работы я провожу на ногах и много времени просто тратится впустую.
– Наверное, тяжело приходится? – Икуко старалась показать большой интерес и огромное сочувствие. – Вы сильно устаете, да?
– Да, это так, – Такаяма кивал головой, стараясь при этом преувеличить реальное положение вещей. – Полицейские очень быстро стареют. – Ему казалось, что услышав такой аргумент, его собеседница немного остынет и потеряет к нему интерес, но это только придало Икуко больше энергии.
– Вы знаете, я делаю очень хороший массаж спины, – глядя прямо в глаза Такаяме сказала девушка. – Я могу делать его вам каждый день, когда вы приходите уставший с работы.
– Это очень замечательно! – вклинилась в разговор тетушка, в голосе которой звучал сногсшибательный энтузиазм. Такаяма начал паниковать, глядя на эту большую женщину, – как бы она не поломала ему пару ребер во время массажа.
– Дело еще в том, что моя работа – очень хаотичная, – сделал он очередную попытку. – Если случается что-то серьезно, то у нас нет никаких выходных, даже по воскресеньям и праздникам.
– Это так здорово, что еще существуют люди, которые настолько увлеченны своей работой! – не сдавалась Икуко. – Мне нравятся увлеченные мужчины, это так возбуждающе.
Такаяма проглотил комок в горле и, полностью пораженный на поле боя, решил сосредоточиться на еде.
После этого разговор вела тетушка и скоро Такаяма узнал, что он, оказывается, разносторонний спортсмен и обладает силой десяти человек, при этом он эрудированный и высоко образованный книголюб, незаменимый работник, – “Интересно, что на это сказал бы босс, если бы он это слышал?” – и так далее и тому подобное.
“А, делайте, что хотите”, – подумал он, полностью отстранившись от разговора, запихивая в рот листья салата и чувствуя взгляд Икуко на своей макушке.
***
– Юкико.
– М-м?
– Ты пойдешь на лекцию по истории?
– Что-то мне не хочется.
– Ты в последнее время совсем мало выходишь. Заболела?
Зашедшую в комнату Юкико девушку звали Ясуко Хатано. Она жила в соседней комнате. У нее было привлекательное круглое лицо, большие миндалевидные глаза, и она носила очки в широкой оправе с острыми углами, смотрящими вверх, что делало ее похожей на секретаршу и добавляло ей шарма.
Она прижимала к груди толстый учебник и с тревогой смотрела на одетую в пижаму Юкико, которая все еще лежала в кровати.
– Эй, серьезно, ты не заболела?
– Нет. Просто не хочу вставать, – безразличным тоном ответила Юкико и тяжело вздохнула.
– Все еще не можешь прийти в себя после смерти Морисаки? – Ясуко присела на край кровати.
Юкико слегка покачала головой.
– Я даже не знаю. Иногда я чувствую, что мне все равно, а иногда хочется плакать.
– Понимаю, – Ясуко кивнула.
– Сколько сейчас времени?
– Двадцать минут одиннадцатого.
– А, ну тогда я на лекцию все равно не успею. Иди одна.
– Хорошо, – поднялась Ясуко. – Отдыхай.
– Спасибо.
Уже перед тем, как выходить из комнаты, Ясуко снова посмотрела на Юкико.
– Я думаю, это слишком депрессивно, запираться в комнате надолго. Если бы это случилось со мной, я бы куда-нибудь сходила, отвлеклась, познакомилась бы с каким-нибудь мальчиком…
Кивнув головой, как бы внутренне соглашаясь со своими мыслями, она помахала рукой и вышла.
Юкико продолжала лежать на кровати, глядя на постер Алена Делона на потолке. Потом она потянулась и резко выдохнула.
– А-а-а, все лень.
Она поднялась с кровати и посмотрела на календарь.
– Сегодня уже четверг.
Потом ее взгляд обратился внутрь. Она встречалась с Морисаки в его комнате по четвергам и субботам, и они всегда занимались любовью. Это были необычные дни, полные романтики, удовольствия, страсти и эмоционального погружения друг в друга.
Морисаки был интеллектуалом даже в сексе. Он, будучи чувствительным и опытным, доставлял Юкико такое непередаваемое удовольствие, которого она не получала больше ни с одним другим мужчиной. У них были свободные отношения, но подсознательно Юкико любила Морисаки.
Сегодня четверг. Стоя под горячими струями душа он думала о том, что “он” превратился в горстку пепла и исчез из ее жизни. Она поняла, что эта пустота внутри была вызвана пробуждением в пустой постели.
Наверное, все-таки стоит куда-нибудь сходить. Как сказала Ясуко, “познакомиться с каким-нибудь мальчиком”. А что касается лекции по истории… Сейчас они проходили ее любимую тему, Великую французскую революцию, но именно сегодня ей не хотелось об этом думать.
Она примерила светло-розовые юбку с блузкой, что не являлось ее обычным стилем одежды. Потом быстро и умело нанесла косметику.
– В таком виде мне можно смело идти в дорогой ресторан, – пробормотала она, глядя в зеркало. Вдруг она вспомнила, что детектив говорил о свидании, которое должно состояться в ресторан отеля. Она кивнула сама себе, быстро схватила сумочку, забросила туда обычные предметы, которые всегда носила с собой, еще раз глянула на себя в зеркало и вышла из комнаты.
Проходя мимо окошка консьержа, она услышала голос старика Комине.
– Куда это ты так разоделась сегодня?
Юкико улыбнулась и сказала веселым голосом:
– Иду на свидание!
Выходя из общежития пружинящим шагом, она подумала, что старику не нужно знать деталей о том, на чье свидание она идет.
***
После обеда все пошли на прогулку в парк. Это был стандартный маршрут для такого рода организованных свиданий, и также это была первая возможность для молодых людей остаться наедине.
– Сходите, прогуляйтесь, – сказала тетушка с хитрой улыбкой. – И мы пока тоже пройдёмся здесь…
– Хорошо, – ответил Такаяма, ненавязчиво оглядываясь по сторонам и думая, не сбежать ли ему под предлогом того, что он видит какого-нибудь преступника в розыске и ему нужно его непременно поймать прямо сейчас.
К сожалению, подозрительных субъектов в пределах видимости не наблюдалось, и пришлось следовать за Икуко.
Была еще одна возможность направиться по пути, который вел бы к станции метро, но девушка, похоже, неплохо ориентирующаяся в этом парке, свернула на дорожку, ведущую к небольшому круглому скверу, окруженному скамейками, откуда не было второго выхода.
“Все, это тупик”, – подумал Такаяма.
Обе семьи провожали их с улыбками и Такаяма не разделял их оптимизма.
Дойдя до сквера, молодые люди опустились на скамейку, причем Икуко села настолько близко к полицейскому, что вторая половина скамейки оказалось пустой. Ее бедро почти касалось бедра Такаямы и он чувствовал себя так, как будто сверху на него навалилась гора. Он молчал, глядя в противоположную сторону от девушки.
– Хироши, – неожиданно донеслось до Такаямы и он, вздрогнув, резко обернулся.
– Что? Что случилось? – голос Икуко звучал так, как будто мама спрашивала маленького сына, не ушиб ли он коленку.
– Ничего. Просто обычно никто меня так не называет, – сказал Такаяма, сначала проглотив ком в
