Мужчина, появившийся в кадре, стоял перед клубом Жан-Клода «Данс макабр».
— У нас здесь вампир из близкого окружения Жан-Клода. — Камера повернулась, и в кадре показалась Гретхен.
— Дерьмо! — выдохнула я.
Она была все той же дочерью белокурого и голубоглазого пекаря, которую Жан-Клод обольстил несколько столетий назад. Тогда ее звали Гретль. Она была симпатичной, но от нее не перехватывало дыхание, как от большинства вампиров линии Белль Мортее. Думаю, Гретхен говорила примерно то же обо мне, если не хуже. У нее почти патологическая ревность в отношении Жан-Клода и ненависть ко мне. Она считала, что я — единственное препятствие для того, чтобы она снова стала его возлюбленной. Испарись я прямо сейчас, он все равно не пойдет к Гретхен. Но ей было легче обвинять другую женщину, чем признать, что мужчина, ради которого она умерла и бросила свою семью, не любит ее, и скорее всего никогда не любил.
Жан-Клод обосновался в ее стране, пребывая в довольно затруднительном положении. Всего его «победы» были направлены на обогащение или обеспечение себе безопасности.
Она была одета в скромную униформу клуба, потому что была в числе тех, кто работал на танцполе в «Данс макабр». Еще один успешный коммерческий проект, фишка которого в том, что вы можете потанцевать с настоящим вампиром. Гретхен выполняла функцию учителя танцев, ведущего партнера. Вы могли воспользоваться ее помощью в зависимости от вашего умения танцевать или от вашего доброго нрава. Гретхен не любила помогать. Единственным мужчиной, с которым она хотела танцевать, был ее босс.
Репортер поднес микрофон к ее миленькому личику и спросил:
— Вы удивлены тем, что Анита Блейк сбежала с одним из стриптизеров Жан-Клода?
— Нет, — ответила она совершенно серьезным тоном. Она казалась настолько обычной, если не говорить с ней слишком долго. — Она спала с Джейсоном на протяжении многих месяцев.
— Разве он не pomme de sang Жан-Клода, не его донор?
— Да. Он давал кровь Жан-Клоду и спал с Анитой.
— Жан-Клод знал, что они были любовниками?
— Я не знаю.
— Лгунья, — заметила я тихонько.
— Как вы думаете, что сделает Жан-Клод, когда узнает, что Джейсон и Анита тайно сбежали?
— Что должен сделать мужчина, если его честь и сердце предали? — спросила она.
— Ни один из вампиров не решился выступить перед камерой, почему вы согласились на это?
— Ей больше всех надо, — буркнул Джейсон.
— Жан-Клод заслуживает женщины, которая будет уважает прежде всего его, а не кого-то другого, как истинная жена. Анита никогда не будет ему предана, никогда.
— Но она собирается выйти замуж за Джейсона Шуйлера.
— Она обманывает и его. Она не способна быть верной кому-то одному. — Ее тщательно подведенные глаза стали чуть шире, дыхание участилось. — Она — шлюха, а шлюхи не видят разницы.
— Это не слишком смелое замечание? — спросил репортер, но подошел к ней поближе, будто подсказывая, что ее слова возымели эффект.
— У нее целый список любовников. Я знаю об одиннадцати. Но, вероятно, есть и другие.
У них за спиной можно было различить движение, вышибалы вышли из клуба. Они направлялись к Гретхен и репортеру, но эфир все еще продолжался. Они снимали, пока вампиры взяли Гретхен под руки и повели в клуб. Она кричала через плечо:
— Я люблю Жан-Клода. Я всегда буду любить его. Анита его не любит. Она не любит никого конкретного. Она — шлюха…
То, что она говорила дальше, телевидение прикрывало этичным «пип». Оператор и репортер поспешно отступали, комментируя происходящее:
— И это эпизод из Сент-Луиса, где все вампирское сообщество потрясено тем, что их Принца бросила его девушка. Слово вам, Кэндис.
Джейсон поднял пульт и заставил телевизор замолчать. Я села на кровать рядом с ним. Мой пистолет был все еще в моей руке, но он не мог помочь мне справиться со всем этим.
— Матерь Божья, — проговорила я, — что, черт возьми, это только что было?
— Филлис Дюбо немного подтолкнула слухи, но она не знала, что все настолько вам навредит, мистер Шуйлер. Я пришел, чтобы сообщить вам, что губернатор не имеет к этому никакого отношения и не одобряет всего этого.
Джейсон кивнул.
— Я знаю, что это не он сделал. Он никогда бы не захотел, чтобы мне уделяли столько же внимания, сколько его собственным сыновьям. Это я точно знаю.
Я смотрела то на одного, то на другого, ощущая, что что-то упускаю.
Чак посмотрел на меня, его взгляд скользнули по оружию в моей руке.
— Вы всегда открываете дверь с пистолетом в руках?
— По большей части да, — ответила я.
Он почти улыбнулся.
— Губернатор прислал меня за информацией, которая могла бы помочь угомонить весь этот переполох.
— Кроме, как все это отрицать? — уточнила я.
Они оба посмотрели на меня испепеляющим взглядом, будто я сказала что-то ужасно глупое.
— Мы можем, — начал Джейсон, — но как? Как мы можем это опровергнуть и не опровергать одновременно? — Он посмотрел на Чака. — Как репортеры все это так быстро раскопали?
— Она говорила о неожиданном браке.
— Зачем она это упоминала? — спросил Джейсон.
Чак выглядел смущенным.
— Я не в праве вам рассказывать.
Джейсон встал.
— Не в праве мне рассказать? Вы понятия не имеете, что вы только что натворили. Жан-Клод не только мой босс, он мой Мастер. Я его донор. Он не будет в восторге от всего этого.
В моей голове возникла мысль, что теперь ему придется наказать Гретхен за то, что она сделала. В последний раз, когда она побывала в запечатанном крестами гробу, она вышла оттуда еще более невменяемой. Если бы она пробыла там чуть дольше, то стала бы опасной для окружающих. В прежние времена, когда вампиры еще не были юридически признаны гражданами нашей страны, он просто убил бы ее. Большинство мастеров поступило бы подобным образом, но теперь, если она исчезнет, полиция начнет задавать вопросы. Дерьмо.
— Что мы можем сделать? — спросила я ни к кому конкретному не обращаясь.
— Сейчас вам лучше уйти, Чак, — сказал Джейсон. — Нам с Анитой надо поговорить.
— Губернатор готов предложить вам свою помощь.
— Оставьте нам свой мобильный, чтобы мы могли с вами связаться.
Он посмотрел на Джейсона, потом на меня. Я никак не могла ему помочь.
— Вы его слышали, уходите, — сказала я.
— Если хотите, можете подождать в холле, но нам необходимо некоторое уединение, — добавил Джейсон.
Чак набросал несколько цифр на обратной стороне визитки.
— Я буду в баре гостиницы, звоните, как только все обсудите.
