11
– Извините. Мне надо отлучиться в туалет. – В отчаянии Рейчел не нашла лучшего предлога покинуть компанию. Невозможно было сидеть и наблюдать, как Джонни Харрис чуть ли не любовью занимается с Глендой. Особенно невыносимо после тех буйных фантазий, которым она предавалась совсем недавно, и его недвусмысленного предложения, вызвавшего такое смятение чувств.
«Конечно, – с горечью думала Рейчел, пробираясь по узкому темному коридору к туалету, – Джонни Харрис всегда пользовался успехом у женщин. Даже в школе у него не было недостатка в подружках. Девчонки из богатых семей, которым родители запрещали не только встречаться, но и просто разговаривать с Джонни, буквально пожирали его взглядами».
Если уж Рейчел находила его сексуальным (а справедливости ради стоило в этом признаться), то и ее по праву можно было причислить к длинному списку поклонниц городского хулигана.
Туалет – маленькая комнатушка – был выкрашен в красный цвет, как и коридор, мощные кирпичные стены служили хорошим звукоизолятором и не пропускали рвущуюся из зала музыку. Единственная посетительница как раз выходила, когда Рейчел переступила порог. С облегчением восприняв свое одиночество, она вымыла руки, с минуту подержав запястья под холодной струей. Потом хлебнула воды из пригоршни. То ли от дайкири, то ли от переизбытка эмоций ее вдруг начало мутить.
Вошла еще одна женщина и направилась в кабинку. Рейчел вытерла руки бумажным полотенцем и покинула туалет. Она была настроена вернуться за столик и сказаться больной – лучшего предлога удалиться она не могла придумать. Мужской туалет находился почти напротив женского, так что Рейчел не удивилась, увидев приближающегося мужчину. В коридоре было темно, только светились красные неоновые таблички на дверях уборных, да в самом его начале мерцалипурпурные блики проникающих из зала лучей прожекторов. Рейчел прижалась к стене, чтобы разойтись с мужчиной. Когда же он вдруг схватил ее за руку, она тревожно вскрикнула.
Подняв взгляд, женщина обнаружила, что оказалась лицом к лицу с Джонни Харрисом.
– Ходим по злачным местам? – спросил он с явной издевкой.
– Кто бы говорил, – холодно ответила она.
– Ну я-то здесь дома. – Силуэт Джонни вырисовывался в опасной близости. Рейчел чувствовала сильную и горячую хватку его пальцев на своем запястье. В правой руке Джонни держал бутылку пива. Она бы ее и не заметила, если бы в этот момент он не сделал глоток. – Странно, как это ваш приятель додумался привести вас в такое заведение. Он весь такой прилизанный и явно не любитель повеселиться.
– Если ты соизволишь отпустить мою руку, я, пожалуй, вернусь к нему, и мы продолжим свое унылое веселье.
– Я вовсе не имел в виду тебя, Рейчел. Только твоего дружка. У тебя в плане веселья богатые… возможности. – Его интонации при последней фразе и взгляд, которым он окинул ее с ног до головы, обожгли и одновременно рассердили Рейчел.
– Ты позволишь мне наконец пройти? – резко произнесла она.
Он поднес к губам бутылку, чтобы сделать еще один глоток, потом медленно покачал головой. Его усмешка обнажила ряд ровных зубов, сверкнувших в случайном луче света неестественной белизной.
– Нет, пока ты не согласишься потанцевать со мной. Ты еще ни разу не танцевала. Я наблюдал.
Сознание того, что все это время он следил за ней, вызвало у Рейчел новый приступ волнения. Она с трудом проглотила слюну и покачала головой:
– Спасибо за приглашение, но принять его не могу. Я должна вернуться к своим друзьям, а ты, как я понимаю, к своим.
– Гленда – хорошая девчонка, к тому же мы пришли с большой компанией. Она не будет скучать без меня, а даже если и будет, что с того? Может, ты волнуешься о своем дружке? Так он тебя не увидит – мы будем танцевать там, где совсем темно.
Он крепче сжал ее руку и уже почти подтолкнул к выходу. Рейчел запротестовала:
– Нет, Джонни.
Он остановился, пожал плечами и, улыбнувшись, переплел пальцы их рук.
– Хорошо. Тогда мне остается лишь проводить тебя к твоим друзьям.
– Нет! – От ужаса Рейчел почти взвизгнула. Мысль о том, что может произойти, случись Робу схлестнуться с Харрисом из-за нее, повергла ее в панику.
– Нет? Тогда потанцуй со мной, Рейчел. Пошли, не пожалеешь, а потом я отпущу тебя. Обещаю. – Его взгляд смеялся, дразнил, завлекал.
Чувствуя, что попала в ловушку, но – что самое тревожное – ощущая приятное возбуждение, Рейчел растерялась. Восприняв ее молчание как знак согласия, Джонни нежно и в то же время решительно увлек ее в темноту зала.
Взбудораженная, раздраженная, но и – что скрывать? – взволнованно-счастливая от предвкушения танца, от которого она бы сейчас уже не отказалась ни за что на свете, Рейчел бросила осторожный взгляд на верхний ярус столиков, где должны были находиться ее друзья. Но в темноте, да. к тому же за рядами вставших в рост и подпевающих солистам слушателей, она даже не смогла отыскать свой столик, не то что различить Роба.
– Я вообще не люблю танцевать, – запротестовала Рейчел, когда Джонни поставил свою бутылку на первый попавшийся столик и потащил ее на танцплощадку. Как раз прозвучали заключительные аккорды мелодии «Ты потерял любовь», и один из диск-жокеев выкрикнул:
– Ну, как вам – достаточно темно?
Когда в ответ раздалось дружное «Нет!», яркие шары, струившие свет с потолка, разом потухли, и по залу разбежались крохотные красновато-фиолетовые пульсирующие огоньки.
– Романтично, не находите? – с придыханием произнес в микрофон диск-жокей и запустил мелодию «Будь моей».
– Ты просто не с тем мужчиной танцевала, раз так говоришь. – Джонни положил ее руки к себе на плечи, потом обхватил за талию и крепко прижал к себе.
Рейчел робко прикоснулась к его плечам – крепким и широким. Джонни, как всегда, был в белой майке. Сквозь тонкий хлопок она чувствовала игру его мышц и горячее дыхание кожи. Даже на каблуках Рейчел все равно была гораздо ниже его ростом и сама не знала, радоваться или горевать от ощущения собственной беззащитности, которое рождалось в ней всякий раз, когда она оказывалась рядом с таким исполином.
