произошло между мной и Килманом. Так что вам совсем не обязательно его беспокоить. Он просто оказал мне любезность, принеся меня сюда, когда я, вся израненная, умирала. А потом пошел снег, и я не смогла отсюда выбраться.
— Но один из наших самолетов сегодня утром пролетал над вами. И пилоту вовсе не показалось, что вы вели себя как человек, ищущий спасения.
— А я и не ищу его. Я не хочу, чтобы Бруку, который вообще оказался невинной жертвой, нанесли какой-либо ущерб. — Она встала. — Слушайте, если вы собираетесь меня арестовать, то давайте покончим с этим. Я сама собираюсь выдвинуть обвинение против Джеффри Килмана.
— Но я хочу поговорить с Бруком. По словам Килмана, он видел, как вы его ударили. Если он свидетель, то тоже нам нужен.
— Брук все равно ничем не сможет вам помочь. Да и вообще, пока вы здесь, он не вернется.
Офицер приказал одному из полицейских:
— Боб, вернись к вертолету и спроси Рея Монда, сколько у нас осталось времени.
— Я настаиваю на том, чтоб отправиться тотчас же.
— Успокойтесь, мисс, — сказал мужчина в ковбойской шляпе. — Мы все равно полетим только тогда, когда я прикажу.
Кэтрин откинулась на спинку стула. Это вторжение выглядело таким несправедливым. Конечно же, Брук его не заслуживал. И во всем виновата она одна!
Кэтрин всей душой надеялась на то, что, пока они не улетят, он не вернется. Брук никогда не говорил о том, что у него есть другие убежища. Но даже если они у него и были, он все равно потеряет этот единственный дом, который согревал его на протяжении пятнадцати лет. И потеряет из-за нее. Больше того, если сюда не вернутся полицейские, то это сделают газетчики или просто любопытные. Теперь, когда все доподлинно узнают о его существовании, от них наверняка не будет отбоя.
— Черт побери. — Один из полицейских держал в руках корзину, сплетенную Бруком. — Да этот парень настоящий пещерный человек! Просто глазам своим не верю!
— Да, но где он все эти вещи? Может, украл?
Стив обернулся к Кэтрин.
— Мисс Меллит, Брук не рассказывал вам, как ему удалось пережить все это время? Ведь это, наверное, было для него не просто?
— Могу только заверить вас в том, что он совершенно чист и не сделал ничего плохого.
Через несколько минут вернулся Боб.
— Мы можем оставаться здесь полчаса. Самое большее — час.
Стив снял шляпу и почесал затылок.
— Прошу вас, — взмолилась Кэтрин, — я столько всего пережила. Давайте скорее улетим отсюда!
— Мы с Бобом можем остаться и подождать Брука. А вы заберете нас завтра утром.
— Нет, прошу вас, — Кэтрин во что бы то ни стало надо было уговорить их тронуться без Брука, — он совсем этого не заслужил.
Стив надел шляпу.
— У вас есть какое-нибудь пальто.
Она достала шубу, которую ей сшил Брук.
— Этот парень действительно талант.
— Именно, — подтвердила Кэтрин. Она подняла на шерифа умоляющий взор. — Прошу вас, не трогайте его.
Он вздохнул и наконец решительно направился к выходу из пещеры.
— Пошли, ребята, давайте выбираться отсюда.
Брук был уже недалеко от пещеры, когда до него вновь донесся рев вертолетного двигателя. Несмотря на все свои усилия, он опоздал.
В глубине души он был уверен в том, что Кэтрин улетела.
В голове его мелькнуло, что ему могли устроить западню, однако уже в следующее мгновение осознал, как глубоко ему это безразлично, Ничто, абсолютно ничто не могло иметь для него значения теперь, когда они забрали Кэтрин.
Пещера была пуста. Огонь в очаге почти погас. Он позвал ее, но ответом ему было одно лишь молчание. Оглядевшись, Брук понял, что его пристанище было подвергнуто скрупулезному обыску. Он упал как подкошенный на тюфяк, на котором они столько раз любили друг друга! По щекам его поползли слезы, а из губ вырвался душераздирающий стон.
Он встал и оделся еще до рассвета. Поспешно поел и, едва небо на востоке окрасилось первыми лучами света, пустился в путь.
Раньше Брук никогда не спускался с гор в разгар зимы. Но сейчас был полон решимости проделать этот путь даже в том случае, если всю дорогу пришлось бы ползти на четвереньках. Он поспал и поел, словом, полностью восстановил свои силы, а больше ему ничего не было нужно.
Спустя несколько часов он уже преодолел самую крутую часть спуска и вошел в ущелье, переходящее в каньон. Около полудня он остановился у горной реки, попил ледяной воды и съел кое-что из своих припасов. Брук не собирался ночевать в горах, а потому не взял с собой одеяла. Но к тому времени, как он оказался у подножия горы, сумерки уже начали сгущаться, так что хижины Пола Диспейна он достиг уже в полнейшей темноте. Из окна домишки пробивался тусклый свет, и этот свет дал Бруку хоть какую-то надежду.
Грузовик Пола утопал в снегу рядом с домом. Должно быть, его друг долго не пользовался им. На стук никто не ответил, и Брук налег на дверь. Комната, как и всегда, была грязной — повсюду валялся мусор. Рядом с керосиновой лампой на столе стояла пустая бутылка из-под виски.
— Пол! — позвал Брук. — Пол! Где ты?
Никто не ответил, и Брук отправился в маленькую спальню, примыкавшую к комнате. Конечно же, там он и обнаружил Пола — тот храпел, развалившись на кровати. В одежде, хотя и прикрытый одеялом. Пол находился в одном из своих многочисленных запоев.
Брук потряс его за плечо.
— Пол, проснись! Это я! Мне надо воспользоваться твоим грузовиком!
Но все было бесполезно. Брук огляделся в надежде найти ключи от зажигания. Он собирался сразу же ехать в Кейлоун. Однако в данной ситуации у него не было выбора. Придется ждать до утра.
Брук тяжело вздохнул и принялся стаскивать с пьяного Пола ботинки. Затем он пошел в соседнюю комнату и там улегся на матрас с торчащими из него пружинами. Он страшно устал, но знал, что не сможет уснуть, — мысли о Кэтрин одолевали его. Весь день напролет перед ним стояло ее лицо, и он сильно тревожился, не зная, что именно с ней случилось.
Решение следовать за ней было принято им без колебаний. Все было так ясно и просто: без нее его жизнь не имела ни малейшего смысла.
Немного отдохнув, Брук поднялся и развел огонь. Потом пошарил в шкафу в поисках какой-нибудь еды. Поев, Брук пошел посмотреть на Пола. Тот даже не пошевелился с тех пор, как Брук накрыл его одеялом. Выходя из комнаты, Брук поймал
