снова рванулась к выходу, но снова не вышло. Меня прижали к стене, и я пожалела, что моя магия не может никому навредить.
Всё, что я могла сделать — это пронзительно завизжать, когда разъярённый Инро принялся меня целовать. Я извивалась и вырывалась, но сил не хватало даже против такого хлыща. Хотелось плакать…
Вдруг Инро оторвался от меня. Раздался грохот. Это его тело обрушилось прямо на столик с кувшином вина.
— Элле?..
Но меня не слышали.
24
Инро не растерялся — надо отдать ему должное. Он резво вскочил на ноги и попятился от Элле. На щеке его виднелась кровь, которую он торопливо стёр рукавом.
— Тебе, кажется, говорили «нет»? — прорычал Элле, грозно надвигаясь на Инро. — Какая часть этого слова тебе непонятна⁈
Инро тяжело дышал, его взгляд бегал по сторонам в поисках отступления. Он ничего не ответил, но, очевидно, прекрасно понял, кто перед ним.
— Вот, значит, как? — прошипел он, глядя на меня. — Отдалась шелудивой псине? Я знал всегда, кто ты на са…
Он не закончил.
— Элле, нет! — испуганно воскликнула я, но меня не слушали.
Элле навалился всем весом на Инро и коленом упёрся ему в грудь, а голову вжал в пол своей огромной ладонью. Инро захрипел, но так и не смог вывернуться. Худощавый и невысокий, в руках Элле он выглядел покорёженной куклой и был жив лишь благодаря сдержанности волка. Я чувствовала, как рычит зверь внутри Элле, как он жаждет крови жертвы, вообразившей себя охотником. Не будь Элле скован условностями человеческого мира, от которого изрядно отвык, эта внутренняя борьба вовсе бы не состоялась, и глаза Инро сомкнулись бы навсегда.
— Элле, милый! — вновь позвала я его. — Прошу, отпусти его, он того не стоит!
Элле чуть повернул голову в мою сторону.
— Он посмел тебя тронуть, — процедил он и ещё сильнее надавил на голову Инро. — За такое принято проливать кровь!
— Мы не в стае! Мы среди людей! Так нельзя! — в отчаянии взмолилась я, но мои слова пропустили мимо ушей.
Я не хотела становиться причиной чьей-то гибели! Пусть даже и Инро! В том, что Элле вполне способен раздавить чужой череп, я ни капли не сомневалась.
Вдруг со стороны двери кто-то тихо ахнул.
— Джия!
Золовка застыла на пороге, прижав ладонь к губам, и с ужасом воззрилась на развернувшуюся драму.
В этот же миг Элле ослабил хватку.
— Не знаю, почему, но моя луна просит тебя пощадить, — с отвращением сказал он. — Советую оставаться в этой комнате, пока мы не уйдём. Иначе я за себя не ручаюсь.
Отпустил Инро и медленно встал. Вся его фигура источала сожаление хищника, упустившего вожделенную добычу. Инро, шипя от боли, повернулся на бок, но уже никого из присутствующих не интересовал.
Ах, Инро, Инро. Если, по твоим собственным словам, Элле — «шелудивая псина», то кто же тогда ты?
25
Элле подошёл к остолбеневшей Джии и сказал:
— Приношу свои извинения за беспорядок. Ваш родственник не оставил выбора. Я возмещу ущерб.
Джия взяла себя в руки и качнула головой:
— Не стоит. Уверена, Инро получил по заслугам. Прошу, следуйте за мной.
— Где Аурика?
Это был первый мой вопрос, когда за нашими спинами закрылась дверь. Мы даже не поздоровались, но мне было не до лишних церемоний.
Джия сузила глаза, но кивнула:
— С ней всё хорошо. Я отведу вас. Только вынуждена предупредить — так просто она к вам не выйдет.
— Почему⁈
— Она забаррикадировалась изнутри, — вздохнув, пояснила Джия. — Не знаю, откуда в ней столько сил, но ей удалось загородить дверь старинным шкафом из орлиного дерева. Этот шкаф не каждый мужчина сможет сдвинуть с места, что уж говорить о хрупкой юной барышне…
Дальше я уже не слушала. Меня распирало от гордости. Моя девочка! Сильная не только духом, но и телом — в безвыходном положении. Но сколько же она так просидела? Кормили ли её? Если да, то как⁈
Но если нет…
То я за себя не ручаюсь.
Задать все эти вопросы я не успела, потому что мы пришли. Джия с усилием постучала в дверь, и сразу же оттуда послышался возмущённый возглас:
— Я же сказала — мне не о чем с вами говорить! Оставьте уже меня в покое!
Я прильнула к двери и ладонью замолотила по ней.
— Ри, милая! Это я! Я пришла за тобой! — позвала я.
— Яра⁈ Яра! Ты вернулась! — заголосила Аурика, и я поняла, что она стоит так близко, как только ей позволяет шкаф-баррикада.
— Да, вернулась! Сразу, как только узнала, что с тобой стало…
— Яра, я не хочу замуж! Я не пойду замуж! Пожалуйста, не отдавай меня! Не соглашайся!
Голос Аурики звучал глухо, но я слышала в нём подступающие слёзы. Бедняжка! Как же её запугали!
— Я заберу тебя, родная! Тебя больше никто не тронет! Только как к тебе попасть?
Аурика не сразу нашлась с ответом.
— Я не смогу открыть. Я перестаралась немножко. Только если через окно…
Меня осенило. Действительно! Окно! На месте Аурики я бы давно уже сбежала через него. Второй этаж — это вполне возможно. Но, видимо, ни у Инро, ни у Аурики ещё не успело лопнуть терпение. У него — чтобы не вытащить её силой через окно, а у неё — чтобы не решиться на побег. Думаю, не последнюю роль сыграли и манеры, привитые Аурике в школе. Она, наверное, и не подумала о побеге через окно.
— Я помогу ей, — вдруг сказал Элле. — Я быстро.
Он исчез с глаз так быстро, что если бы я не знала о нём ничего, то подумала бы, что он просто растаял в воздухе. Как он так быстро сообразил, как попасть к Аурике, я могла лишь догадываться.
— Ри, детка! Подожди немного, тебе сейчас помогут! Только не пугайся! И окно открой!
— Хорошо!
Сестра мне полностью доверилась. Она даже не спросила, что за мужской голос только что звучал.
Джия хранила молчание всё это время и нарушила его, когда мы остались наедине.
— Это же он? Тот самый волк? — спросила она негромко.
— Да. Это он. Его зовут Эльран, — коротко ответила я.
— Ах, да. Вспомнила. Как
