Сам монастырь, из которого когда-то на помощь Менгарцу были направлены лучшие знахари и целители, под пяту оккупации не попал. Потому что, по сути, считался неприступным. Да и во время своих тотальных наступлений Оксент Второй вполне громогласно заявил, что целители – это независимые, не относящиеся к какой-либо политике люди. А значит, у них остаются все права на самостоятельное правление в собственной среде. Даже прислал к монахам своего посла с красиво написанным меморандумом, закрепляющим за ними независимость на веки вечные. Может, просто не хотел распылять силы на штурм неприступной твердыни, а скорее всего, понимал, что толку ему от подобного завоевания никакого. Так что предпочтительнее сделать широкий жест, чем потом умываться кровью неоправданных жертв.
Да вот только он не знал, что ещё тогда его верный вассал, странствующий король Дашиг Керранги, попытался с помощью богатых даров, а также постоянно отправляемых в Дион отысканных библиотек втереться к старцам в полное доверие. А чуть позже удалось поселить в неприступной твердыне среди гор одного своего рыцаря, умеющего врачевать, и десяток собранных по иным королевствам молодых юношей. Все они усиленно обучались умению исцелять и очень старались стать среди монахов-врачевателей своими. Уж очень хотелось Дашигу решить две проблемы: иметь в корпусе отряд преданных лекарей и заодно получить место для укрытия в случае непредвиденных обстоятельств.
Вот такие обстоятельства и свалились на его голову, по причине воспылавшей с его стороны страсти к новой наложнице императора Катрин. Рыцари собрались схорониться в надёжном месте, немного оклематься после потерь, а потом уже, собрав вокруг себя ещё несколько тысяч недовольных оккупацией, нанести удар по ставке Оксента Второго.
Вроде планы вполне верные, и расчёт строился по всем законам логики. Ведь в последние месяцы в монастыре Дион уже не раз принимали караваны с книгами и дарами, которые сопровождало до десятка рыцарей. Прибывших запускали внутрь, выделяли лучшие гостевые покои и обращались с ними как с персонами грата. А значит, этим можно было воспользоваться и сейчас.
Вот Дашиг, вместе с десятком рыцарей, сбросив доспехи и даже оставив багаж, ещё от самой границы ринулся вперёд. Планировалось войти в монастырь, а уже внутри, пользуясь помощью давно внедрённого туда лекаря и десятка его молодых помощников, в нужную минуту открыть неприступные ворота. Потому что даже любой недоумок понимал, что весь корпус в свою твердыню монахи-врачеватели ни за что добровольно не пустят.
И рыцари оказались весьма близки к выполнению своей задумки. Да только не учли одного факта, хотя не раз о нём слышали.
Одним из наиболее доверенных и близких соратников Виктора Палцени стал старец из монастыря Фериоль Вессано. Хотя старцем теперь его назвать ни у кого язык бы не повернулся: черноволосый мужчина-красавец сорока пяти лет. А уж про занимаемую должность и говорить не приходилось: Верховный управляющий Цитадели Магических Обрядов. Со всеми вытекающими оттуда правами и обязанностями. Ну и почётный обитатель, а также воспитанник монастыря своими правами пользовался.
Даже не согласовывая свои действия с Менгарцем, он стал регулярно отправлять в Дион орлов катарги с посланиями. В них он довольно детально описал все пережитые приключения, а также правильно смог передать на бумаге основы языка свистов, которые Палцени привнёс за собой из великого Космоса. Так что его коллеги были в курсе всех творящихся в мире преобразований, с нетерпением ждали возможностей для обещанных в скором будущем омоложений, учились общению с Белыми орлами и тщательно присматривали за поселившимся у них рыцарем из княжества Керранги. Так как Фериоль предупредил особо по поводу этого человека:
«…все обитатели Керранги – люди с очень извращёнными понятиями о собственной избранности. Все они уверены, что остальное население планеты – варвары, дикий скот и недостойное существования мясо. А уж спесивые и заносчивые рыцари – отдельная и весьма печальная песня. Ваш новый «коллега» может быть редкостным гадом, к тому же наверняка попытается оказать самое негативное влияние на набранных Дашигом молодых учеников. Будьте в отношении его особенно бдительными и не доверяйте ни в чём. В том числе постарайтесь не афишировать ваши начавшиеся отношения с нашими пернатыми братьями по разуму…»
Вот монахи и бдели.
А ещё им со сбором информации, которую можно рассмотреть из неба, очень сильно помогали проживающие рядом катарги. Их стая насчитывала до сорока особей, и они порой летали с ответными посланиями даже в Шулпу. Так что кровавые события в столице королевства Кезохи катарги рассмотреть сумели. Как и понять, куда движется двухтысячный поток закованных в железо рыцарей. А когда вперёд вырвалось одиннадцать людей, спешащих к монастырю, стало всё окончательно ясно.
И как потом Дашиг Керранги ни бушевал, как ни злился, как ни плевался, стоя перед неприступными воротами твердыни, ему их не открыли. А чуть позже стало известно, что и внедрённый в среду врачевателей рыцарь сидит под домашним арестом. Так что окончательно спрятаться от гнева своего императора, которому король-самозванец давал присягу, а потом предал, оказалось негде.
Для чужаков с другого континента наступали самые тяжкие, а возможно, и последние в жизни дни.
Глава 13
В западне
Обе колонны солдат, вышедших из форта и плотным кольцом охвативших тупик вместе с трактиром, держали в руках не только оружие, но и факелы. Те хоть искрили под огнём да светили неровно, но суммарного освещения теперь хватало даже с избытком. Мало того, так ещё и со стороны постоялого двора, не опасаясь дождя, на перекрёсток вышло около сотни человек, причём большинство из них с оружием. Многие постояльцы наблюдали за разворачивающимися событиями из окон массивного двухэтажного здания. То есть сочувствующие и горячо радеющие за «своих» зрители уже собрались в огромном количестве.
И вот в свете факелов перед строем кавалеристов выдвинулся тот самый бравый офицер в ранге майора, который временно замещал отсутствующего командира форта:
– Что за бунт?! – закричал он в сторону местных людей, рыцарей и торговцев. – Почему вы вероломно напали на наших солдат и хотели убить сержантов?!
Отвечать ему выступили вперёд староста и трактирщик. Причём оба оказались не робкого десятка общественными деятелями, сразу взяв с места в карьер и выдвинув встречное обвинение:
– Это мы хотим жаловаться на ваших сержантов, которые вначале затеяли драку в трактире с торговцами, а когда их вытолкали взашей за плохое поведение, побежали за солдатами и решили мстить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
