class="p1">К подъезду подошел мужчина в спортивном костюме, похожий на кота.
— Чего там у вас такое? — Обратился он к полицейскому. — Мне бы домой пройти надо, у меня там бабка больная, с ребенком.
— Вы отец девочки?! — Вскинулся сержант. — Идите скорее, бабушка ваша… — Он замялся. — В общем сами все увидите. И девочка без сознания. Идите скорее, и мужайтесь. — Он отступил в сторону.
Изображая волнение, и даже побледнев для натуральности, кот влетел в квартиру, схватился за сердце, захлопав задыхающимся ртом, и упал без сознания на пороге, прошептав: «Мама».
— Еще один! — Подскочил к нему врач. — Не квартира, а сборище инфарктников. — Окна откройте и все в стороны! Не мешайте. Лизка! Нашатырь! Да брось ты бабку эту, она уже на небесах, тут еще один окочуриться скоро.
* * *
К подъезду подъехал черный автомобиль. Из него вышла девушка, и двое мужчин. Бесцеремонно поднявшись по лестнице, оттолкнув в сторону опешившего сержанта, они вошли в открытые двери квартиры. На полу лежала Ефросинья Петровна, накрытая простыней, рядом бледный, без сознания Чирнелло, над которым суетился врач, а на диванчике едва дышащая девочка в ночной пижаме.
— Вы кто такие?! Вон все! Не видите, что тут твориться? — Рявкнул на непрошенных гостей красный от натуги медик, и находящийся тут же полицейский шагнул на встречу, с явным намерением вытолкать посетителей вон.
— Спокойнее коллега. — Шагнул в квартиру важный гражданин, не обращая никакого внимания на слова врача, и отстранив рукой в сторону полицейского. — Профессор Фале, к вашим услугам. Эту девочку сегодня должны были доставить ко мне на осмотр. В назначенное время ее не привезли, и я лично приехал узнать в чем дело.
Он потрогал пульс бабушки. Разочарованно крякнул, поднял веки у котообразного кота, удовлетворенно качнув головой, подошел к ребенку.
— Нус, посмотрим, что у нас тут. — Он положил ладонь ей на грудь и задумался.
Следивший за ним врач не удержался от короткого, но ехидного вопроса.
— Ну и что?
— Инфаркт и возраст, тут без вариантов. Бабушка уже на пути к господу, и ей не поможешь. Мужчина в глубоком обмороке, очнется сам, открытый массаж сердца не надобен, если вы об этом, а вот девочка. — Он задумался, не отрывая ладони от ее груди. — Тут надо поразмышлять, и вы сделаете мне большое одолжение, если покинете все, кроме конечно моих ассистентов помещение, не могу думать, когда вокруг столько некомпетентного народа.
— Я при исполнении. — Нахмурился полицейский.
— Я, то же тут не грибы собираю. — Хмыкнул ехидно врач.
— Это все вы расскажите потом, папе и маме девочки, объясняя им, почему она умерла. — Голос профессора наполнился сталью. — Вон все отсюда, я сказал.
Его на удивление послушались, и очень скоро ловцы душ остались одни.
— Давай, Гоо. Твой выход. Я держу бабку, но эта тварь очень скользкая, и кота кто-то обездвижил. Кто-то нам мешает, только непонятно кто. Вернерра. Костьми ляг, но сюда никто не должен войти. Я отключаюсь, и вхожу в энергетическое тело. За работу друзья.
* * *
Желтая, липкая субстанция, обтекая чернотой, извивалась в гигантской красной ладони, по которой пробегали электрические разряды.
Сумрачный кот, клубясь злобой и нетерпением шипел недалеко в стороне, и не мог двинуться с места, завязнув в коричневой кляксе антивещества.
Ворон упал с фиолетового неба, и крыльями, вмиг превратившимися в человеческие руки, накинул на извивающуюся тварь, подрагивающую электрическими разрядами сеть.
Веревка из огня натянулась, ячейки сети вздулись бугорками вывалившейся желтой субстанции, стянув добычу. Огромная ладонь подернулась дымкой и Гранд Фале Эльфийс, в своем первозданном облике довольно улыбнулся.
Он окинул взглядом знакомый ландшафт призрачного мира, недовольно сморщился и подскочил к коту. Ловким движением выдернул его из ловушки антивещества. Кивнул вороне, и та с добычей растворилась в пространстве, но через миг появилась вновь, но уже без нее.
— Все. Поймали тварь. — Уходим. — Скомандовал преобразившийся профессор. — Там Вернерра еле сдерживает рвущиеся в комнату законные власти.
* * *
Они сидели за круглым столом, и пили чай с овсяным печеньем.
Надежда прижимала к груди порозовевшую, смеющуюся дочку, и была счастлива. Профессор, забавно щурясь на чашку, дул на чай и рассеянно делал глотки. Его внучка, со странным именем Вернерра, сидела рядом со своим женихом, ассистентом Николая Сергеевича, очень похожим на кота, и улыбалась, поглядывая на счастливую женщину.
— Ну как же вы так. Наденька. А если бы мы не успели? Представьте стресс ребенка, на глазах которого умирает человек, да еще и не совсем здорового ребенка. — Недавний знакомый похожий на птицу стоял в дверях, и качал головой.
— Простите меня. Ефросинья Петровна уговорила к целителю ехать, да видно ошиблась с адресом. — Вздохнула Надежда. — Жалко ее. Добрая была, отзывчивая. Помочь хотела.
— Ну да, ну да. — Вздохнул профессор. — Удивительной доброты человек. Надеюсь, небеса его примут достойно. — В глазах его вспыхнул злобный огонь, но тут же пропал. — Ну да пора нам, голубушка, засиделись, да и устал я. Возраст, знаете ли.
— А что было с моей дочкой? — Не смогла сдержать своего любопытства Надя.
— Редкая болезнь, трудно распознается. Гемостртусверапоклюс. — Поднял вверх палец со значением профессор.
— Я не запомню. — Покраснела женщина.
— Это вам и не надо, девочке больше ничего не грозит, и ладно — Улыбнулся Николай Сергеевич. — Прощайте.
* * *
— Ну ты и выдал. Сам то понял, что сказал? — Хохотал Чирнелло в машине, когда они остались одни. — Гемостртусверапоклюс. Это надо же такое придумать тьфу, язык сломаешь.
— Зато запомнить невозможно, а это главное. — Улыбнулся Фале. — Зачем нам лишнее внимание.
— Тут это… — Тронул кот за плечо управляющего автомобилем Игоря. — Ты надеюсь меня бить не будешь, что я Вернеррином женихом представился? Клянусь чем угодно, это не моя была идея. Само как-то получилось. Молчание знак прощения, да? Вы только меня на свадьбу не забудьте пригласить, а то обидитесь, а мне веселье пропускать.
Игорь ничего не смог ответить, он давился хохотом. Смех прекрасная реакция на стресс.
Глава 5. Русалка
За двадцать три года службы, подполковник был первый раз на столько удивлен, что не знал, что и сказать обступившим его растерянным подчиненным.
Всякое было в его непростой службе. Расследовал он и кражи, и убийства, и аферистов разных мастей ловил, но чтобы три трупа одновременно, причем никаким боком не относящихся друг, к другу при жизни…
Мужчина — местный браконьер, уже не раз попадавший в поле зрения полиции, по самым разнообразным мелким преступлениям, но всегда соскальзывающий, и проходивший как свидетель. Ушлый тип, а вот нако-же вот тебе, допрыгался.
