- Бен, - окликнул я, - ты-то не новичок. Расскажи своим приятелям, как холодно на высоте десять-одиннадцать тысяч футов в ясную ночь. Мы тут все застряли на зиму, до самой весны, и ты, небось, уже все понимаешь. Вам нужен будет кров, топливо и пища. Дичь не останется на этой высоте, вся уйдет в долины пониже. Если прямо сейчас пойдете по её следам, так ещё можете выбраться.
Моя поленница закрывала половину устья туннеля до высоты больше четырех футов, прикрывая нас от ветра и от прицельного огня. Туннель, следуя за жилой, немного сворачивал в сторону - достаточно, чтобы спрятаться одному человеку, - и я шепотом велел Эйндж отойти за поворот.
Хоть мне и не удалось полностью загородить вход, но каменные стены действовали как отражатели и отбрасывали тепло костра обратно на нас. И, наконец, в борьбе за жизнь у меня было три бесценных преимущества перед ними - кирка, лопата и топор.
Они пришли, чтобы отобрать у меня шахту. А я пришел, чтобы работать в шахте.
Я знал, что они могут сделать по крайней мере две вещи, страшно опасные для нас.
Они могли обрушить густой огонь на стенки и свод туннеля, и тогда рикошетирующие пули начнут метаться в тесном пространстве. Такие пули, расплющившись о камень, превращаются в бесформенные зазубренные лепешки металла и раздирают тело в лохмотья.
И ещё они могли убить лошадей.
Если они убьют их в устье туннеля, это может перекрыть нам поле зрения и даже закрыть выход. Возможно, они хоть так, хоть так обречены на смерть, но я собирался вывести их отсюда, если смогу.
Где-то вверху на склоне треснула на морозе ветка. Было очень тихо... ледяная тишина.
Бойд топал ногами и жаловался. Бойд кончится первым. У него просто не хватит духу долго тянуть лямку. Из них всех дольше всех выдержит Бен Хоубз.
Внезапно они повернулись и кинулись к деревьям.
"Надо было уложить хоть одного", - подумал я.
Но теперь уже поздно стрелять, они оказались под тремя большими деревьями, за кустами; я слышал, как трещат ветки - они раскладывали костер. Ну, ребята, вам понадобится что-нибудь посерьезнее, чем костер.
Но где же малыш?
Их было шестеро... один споткнулся и упал, там, внизу. Весь тот нижний каньон - сплошная мешанина валунов и бревен, сейчас заваленных снегом...
Пуля ударила в комель обрубленного бревна за мгновение до того, как грохот выстрела отдался в горах. Я потянулся за кофейником и наполнил свою кружку. Держал её обеими руками, чтобы согреть пальцы, и сидел неподвижно как камень. Потом выстрелы посыпались градом, одна из пуль ударила в свод туннеля над входом и обсыпала мои дрова и хворост дождем каменных осколков.
- Сидите там, сзади, Эйндж. Не двигайтесь с места, пока можете.
- Телл! Мы выберемся отсюда?
- Эйндж, я мог бы соврать вам... но я не знаю. Если хоть один из нас выберется, считайте, повезло.
Несколько минут они вели непрерывный огонь, и я не мешал им стрелять держал кружку в руках и ждал. Наконец они прекратили стрельбу и начали спорить, нам слышно было.
Может, они там решат, что мы уже убиты? Я очень на это надеялся.
Наконец заорал Татхилл, позвал меня, но я не издал ни звука. Потом один за другим раздались два выстрела, будто на пробу. Одна пуля ударила снова в камень над входом, другая влетела прямо внутрь.
Снова закричал Татхилл, а я допил кофе и выглянул через щель в поленнице.
Еще выстрел. Пуля с сердитым звоном ударилась о камень глубоко в пещере.
Снова они начали спорить. Голоса доносились, но слов было не разобрать. Потом раздвинулись кусты, и к пещере двинулся Том Бигелоу с револьвером в руке.
Он продвигался чем ближе, тем медленнее, самому тревожно было. Остановился, вскинул револьвер и выстрелил. Это был выстрел наспех, вроде проверочный, и пуля шлепнула в скалу сбоку от входа.
Бигелоу ещё помешкал, а потом пошел дальше, теперь решительнее. Ему оставалось с дюжину шагов пройти, и тогда я подал голос.
- Хватит, Бигелоу. Брось пушку!
Он резко дернулся и начал поднимать револьвер.
- Бросай!
Сейчас он уже видел дуло моей винтовки. На таком расстоянии даже ребенок не промазал бы из винчестера. Он разжал пальцы и выронил револьвер.
- Слушай, Бигелоу, твой брат был убит, потому что попытался жульничать, когда сдавал мне карты... я его честно предупредил, чтоб не трогал оружия. Но он решил рискнуть. Я не хотел его убивать.
Том Бигелоу ничего не ответил.
- Снимай оружейный пояс, - велел я.
Он расстегнул пряжку и обронил пояс на снег.
- Ладно, я тебя отпускаю. Можешь идти. Только сперва скажи мне, как вы, ребята, собираетесь добывать кормежку. Проходы закрыты. Нашу еду вы отобрать не можете, а если б и смогли, так её вам и на неделю не хватит.
- Мы можем выбраться обратно.
- А ты спроси у Бена Хоубза. Попроси его, пусть расскажет насчет Эла Пакера.
- А это кто?
- Он отправился через горы с компанией. У них кончилась жратва. Он съел остальных, всех пятерых. В этих самых горах. Ты к такому готов, Бигелоу?
- Ты врешь!
- Ладно, иди тогда.
Теперь у них на один револьвер меньше и, может, на одиннадцать-двенадцать патронов. Когда настанет ночь, они попробуют подобраться ко мне. Ну, положим, на фоне белого снега далеко они не пройдут...
- Эти, Татхилл и остальные, они вели с собой вьючных лошадей? спросил я у Эйндж.
- Нет, - сказала она, - они планировали сразу отправиться обратно.
Тогда пища у них кончится скоро. Что бы они ни собирались сделать, действовать им придется сразу.
Внезапно, как только Том Бигелоу скрылся среди деревьев, я торопливо выпустил три пули наугад в их сторону, выждал несколько секунд, потом выстрелил ещё раз, опустив ствол винчестера чуть ниже.
Дрожа от холода, я подбросил хворосту в костер. Голодный огонь прокрался вдоль веточек, потом нашел смолистый сосновый сук и вспыхнул. Тут же в кровлю туннеля ударила пуля, срикошетировала и попала в костер, расшвыряв угольки. Я стряхнул искры с одежды и постели - и в этот момент вторая пуля рванула меня за рукав и ударилась в пол сразу за костром.
Я видел за деревьями их костер. Лежа ничком на холодном полу и выжидая, я тщательно прицелился в темное пятно на краю освещенного круга. Это могло быть бревно или пенек. Но это мог быть и человек.
На мгновение я расслабился. Потом, глубоко вдохнув, выбрал свободный ход спускового крючка, медленно, свободно выдохнул и спустил курок.
Раздался хриплый, сдавленный вскрик... за ним последовал жуткий рыгающий звук, я такого в жизни не слышал, ни от человека, ни от животного.
Прогремел ответный залп. Я выстрелил ещё четыре раза, захватив участок фута в четыре возле костра, а потом выпустил заключительную пулю, прямо в огонь.
