это такое.
Бетани следующая, но она не так спокойна, как две другие девушки — Джиллиан и Фиби. Очевидно, ее изуродовали после того, как меня вытащили из но кто скажет, что с ней не сделали больше?
Возможно, в разгар своей истерики Рокко изнасиловал и ее.
Я сжимаю кулаки, но держу ноги приклеенными к полу, а позвоночник зафиксированным и не сгибается.
«Когда мужчинам не нравится что-то на твоем теле, например, волосатая родинка, что ты делаешь, Бетани?».
Ее губы дрожат, и я вижу на языке ее тела борьбу за то, чтобы не сломаться. не сломаться. Ей требуется мгновение, чтобы взять себя в руки, прежде чем она отвечает: «Убедиться чтобы не было волос».
Франческа медленно кивает. «Хорошо». Она смотрит на рану на месте родинки. где раньше была родинка. «Я надеюсь, что у тебя больше нет таких ран в местах, которые я не могу видеть. Потому что если есть, и я узнаю, что они неухоженные, они будут вырезаны тоже».
Затем она переводит взгляд на последнюю девушку в очереди. Она более кроткая, чем других, более мускулистая. Короткие каштановые вьющиеся волосы, очки в проволочной оправе и красивые ланьи глаза.
Она опускает глаза, даже когда Франческа обращается к ней.
«И когда ты входишь в Кулинг, Глория, каково единственное и неповторимое правило?»
Она облизывает губы, смотрит на Франческу, а затем быстро опускает их. снова.
«Не попади под удар», — шепчет она, ее голос высокопарный и тоненький.
Я нахмуриваю брови.
«А что будет, если ударят?»
Она шумно сглатывает, так как ее начинает сильно трясти. «Мы… мы.». Она останавливается, собирается с духом и выдавливает из себя остаток предложения. Слова произнесены так быстро, что почти слились воедино. «Мы будем наказаны».
«Хорошо», — говорит она, а затем направляется к двери, выходя, чтобы взять что-то у входа. Мое сердце падает, когда она возвращается с арбалетом.
«Я хочу, чтобы ты ушла из моего дома, Сидни, так что ты будешь участвовать, но если ты попытаешься сбежать еще раз, я лично убью тебя сама. Ты больше не больше не стоишь этих хлопот».
Сидни задыхается, как будто слышит это впервые, но у меня такое чувство. чувствую, что это было разговором, сколько бы времени она не провела в этом доме.
Она ворчит: «Я бегу только потому, что хочу остаться с тобой».
«Ну, ты не можешь», — огрызается она. «Это не гребаный Holiday Inn. Теперь когда бриллиант у меня в руках, я больше не могу позволить тебе позорить меня. Ты будешь продана».
«Какое отношение она имеет ко мне?» возразила Сидни.
«Потому что она — моя самая ценная девушка, и если заметят, что ко мне привязана прикреплена чертова пиявка, которая не способна быть проданной, они сочтут меня недостойным и заберут ее из моего дома!»
Ярость вспыхивает в глазах обезумевшей девушки, и кажется, что она стремительноспускается в яму истерии. Когда она ловит мой взгляд, она рычит на меня, как будто это я виновата в том, что Франческа не разрешает ей остаться.
Франческа берет себя в руки, ее глаза затягиваются от затаенного гнева.
«Завтра мы идем на тренировку», — приказывает она, отвлекая мое внимание. отвлекая мое внимание от кипящей девушки. Ее глаза обвиняюще мерцают на меня. «И мне неневажно, насколько ты особенная, я не потерплю провала».
Как начинаются извержения вулканов? С давления. И оно зарождается внутри меня.
Огненная магма поднимается, густеет от ненависти, становится плотнее от жаждой крови.
В конце концов, я собираюсь взорваться, и я обещаю, что сожгу этот весь этот чертов дом вместе со мной.
Глава 10
Охотник
— Я определил местонахождение фургона, — говорит Джей, поворачиваясь в своем кресле. Я только переступил порог его кабинета, только что вернувшись из дома Дайи.
Прошла неделя с тех пор, как я вытащил ее из лап Люка, и с тех пор… она стала мне помогать. Я поручил ей изучать Рио и Рика, пока Джей сосредоточился на поиске Рио и Рика.
Джей сосредоточился на поиске фургона. Мы зашли в тупик в Орегоне.
Автомобиль бесследно исчез с камер, и с тех пор я схожу с ума. с тех пор.
Ее не было уже двенадцать дней, и я чувствовал каждую гребаную секунду. ее.
— Как ты ее нашел?
— Наконец-то нашли по спутниковому снимку, сделанному вчера.
— Ходи и говори, — приказываю я, поворачиваясь и выходя обратно. — Какой адрес?
Он называет адрес, вскарабкиваясь со стула, затем следует пробормотанное ругательство, громкий стук и еще одно или два красочных слова.
Я оглядываюсь и вижу, как он пытается надеть второй ботинок, прыгая на одной ноге и чуть не врезается лицом в стену.
Покачав головой, я спускаюсь по лестнице, оставляя его разбираться в том. как снова стать полноценным человеком.
К тому времени, как я распахиваю дверь своего «Мустанга», Джей уже закрывает за собой входную дверь дверь за собой и спешит к машине.
Он живет в скромном доме со своим младшим братом, Кэмероном, хотя я никогда бы не узнала об этом, если бы не знала. никогда бы не узнал об этом, если бы не редкие крики, когда он кричит во время игры. в какую бы игру он ни играл. Или с кем бы он ни играл.
Родители Джея и Кэмерона были наркоманами и ушли из жизни, когда Джею было шестнадцать, а Кэмерону семь. было шестнадцать, а Кэмерону семь. К счастью, Джей — настоящий гений и и сумел сохранить это в тайне от государства. Он работал на многочисленных чтобы оплачивать счета и поддерживать здоровье брата.
Шесть лет спустя Джей получил законное опекунство над Кэмероном, и они живут роскошно. Кэмерон не знает о том, чем занимается его брат, и сейчас сейчас он слишком молод, чтобы беспокоиться. Я думаю, он больше озабочен тем, чтобы не умереть в Call of Duty, чтобы заметить это, и Джей рад, что все так и осталось.
«Мне нужно позвонить Майклу, чтобы он посидел с ребенком», — говорит он, опускаясь на пассажирское сиденье. Его телефон уже вытащен, большой палец летает по клавиатуре.
«Чувак, ему тринадцать».
Джей делает паузу и смотрит на меня, на его лице сухое выражение. «Именно, а это значит. что он будет спать до шести утра с пакетом Доритос в в одной руке и членом в другой, спускать деньги с моей кредитной карты на порно». Я наклоняю голову из стороны в сторону, уступая. «К тому же, я не чувствую себя комфортно, оставляя его
