Джейн открыла рот, но не нашла слов. Она попробовала снова:
— Это похоже на ультиматум. Итак, играть лишь по твоим правилам или же выйти из игры совсем?
Рон сцепил зубы так, что кожа вокруг рта побелела.
— Возможно, что и ультиматум, — резко бросил он. — Или я просто устал ждать, пока ты решишь, стоит ли тебе ради Габи связываться с таким типом, как я.
Слишком расстроенная, чтобы рисковать и сказать что-то не то, Джейн направилась к двери.
— Допей свою рюмку, а то прикончи всю бутылку, если тебе от этого станет легче. А я иду спать. Буду признательна, если закроешь за собой входную дверь.
Он настиг Джейн в темном коридоре. Какое-то мгновение, когда Рон резко повернул ее к себе лицом, она испугалась, что на сей раз он применит физическую силу. Его пальцы больно вцепились в руку Джейн, но тут же ослабели. Кажется, Рон образумился.
— Я предупреждал тебя, что плохой, — хрипло произнес он.
— Да, предупреждал. Я сама виновата, что не приняла всерьез твои слова, — сказала Джейн ровным голосом. — Больше не повторю такой ошибки.
Он отпустил ее и сунул руку в карман.
— Спокойной ночи, Сандерс. Приятных снов.
И оставил Джейн у двери. Ее сердце глухо билось, а в душе нарастало неприятное гложущее чувство, похожее на страх.
* * *
— Меня нет дома.
Джейн еще сильнее уткнулась лицом в подушку. Первый пациент придет в десять. Около четырех ночи она поставила будильник на восемь утра. Неужели уже так поздно?
Заставив себя открыть глаза, Джейн уставилась на дверь спальни. Внизу разрывался старомодный звонок, вот уже сотни лет оповещавший о приходе гостей.
— Ну кто там? — недовольно проворчала она, все еще окончательно не проснувшись. — Сейчас оборву провод.
Джейн выбралась из-под теплого одеяла и стала ощупью искать халат.
— Да перестаньте же звонить, я иду, — крикнула она вниз.
Даже ее богатый столярный опыт не позволил сделать так, чтобы старые ступени не скрипели, толстая ковровая дорожка спасала босые ноги от холодного пола. Было утро, и даже внутренние ставни не могли скрыть яркость солнечных лучей.
— Ладно, ладно! — бормотала Джейн, рывком открывая дверь.
Меньше всего она готова была увидеть на крыльце Рона с малышкой Габи у плеча в позе, возможно, не очень удобной для нее, но, во всяком случае, безопасной.
Он был в темно-синем костюме в еле заметную полоску и белой рубахе с открытым воротом. Галстук небрежно засунут в карман, волосы — в беспорядке.
— У Энн грипп.
— Мне очень жаль, но, надеюсь, она в надежных руках.
Хотя бессонная ночь порядком снизила способность Джейн сопротивляться, ее лицо оставалось каменным.
Рон нахмурился. Видимо, и у него настроение было не лучше.
— Если не веришь, позвони сама. Но хочу предупредить: Энн сказала, что как только мы уйдем, она ляжет в постель и вставать не собирается.
Джейн резко откинула со лба спутанные ряди волос.
— Верю, — сказала она холодно. — Только не понимаю, зачем ты сюда пришел.
— За миссис Квинсли, вот зачем. За той, которая печет чудесное печенье и нянчит детей.
Джейн неопределенно махнула рукой.
— Через два дома налево. Дом с розарием.
Рон на мгновение закрыл глаза. Когда он открыл их, Джейн прочла в его взгляде то, что не нуждалось в словах. И все же он сказал:
— Ты могла бы хоть немного помочь мне, Сандерс.
— Почему? Потому что ты инвалид? Он поморщился, как от боли.
— Нет, черт побери. Просто я должен быть в суде не позднее десяти, а судья не отложит заседание из-за того, что адвокату надо перепеленать младенца.
Он был прав. Причина и впрямь достаточно уважительная.
— Хорошо, — сдалась Джейн, отступив и пропуская его в дом. — Зайди, а я позвоню миссис Квинсли. Бедняжка, должно быть, еще спит.
Она закрыла дверь и, повернувшись, встретила из-за широкого плеча Рона сонный взгляд Габи.
— Доброе утро, малышка, — заворковала Джейн. — Тебя тоже ни свет ни заря безжалостно вырвали из теплой кроватки?
Габи икнула и закрыла глаза. Кто-то аккуратно запеленал девочку в новое одеяльце, которое они с Энн недавно купили. Наверное, Энн, решила Джейн, удержавшись от желания тут же взять Габи и прижать к себе. Нет, чем скорее она отстранится, тем лучше.
— Четверть восьмого, — не такая уж рань, — пробормотал Рон, поворачиваясь к ней.
Джейн заставила себя сделать вид, что не замечает усталости на его лице и темные круги под глазами.
— Не рань для тех, кто не собирался вставать раньше восьми? — Она прошла вперед, демонстративно не приглашая его следовать за ней.
— Разве у тебя нет утреннего приема? — Голос Рона звучал глухо и раздраженно.
— Да, я начинаю в десять.
Рон, наблюдавший за ней в напряженном молчании, остановился на мгновение, прежде чем подойти к большому низкому креслу, в котором Джейн обычно пыталась, урвав минутку, отдохнуть и почитать. Вместо того чтобы сесть в кресло, он положил туда Габи. Девочка, издав недовольный крик, тут же снова уснула.
Скоро он не сможет ее носить так, как сейчас, подумала Джейн, поднимая трубку и набирая номер миссис Квинсли. Но тут же напомнила себе, что это ее, в сущности, не касается.
* * *
Рон нажал на звонок сильнее, чем следовало. Что ж, пусть он у Сандерс и музыкальный, зато у него звонок без всяких глупостей, простой, нормальный и такой сильный, что разбудит даже мертвого.
Он еще раз нажал на кнопку звонка и держал долго, прислушиваясь к мелодии. После судебного заседания его терпение было почти исчерпано. К тому же он знал, что Джейн дома — ее пижонский BMW стоял перед гаражом, похожим на кукольное жилище.
Рон бросил взгляд через плечо на дом миссис Квинсли. Кажется, она довольно милая старушка и, конечно же, опытная няня с хорошим характером. Должно быть, с нетерпением ждет, когда ей вручат младенца.
Пока он вынимал из «мерседеса» детские вещи, миссис Квинсли и Джейн сравнивали расписание всех троих. У миссис Квинсли в пять часов визит к врачу, у Рона встреча с клиентом сразу же после утреннего заседания в суде, а у Джейн — собрание.
Сандерс, конечно, злится на него за опоздание, и он ее не осуждает. Через застекленную дверь он увидел наконец красное пятно, а потом, когда Джейн открыла дверь, — ее хмурое и недовольное лицо.
На ней был красный свитер с ярким узором из цветов на груди и старые, испачканные краской, сильно обтягивающие бедра джинсы. На подбородке белело пятно от детского талька. Одно плечо было мокрым, на другом, сухом, лежала головка Габи. Джейн выглядела встрепанной и уставшей, как и положено молодой неопытной мамаше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
