В эту секунду четко понимаю, как сильно не любит моего отца тренер и как он относится ко мне. Это же чертова пытка — каждый день наблюдать и тренировать сына женщины, которая когда-то была твоей, но предпочла тебе другого. А если вдуматься, что я еще и являюсь полной копией своих родителей, могу понять, как же Алексеевича коротит. Ведь он смотрит на меня и явно видит молодого отца, особенно когда я улыбаюсь.
Неужели тренер Левин проживает кошмар своей жизни каждый день заново из-за меня? Да ну, все-таки это выглядит супер странно. Левин давно женат и счастлив, у человека трое детей, в конце-то концов. Близнецов я, кстати, вчера поздравил и получил одобрение за свой ночной приезд к Миле. Видели, выходит, говнюки, но клятвенно утверждают, что Миле не говорили ничего, чтобы она не нервничала. Это мне решили рассказать, чтобы держать меня в тонусе. Ну-ну.
Так вот, у Левина дети, дочь охрененная, по характеру временами так похожая на него. Упертая такая же и всегда сама знающая, как для нее правильно. Мила — это определенно лучшее, что Даниил Алексеевич мог дать этому миру. И это лучшее хочу забрать себе я.
Плохеет ли папке нашему от этой мыли? Уверен, что да. Пугает ли меня, что впереди полный трындец? Пугает, и я совру, если не признаюсь в этом. Но рыжая так нравится мне, что даже под страхом самой жуткой футбольной казни я не скажу «Нет».
Отбросив с лица челку, выбегаю на поле, сухо здороваясь с отцом. Лезть в его беседу с тренером мне хочется меньше всего, поэтому я довольно равнодушно пробегаю мимо них и начинаю разогреваться вместе с теми ребятами, что уже вышли. А господин министр пока не хочет покидать расположение «Салюта», словно в былые времена вернулся.
Наконец, Левин отходит от него, возвращаясь ненадолго в подтрибунку нашего маленького и уютного тренировочного стадика, а я решаю воспользоваться моментом и подойти все же к папе.
— О чем вы говорили? — сразу же спрашиваю.
— Просил его отцовского благословения для тебя и Милы, — с самым серьезном лицом выдает батя, а я чуть воздухом не ловлюсь. — Да спокойно, Шумский-младший, ты думаешь, твой батя совсем уже в дурку отъехал что ли? Я такие темы при Лёве даже поднимать не буду, сам разберешься. Губернатор хочет прийти на ближайший домашний матч, мне только что из администрации об этом сообщили. Ну я и примчался обрадовать Лёву, это не телефонный разговор, лучше напрямую сообщить.
— Только триатлон закончился, а у тебя впереди опять рабочие выходные? Смотри, чтобы мать не психанула.
— Твоя мать может психануть от чего угодно, тут даже гадать бессмысленно. Но я планирую взять ее с собой, разумеется. Держать женщину рядом надежнее, чем на расстоянии.
Отмечаю эту житейскую мудрость про себя, жму папе руку на прощание и подтягиваюсь обратно к одноклубникам — Лёва уже выходит к нам.
Товарищи здороваются с отцом, который пусть и не очень частый гость в клубе, но и не последний человек, особенно в его статусе. Коваль даже решает включить интерактивчик — пасует прямо папе, и тот ловко принимает, обрабатывает и отдает пас тренеру. Видимо, годами отработанные навыки никуда не уходят. Да и отец до сих пор иногда играет с бывшими одноклубниками и мужиками из любительской городской лиги, чисто для себя, чтобы всегда быть в форме.
Левин тормозит мяч и задерживает у себя, показывая, что дальше никакой самодеятельности не надо. Папа на прощание салютует «Салюту» и через подтрибунку выходит со стадиона, а уже через минуту служебная тачка увозит его обратно на работу.
— Наш ближайший матч посетит губернатор, — тренер сразу же решает всех предупредить. — Облажаться нельзя никак, так что нечего стоять отдыхать. За работу, парни.
***
Как-то незаметно для нас самих Левин решил нас ушатать на этой неделе, а еще Ковалевский, персональная моя наседка, заставлял меня ходить на пары в универ, якобы сейчас самые важные занятия в семестре. Сколько раз я видел Милу с той самой субботней ночи, когда вломился к ней через забор? Нисколько. И ладно, что двойное свидание с участием Коваля и подруги Милы пока откладывается, мне как-то и не до него, но свою девушку я уже очень хочу увидеть.
А у нее тоже как-то закрутилось все, то факультативы, то репетитор, то она домашние задания делает, а теперь еще и родительский контроль усилен. Вот так беспалевно к дому не подъедешь, после школы ее не перехватишь — она вечно куда-то мчит. И еще мелкие всегда рядом, поэтому Мила даже боится по телефону разговаривать, чтобы они не подслушали.
Засада полная и по всем фронтам, но опускать руки никто из нас не собирается. Во-первых, я достал для Левиной и ее подруги билеты на субботний матч, а во-вторых, после матча собираюсь потащить ее куда-нибудь гулять. Ну серьезно, не запрет же ее отец дома? Только вот билеты надо передать. К школе ехать мне не хочется, эти показательные выступления больше не нужны, но есть желание сделать малой сюрприз.
Хорошо, что теперь у меня страница Рины, ее подруги, в свободном доступе.
Шумский: «Привет, Рина. Поделишься со мной секретами своей подруги?»
Заболоцкая: «Привет. Чужих секретов не выдаем»
Шумский: «Это правильно! Но мне всего лишь нужно узнать, до которого часа вы заняты в школе и куда Мила направляется потом. Выяснишь? Хочу попробовать поймать ее перед своей тренировкой. И чтобы это было сюрпризом»
Заболоцкая: «Познакомь меня со своим другом, пока этого красавчика никто не увел»
Ого! А я смотрю, Ринчику Андрюха зашел, раз она так хочет ускорить процесс.
Шумский: «Конечно, все организуем. Что там по расписанию?))»
Заболоцкая: «Аккуратно узнаю и напишу»
Жду, попутно доедая свой перекус в буфете универа. Про переписку с Риной Ковалю не рассказываю — еще спросит, зачем я с ней общаюсь, а докладывать все подряд даже лучшему другу считаю не очень правильной затеей. Рине требуется минут пятнадцать, чтобы выполнить мою просьбу, и затем она пишет, что у Левиной сегодня нет факультативов, а вот репетитор есть. Тот самый, в другом универе.
