стремится к абсолютной гегемонии. Епископ Араратский Навасард говорит, что в Армении конкордат может быть заключен только с ААЦ. Всем остальным религиозным организациям, среди которых видное место занимает Армянская католическая Церковь, запрещено заниматься прозелитизмом (ст.8). Они должны подчинятся Закону о свободе совести, который, по словам сотрудника Государственного совета по делам религий Вартана Асцатеряна «слишком либерален и, возможно, будет ужесточен».

Государство поручает Армянской Апостольской Церкви «сохранение национальной идентичности», готово оговорить в конкордате особые отношения с ААЦ и полностью вывести ее из-под действия Закона о свободе совести, по которому будут жить все остальные религиозные организации.

Если конкордат в руках Папы является инструментом католической глобализации, то в руках Армянской Апостольской Церкви конкордат явится оружием против нее.

Брань богородичного центра с белым братством

Опубликовано: Независимая газета. 16.06.93

В понедельник, 14 июня 1993 года, в Петербурге завершился трехдневный «Всероссийский покаянный собор», организованный скандально известным Богородичным центром. Теснимые в Москве Комитетом родителей, дети которых бросили семьи по «богодухновенным» советам богородичных отцов, приверженцы пророка Иоанна Береславского решили провести данное мероприятие на берегах Невы.

В качестве подготовки к «Покаянному собору» в апреле Богородичный центр, «находясь в сладчайшем диалоге с Пречистой», совершил в Петербурге «литургию домов» и переименовал Петербург в Мариинград.

Богородичные отцы сообщили, что во время переименования Питер ожил, задышал, заблистал, а в его облике проступили черты Нового Иерусалима, из чего можно заключить, что богородичники решили перенести всю тяжесть своей проповеди из «вавилонской блудницы» Москвы в Петербург-Мариинград.

Судя по всему, дела богородичников в Москве совсем плохи, если они рискнули перебраться во владения митрополита Санкт-Петербургского Иоанна, который не привык давать спуску врагам православия. В Моссовете уже накопилось на них солидное досье, которому вот-вот дадут ход, да и тяжба с телепрограммой «Новая студия», на которую богородичники подали в суд, решается явно не в их пользу.

Городские власти северной столицы из соображений безопасности запретили Богородичному центру шествие по городу и выслали наряд милиции к Дому культуры имени Максима Горького, где происходил собор.

Надо заметить, что все прошло благополучно, если не считать мелкой стычки богородичных отцов с казаками Невской станицы. Православные вели себя на удивление достойно, руки не распускали и лишь убеждали прохожих не ходить на совет нечестивых.

Неожиданность подстерегала Богородичную «ветвь» Истинно православной церкви, как именуют себя московские марианисты, совсем с другой стороны. В духовную брань с ними вступила конкурирующая фирма под названием Белое братство. Предводительница «белых братьев» Мария Дэви, в теле которой, по ее глубокому убеждению, поселился Иисус Христос, вот уже год как заняла петербургскую нишу, после того как на ее родине в Малороссии прокуратура возбудила против нее уголовное дело.

Мужчина Иоанн Береславский считает себя посланцем Девы Марии, а женщина Мария Дэви считает себя самим Христом. Антагонизм налицо. О совместной теологической творческой деятельности не может быть и речи, но теперь к идеологическим противоречиям добавились и территориальные.

Ловкие «белые братья», скинув медицинские халаты, проникли в зал, где «литургисал» пророк Иоанн, и ринулись на сцену с криками: «Церковь сатаны!». Их быстро обезвредили, но «белые» не сдавались до конца, и «синим» приходилось отлавливать соперников до конца мероприятия, изымая у них листовки со стихами следующего содержания: «Он [Иоанн] строит во блуднице вавилонской Прозрачный град – Святой Иерусалим. Не поняв, что не нечистью жидовской [намек на национальную принадлежность Иоанна], а Господом сей град святой творим».

Иоанн ответил со сцены прозой, но не менее поэтично. Он назвал соперницу Марией Блудэви, деревенской коровой и андрогинной уродиной, а также сообщил, что, когда та летала в очередной раз в космос, черный патлый дух «очищал ей…», но тут мы, пожалуй, остановимся.

Описанная ситуация носит комедийный характер и напоминает детский стишок: волки от испуга скушали друг друга. Но на этом комедия и заканчивается. Начинается драма. Драма пропавших детей, драма разбитых семей. Главная беда заключается в том, что человек, попавший в группу, которая манипулирует сознанием (субъективно он может чувствовать себя комфортно), теряет собственную внутреннюю свободу. Происходит необратимое изменение личности, потеря контроля над собственной физической, мыслительной и духовной деятельностью.

Нравственно здоровые религии не нарушают гражданских прав своих приверженцев, не посягают на свободу и не унижают человеческого достоинства. Их стремление – развитие и усовершенствование личности, или, если пользоваться другой терминологией, души. Напротив, псевдорелигии пытаются раздробить личность для подчинения воле учителя-гуру, конечные помыслы которого не всегда чисты.

Ситуация в Богородичном центре, Белом братстве, Свидетелях Иеговы и многих других вовсе не так благополучна, как утверждают входящие в них люди. Об этом свидетельствуют сотни заявлений от родственников лиц, ушедших в эти группы. Подобными заявлениями завалены прокуратуры и местные Советы. Пора нам научиться различать религии и псевдорелигии, коли мы взяли на себя обязанность по защите общества, разрушение которого прямо зависит от разрушения каждой личности, его составляющей.