– Меня пугает множество вещей. Страхи могут совсем запутать. Меня пугает трусость, она может стоить жизни, обычно чьей-то чужой. Меня пугает пустая трата времени, потому что жизнь коротка. А так – больше ничего особенного. Кроме женщин. О да, женщины пугают меня до смерти.
Он немного напрягся, но почти сразу в его глазах отразился смех, и Кассия успокоилась. В одно мгновение ей показалось, что он направил на нее оба ствола, но она решила, что это просто ее собственная паранойя. Он не знает, что она лжет. Он не может этого знать, иначе уже выдал бы себя. Он не похож на человека, играющего в игры. Она в этом уверена.
– Женщины вас пугают? – Она снова улыбалась ему.
– Они наводят на меня ужас. – Он попытался съежиться на своем стуле.
– Черта с два. – Она рассмеялась.
– Ладно, о’кей. Вы правы.
Они рассмеялись и беззаботно проболтали еще около часа, небольшое напряжение между ними прошло. Она наконец согласилась на порцию бренди и заказала еще один эспрессо. Ей хотелось сидеть с ним здесь всю жизнь.
– В Нью-Йорке есть место, куда я наведываюсь, называется Сохо. Атмосфера там напоминает мне здешнюю. Ресторанчик называется «Партридж», это чудный маленький приют для поэтов и художников и просто для приятных людей.
Ее лицо оживилось, когда она заговорила об этом.
– Это ваше обычное место обитания?
Она громко рассмеялась при этом предположении.
– О, нет, это далеко от моего места обитания. Очень далеко. Поэтому я люблю его.
Итак, у леди есть свои убежища, не так ли? Места, куда она может спрятаться, где никто не знает, кто она на самом деле.
– Тогда мне там понравится, Кейт. Вы должны взять меня с собой когда-нибудь. – Он бросил это предложение небрежно, зажигая очередную сигару. – Чем вы занимаетесь в Нью-Йорке?
– Пишу. Встречаюсь с друзьями. Иногда хожу на вечеринки или в театр. Путешествую. Но в основном пишу. Я знакома со многими художниками в Сохо и иногда провожу с ними время.
– А остальное время?
– Встречаюсь с другими людьми, в зависимости от моего настроения.
– Вы не замужем, не так ли?
– Нет. – Она решительно покачала головой.
– Я так и думал.
– Почему?
– Потому, что вы осторожны, как все женщины, которые привыкли сами заботиться о себе. Вы обдумываете, что сказать или сделать. Большинство замужних женщин привыкли к тому, что кто-то другой позаботится об этом, и это заметно. Как вам нравится такой мужской шовинистический взгляд на вещи?
– Неплохо. Очень проницательный взгляд. Я никогда об этом не думала, но, полагаю, вы правы.
– О’кей. Вернемся снова к вам. Моя очередь брать интервью. – Казалось, это доставляет ему удовольствие. – Обручены?
– Нет. Даже не влюблена. У меня девственная душа.
– Я ошеломлен. Если бы на мне была шляпа, я бы снял ее. – Они снова рассмеялись. – Но я не слишком верю вам, – сказал Люк. – Неужели у вас нет даже старого интимного друга?
А как же пижон на фотографии в газете, детка?
– Нет. Никаких старых интимных друзей.
– Это правда?
Она посмотрела ему в глаза, и ему показалось, что это ее задело.
– Да, это правда. Есть один человек, с которым я очень люблю общаться, но я просто навещаю его, когда могу.
– Он женат?
– Нет, просто он из другого мира.
– Из Сохо?
Лукас схватывал недосказанное на лету. Она снова кивнула.
– Да. Из Сохо.
– Он счастливчик, – очень тихо произнес Люк.
– Он забавный. Славный парень. Он мне нравится. Иногда я даже пытаюсь притвориться, что люблю его, но это неправда. Между нами нет ничего серьезного и никогда не будет. По разным причинам.
– Например?
– Просто мы очень разные, вот и все. Разные цели, разные взгляды. Он намного моложе меня, и у него свои цели в жизни.
– Разве это настолько плохо? Быть разными?
– Нет, но бывает разное понятие разного. – Она улыбнулась. – В данном случае – разное происхождение, разные интересы. Все настолько разное, чтобы быть слишком разным, но он все равно мне нравится. А что касается вас? Старая подруга? – Термин всегда казался ей смешным, как будто имеется в виду чья-то бабушка, а не любовница.
– Нет. Никаких старых подруг. Я слишком много путешествую. Несколько приятных женщин то тут, то там. Но я вкладываю всю свою энергию в мое дело, а не в отношения. Я давно не тратил силы на то, чтобы завязать отношения. Мне кажется, что для меня это время уже прошло. И приходится расплачиваться, если твоя работа пересекается с любовными связями. Нельзя иметь все сразу. Приходится делать выбор. Путешествуя, я встречаю многих хороших людей, с которыми приятно поговорить. Это многое значит для меня.
– Для меня это тоже значит многое. Люди, с которыми можно поговорить по душам, большая редкость.
И он один из таких редких людей.
– Вы правы. Возникает вопрос. Я хотел бы увидеться с вами, Кейт, когда буду в Нью-Йорке. Это возможно? Мы можем пойти в «Партридж».
Она улыбнулась ему; было бы приятно увидеть его. Она почувствовала, что обрела нового друга, и удивилась, как много из своей личной жизни она рассказала ему за обедом. Она не собиралась этого делать, она планировала быть настороже. Но с Люком легко забыть об осторожности. И это очень опасно, напомнила она себе.
– Будет приятно увидеться с вами как-нибудь. – Она намеренно ответила неопределенно.
– Дадите мне номер вашего телефона?
Он достал ручку и конверт. Он не дал ей время опомниться и отказаться. Но она не собиралась отказываться. В некотором смысле он загнал ее в угол, и она поняла это. Она взяла ручку и написала номер своего телефона, но не адрес. В том, что он будет знать номер ее телефона, нет большого вреда.
Он убрал конверт, расплатился по чеку и помог ей надеть жакет.
– Могу я отвезти вас в аэропорт, Кейт?
Она очень долго застегивала свой жакет, не поднимая глаз, а затем встретилась с ним взглядом, почти застенчивым.
– Это вас не очень затруднит?
Он нежно поправил выбившийся из ее прически локон и покачал головой.
– Мне это доставит удовольствие.
– Это очень мило.
– Не глупите, вы действительно приятная компания.
Он смотрел ей вслед, и она обернулась, помахала рукой на прощание и непроизвольно послала ему воздушный поцелуй, поднимаясь по трапу. Чудесный вечер, прекрасное интервью, замечательный день. Она впала в сентиментальность от успеха и подумала, что испытывает странное чувство к Люку.
Она села в самолет на переднее сиденье, удобно утроилась и включила свет. Рядом с ней не было никого, кому она могла бы помешать. Последний рейс на Нью-Йорк, она прибудет на место после часа ночи. Можно поехать в Сохо к Марку. Время еще не позднее, и Марк наверняка не спит. Но она не хочет видеть его. Она хочет побыть одна.
