Однако Святая Невеста потому и святая, что обратила всю свою любовь на мир, который Змееборец поклялся защищать. Она всегда помогает тем, кто в беде.
— Она укажет путь, — повторила Аличе убежденно. — Но только тем, у кого чистое сердце!
— Что ж, пусть тогда указывает, — зевнул Грег. — Мне не в чем себя упрекнуть.
— Как это — не в чем упрекнуть? Любой человек грешен! И ты тоже!
Грег взглянул на попутчицу так, словно усомнился в ее здравом уме.
— У вас такие странные верования! Так я должен просить прощения за то, каким меня создал Невидимый, у нарисованной на доске женщины?
— Еретик! — ужаснулась Аличе. — Ты что, не почитаешь Святую Невесту?
— Признаться, нет. Почему я должен ее почитать?
— Но кто же, как не она, поддержит нас на пути самоотверженности, терпения и милосердия?
— Если мне понадобится поддержка, я обращусь к своим братьям.
— Она принесла себя в жертву своему возлюбленному и тем обрела блаженство!
— Приносить себя в жертву? — Грег задумался. — Любопытная идея! Это должна быть сильная жертва — но бессмысленная. Кому от нее выгода, если тот, кто приносит жертву, становится жертвой сам? Лучше принести в жертву чужую жизнь. Самая лучшая жертва — жизнь врага!
На лице Аличе отразилось глубокое изумление, переходящее в искреннее сострадание.
— А если бы ты пробовал прощать врагов, то сразу увидел бы, как светло и ясно становится на душе!
Увидев, как на нее посмотрел ее спутник, она со вздохом замолчала.
— Знаешь что? Ты лучше побудь в стороне, а я помолюсь сама.
— Так и в самом деле будет лучше.
— Тогда отвернись и не мешай.
Грег пожал плечами, улегся на травянистый пригорок, закинул руки за голову и закрыл глаза.
Аличе сложила руки против сердца, стараясь сосредоточиться и изгнать все посторонние мысли. В Лорете их учили этому. Вслушаться в глубокую внутреннюю тишину — и вот бесконечно далеко остался и лес, и Грег, и драконы где-то в небе, и сама она, стоящая перед дощатым алтарем. Есть только движение души навстречу свету…
— Защитница, спаси нас от Змея Бездны и его слуг…
Каждое утро, приходя в базилику, они повторяли эти слова, не вкладывая в них никакого смысла. Молитвы были просто вязью красивых слов с духовным значением. А как же иначе? Воспитанницы понятия не имели, о чем молятся. В Лорете не было никаких слуг Змея Бездны, не говоря уж о нем самом. Там все было просто, понятно и правильно. И чем все закончилось?
— Путеводительница, укажи нам верный путь…
«Куда я иду? Раньше я знала, но тех дорог больше нет. Святая Невеста, помоги мне, направь меня на верный путь, ибо я заблудилась…»
Два пути уходят с полянки — один торный, другой заросший колючками. Пойдешь по узкой тропинке — изранишься, заблудишься окончательно и сгинешь. Другой путь куда как заманчивее. Широкая тропа, озаренная полуденным солнцем, поднимается из леса на взгорок, огибая древний раскидистый дуб, и снова теряется в зеленой чаще. Этот путь выбрал бы всякий на ее месте. Какие могут быть сомнения?
Что ее останавливает?
«Святая Невеста, мне нужно покаяться, — одними губами произнесла Аличе. — Святая Невеста, я грешна. Я каюсь в трусости. Я все время боюсь. Я только и делаю, что ищу, где бы спрятаться…»
Румяная венделка смотрела на нее с доски грустными голубыми глазами.
«Да, да, я все понимаю! «Негде спрятаться, когда сгорает мир». Нет верных путей в мире, где все пути ведут в огонь. Надо быть бесстрашной и не выбирать пути, которые кажутся легкими.
Если идешь смело, с чистым сердцем и открытыми глазами, — верная дорога сама ляжет тебе под ноги, и никаких сомнений в выборе не будет…»
Аличе открыла глаза. Несколько мгновений она смотрела перед собой затуманенным взглядом. Потом, почти не шевеля губами, позвала:
— Грег…
Грег, дремавший на солнышке, приоткрыл глаза.
— Все?
— Тихо! Посмотри на тот дуб… с ним что-то не то. Мне кажется…
Грег прищурился, разглядывая дерево. Потом быстрым плавным движением оказался на ногах. Еще миг, и он стоял рядом с девушкой, положив руку ей на плечо.
— Не шевелись, — тихо произнес он.
Аличе внезапно пробрало до костей жгучим холодом. Невыносимо захотелось кинуться куда глаза глядят, не разбирая пути. Но она не шевельнулась. Она уже знала, что это такое.
— Он знает, что мы поблизости, — услышала Аличе голос Грега. — Ищет нас… Не двигайся, замри. Побежишь — пропадешь!
Мог бы не говорить — она сама это чувствовала. Морок развеялся, и теперь Аличе смотрела своими глазами. Одинокий дуб на холме исчез. На его месте возвышался зеленый дракон, вдвое крупнее собрата, убитого Грегом в Омельниках. Он медленно поворачивал голову из стороны в сторону. Пронизывающий драконий взгляд прошелся по их поляне раз, другой…
«Почему он нас не видит?»
Рука Грега в перчатке крепче обхватила ее. Аличе опустила глаза, и ее дыхание пресеклось. Руки не было! Ни руки, ни ее самой. Она опустила взгляд и не увидела своих ног — только зеленую траву лужайки.
— Замри, не дыши… — раздался над ухом шепот Грега.
Адиче моргнула — нет, вот она, рука в перчатке, вот ее ноги… Но почему же дракон их не видит?!
Дракон между тем разозлился. Ищущий взгляд налился жгучей яростью. Лесное чудовище не могло найти добычу, которая, оно было в этом уверено, находилась совсем близко! Может, на расстоянии одного огненного выдоха! Но добыча почему-то сорвалась, и он бесился, не желая сдаваться. Аличе казалось, что он вот-вот пролезет в ее мысли, взглянет ее глазами и поймет, где они…
Внезапно раздался ужасный рев. Прежде чем его эхо прокатилось по горам, дракон ударил крыльями и взлетел над лесом. Описав широкий круг, он улетел к Айзену. Когда успокоился ветер, поднятый его крыльями, Грег разжал руки.
— Скорее, под деревья, прочь отсюда!
Глава 9
Ловушка на драконьера
Идти по заросшей тропе оказалось ненамного удобнее, чем по лесу, — те же корни, колдобины и колючки. Аличе спешила за Грегом, стараясь не отставать, и ветки, которые он не успевал придерживать, хлестали ее по глазам. Уже давно скрылся из виду перекресток, а ее все трясло при мысли, как близки они были от гибели.
— Как ты догадалась? — раздался спереди голос Грега.
— Я его увидела.
— Быть не может! Иллюзии зеленых драконов не распознаются.
— Ну тогда считай, что нам помогла Святая Невеста! — сердито отозвалась девушка.
— Значит, это она устроила так, чтобы я выдал себя дракону?
— Что? — Аличе остановилась. — Как выдал?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
