жезл, чтобы сделать этот мир лучше! И этот наивный романтик был прямо здесь, в Геленджике, в одна тысяча девятьсот семьдесят девятом году. И он не знал, что все это бесполезно, ибо грядет конец всех времен, и все сущее скоро поглотит яростное пламя. Впрочем, родной райотдел, Коммунарку и даже полковника Козопупенко оно поглотит тоже. И это не могло не радовать.
До Апокалипсиса осталось меньше суток, а если быть точным, двадцать два часа и сорок две минуты. В голове майора Петрова было пусто, как в кармане студента на третий день после стипендии. У него самого, кстати, там были все те же неизменные пятьдесят семь рублей сорок четыре копейки. То, что надо для встречи конца света. Гуляй, рванина!
— А, точно! — воскликнул Лёха. — А чего я теряю? Гуляем как в последний раз! Только он и впрямь, последний! Потом все равно сто лет на сковороде жариться.
Он залез в меню и набрал текст: «взять кредит в Аду». Ровно через секунду ему посыпались сообщения, призывно моргающие разными цветами. Они как бы говорили: возьми меня, Лёшенька, я вся твоя… тьфу, я весь твой! Он ткнул наугад в одно из сообщений, и услышал красивый густой баритон, который раздался у него прямо в голове:
— Здравствуйте, я Эдуард, ваш бесплатный голосовой помощник! Я знаю о деньгах всё! Нет! Я знаю о деньгах абсолютно все, и даже больше! А банк «Пинкофф» поможет реализовать все ваши мечты! Говори, мой друг, чего ты хочешь больше всего на свете?
— Я хочу оторваться! — сказал ему Лёха.
— Уточни запрос, — с необыкновенной заботой спросил бархатистый голос. — Мы будем отрываться, как голимый каблук, у которого любимая жена свалила на два дня к маме? Пиво, вобла, спортивный канал и возложение ног в ботинках на журнальный столик?
— Нет! — с возмущением сказал Лёха. — Это несерьезно!
— Мне нравится этот парень! — со сдержанным восторгом сказал искусственный интеллект своим бесподобным бархатистым баритоном. — Тогда, может быть, мы хотим оторваться, как Игорек из Иркутска, попавший на халявную поездку в Италию от компании Филипп Моррис. Они до кризиса 2008 года практиковали…
— А как он отрывался? — заинтересованно спросил Леха.
— Бухал! — торжественно сказал Олег. — Как в Иркутске начал, так в Иркутске и закончил. Пересадку в Москве, трансфер до отеля в Милане, неделя в отеле… Он этого ничего не помнит. Это была самая запоминающаяся поездка в его жизни.
— Нет, — поморщился Лёха. — Я хотел бы провести это время с дамой. И провести его так, как будто завтра настанет конец света!
— Дама красивая или жена? — спросил голос.
— Самая красивая на свете! — честно признался Лёха.
— Тогда бери деньги и загадывай любое место в мире! — от души выдал Олег. — Все президентские люксы в мире твои на двадцать четыре часа!
— А так что, можно? — с замиранием сердца спросил Лёха.
— Тебе можно! — торжественно пророкотал голос. — У нас для вип-клиентов просто невероятные бонусы! А ты — будущий вип-клиент, я это чувствую всеми своими процессорами!
— Какие же у вас бонусы?
— Потрясающие! Уникальные! Только в банке «Пинкофф»! — за кадром раздалась барабанная дробь. — Кредитная программа «Весь мир в труху!». Сутки гуляешь так, словно завтра тебе с оркестром и торжественным караулом встречать всадников Апокалипсиса. Деньги не заканчиваются ровно двадцать четыре часа. Абсолютный иммунитет к любым смертельным опасностям на две персоны. Вы оба выживете, даже если решите осмотреть изнутри действующий вулкан. Любое место в мире просто по желанию, любая валюта, любые удовольствия. Только плати!
— Охренеть! А процент? — решил все-таки уточнить Лёха.
— А с этой кредитной программой он всем просто похуй, — любезно пояснил интеллигентный баритон.
— И то, правда! — махнул рукой Лёха. Он все равно ничего отдавать не собирался. Ему же прямо со сковороды на реинкарнацию идти.
— Тем не менее, я должен сообщить условия кредитования, — голос стал немного строгим, но не потерял бархатистой нотки. — Таковы правила!
— Да знаю я, — отмахнулся Лёха. — Галактика Млечный Путь, до востребования. Отдавать в третий день новой луны. Начисление процентов на проценты ежесекундно. Если что, заберете почку.
— Люблю финансово грамотных клиентов, — пророкотал голос. — Правда, почкой тут навряд ли обойдется… Расписывайся в кредитном договоре, мой друг! Тебя ждет просто немыслимый отрыв!
Перед Лёхой появился свиток пергамента длиной метров сто, который он читать не стал. Какая разница, что там написано! Перед ним появилось огромное перо, острое, словно игла. Лёха бестрепетно воткнул ее в руку и подписал договор. Небо прочертила молния, а отдыхающие удивленно загомонили, обсуждая этакое чудо. Ведь на небе не было ни облачка.
— Контракт подписан и засвидетельствован небесами! — в голосе Эдуарда послышались демонические нотки. — Удачи, парень! Она тебе понадобится! Уж это я тебе обещаю.
И с жутким смехом голос отключился. Лёха вызвал в меню аську и отбил сообщение:
— Привет, Необыкновенная!
— Приветики!
— Хочешь загудеть сегодня так, как никогда раньше?
— Я с девчонками собиралась в кафешке посидеть… А что делать будем?
— Хочешь, оторвемся на дискаче в Казантипе, поорем с Эйфелевой башни и поплаваем в бассейне, где вместо воды будет налит «Дом Периньон»?
— Так Казантипа уже нет…
— Специально для тебя будет!
— Мне надеть нечего…
— Мчи, как есть, там все купим!
— Ну, я даже не знаю!
Лилька стояла рядом ровно через пять секунд. Лёха смотрел на самую желанную девушку на свете и чувствовал, как нежный запах цветов кружит его голову. Она сама была словно прекрасный цветок, и он таял, глядя в ее глаза.
— У нас сутки, а точнее, двадцать два часа тридцать четыре минуты, — сказал он. — И в это время мы можем делать все, что захотим! Абсолютно все!
— А что случится потом? — неожиданно серьезно спросила Лилька.
— А потом весь мир в труху! — бесшабашно ответил Лёха.
— Тогда чего мы теряем время? — удивилась Лилька. — Погнали!
Они мчали по автобану в Баварии на новеньком кабриолете Феррари, бухие в драбадан. Законопослушные бюргеры, которых они объезжали по встречной полосе на скорости триста километров в час, седели и писались от страха. Лилька хохотала и истошно визжала, размахивая бутылкой Шато Марго 1787 года:
— Газуй!
